Bleach: Swords' world

Объявление



Pokemon: Amazing World

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Hueco Mundo » Эпизод: На круги своя.


Эпизод: На круги своя.

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Название: На круги своя.
Участники (в порядке отписи): Айзен Соуске, Тиа Халлибел
Время действия: Вечная ночь снаружи, вечный день внутри Лас Ночес
Место действия: Лас Ночес, Тронный зал
Условия:
Квента (пролог истории): Закончив со своими таинственными делами, Айзен Соуске вернулся - как будто и не покидал Лас Ночес. Впрочем, возможно, что и не покидал на самом деле?
Предыдущий эпизод:
Для Айзена Соуске: Эпизод: Второй,
Для Тиа Халлибел:   Эпизод: Из мира живых

Отредактировано Ishida Ryuuken (22.08.2017 16:37)

0

2

В неверном свете луны Лас Ночес все выглядело ненастоящим, но Айзену это нравилось. Невозможность отличить правду от лжи, реальность от иллюзии — кто угодно заблудился бы среди призрачных теней, песков и обманчивого шелеста ветра… Кто угодно, кроме того, кто может повелевать иллюзиями. Обманчивое спокойствие ночи никогда не могло ввести его в заблуждение — эта вечная ночь была похожа на животное, приготовившееся к решающему броску, застывшее перед нападением, ожидая только удобного случая.
Улькиорра оправдал возложенные на него надежды. Почти оправдал — вернее будет сказать. Чтобы убедиться в истинности новой силы, Айзен отправил его сразиться с Примерой — тогда и станет ясен истинный результат эксперимента. А пока… пока была только луна с ее ненастоящим светом, в котором так удобно скрывать обман. И Уэко Мундо в целом — один сплошной обман, но именно это и было главной скрытой силой.
Однако, не стоило так надолго оставлять правление — или наоборот, стоило... Айзен улыбнулся своим мыслям, почувствовав воодушевление. Возможность проверить подданных никак нельзя было упустить. Он считал себя не только воином, но и исследователем, и не мог не поставить еще один эксперимент… конечно же, не сказав его участникам об истинной цели.
Сейчас все зависит от доклада Трэс. Конечно же, не только от нее — наверняка есть недовольные, и это будет заметно.
Айзен спускался по лестнице, и его шаги гулко раздавались в тишине Лас Ночес.  Изредка встречающиеся нумеросы приветствовали его почтительными поклонами. Все как обычно, словно ничего и не происходило. Но недалеко от тронного зала Айзен почувствовал всплеск реяцу. Скрыв свою, он остановился и прислушался.
Весьма интересный спектакль! Куросаки в своем стиле, - мысленно хмыкнул Айзен. Он не обнаруживал своего присутствия до тех пор, пока Тиа Халлибель не осталась одна в тронном зале, а прочие участники действа ушли на достаточное расстояние, и только тогда зашел.
- Тиа? - Айзен сделал вид, словно удивлен присутствием Трэс в тронном зале. - Что за дела заставляют тебя быть здесь в данный момент?
Вежливая фраза, которая может значить как просто интерес, так и быть намеком на нечто большее, и чем она являлась, по голосу Айзена понять было решительно невозможно. Очевидный вопрос, но с него удобно начинать беседу.
- Поговорим? - как можно мягче, с улыбкой сказал Айзен. - Я хочу знать, как здесь было без меня, - сделав акцент на «без меня», Айзен вопросительно вздернул бровь и выжидающе посмотрел на Халлибель.

Отредактировано Aizen Sousuke (22.08.2017 23:08)

+3

3

Дверь закрылась. Тиа непроизвольно выдохнула. Оказалось, что все время этого разговора она была напряжена, как тетива лука. Мальчик с чудовищной силой. Грубый, глупый, недоверчивый. Такой похожий манерами на Сексту, что, иногда казалось, под глазами вот-вот прорежутся бирюзовые стигмы. Акула прикрыла глаза и поднялась с трона, намеренная покинуть зал – здесь ее больше ничего не держало. Гулкие своды, теряющиеся во тьме, белые стены, уходящиев бесконечную высоту. Пятая башня была под стать тому, кто из нее руководил городом Арранкаров: полная секретов, полная кажимостей. Преломляющая пространство. Выверенная четкость линий снаружи, не оставляющая просторов для фантазии и отражения отражений в стекле, полированном мраморе, зеркалах изнутри. Кажущиеся стабильность и монолитность – и легкая невесомая дымка на поверку. Тиа не могла бы поручиться, что эти измышления не плод ее усталого разума. Дни с назначения выдались сложными. Она не могла бы даже в самойстрашной своей фантазии представить, что замок Лас Ночес столь многообразно… склочен. Недовольство разливалось волнами, грозя затопить, утянуть в свою пучину. Кто-то был недоволен своею формой, кто-то – своим местом, у кого-то не доставало привычных конечностей… А кому-то не нравились те, кто его окружал.
Мальчик выпил всю душу, вымотал нервы и ушел не тронутым. К нему не липла грязь чужих разборок. Внутренний стержень веры в свою правоту, пусть и эта вера и была ошибочной, вызывал к нему уважение. Он смело шагал в пасть неизвестности, смело выбирал свой путь сам, не основываясь на чужом мнении. Делал то, что другие почитали невозможным просто потому, что не знал о том, что так нельзя. Такая вера в себя не могла оставлять равнодушным. Теперь Тиа понимала, зачем Владыке так был нужен этот рыжий ребенок с отвратительными манерами. ОН был способен стать для Арранкаров ключом к пониманию их врагов – шинигами. Сстать тем, кто научит Арранкаров быть самими собою. Не зверями, которых поставили на задние ноги, облачили в белые тряпки и назвали именами, а истиной разумной расой. Он может научить Лас Ночес быть выше бессмысленной грызни.
Только… Прежде, чем он сможет хоть что-то дать тем, с кем ему – Тиа верила, что план Айзена-сама сработает – предстоит сражаться плечом к плечу, ему надо научиться понимать их. Это была самая шаткая деталь, самая ломкая во всем механизме.
Она уже была готова направиться к выходу, когда захлопнувшиеся за гостем двери распахнулись.
Он был именно таким, каким покинул ее в зале совещаний с непривычным грузом всеобъемлющей власти на плечах – невозмутимый, с легкой насмешливой искрой в теплых карих глазах. Рейацу вошедшего затопила зал, как цунами, погребающая под собою города и земли. Тихая, невозмутимая, безжалостная. Акула склонилась в поклоне перед своим повелителем, не раздумывая, не задаваясь вопросом о номинальных названиях. Императрица? Полноте, поименовать ее можно было кем угодно, но властителем Лас Ночес, тем, кто собрал их здесь, сделал тем, кем они были теперь, был именно Айзен Соуске. 
- Приветствую Вас, Владыка Айзен, - она не смотрела на него, но и голосом и наклоном головы она выражала почтение. В нем не было подобострастия, с которым приветствовал бы Властелина Уэко Мундо Заэльаполло, не было самоотречения, которое вложил бы туда Куатро. Эти дни, казалось Тиа, приблизили ее к пониманию роли Владыки и поклон этот выражал лишь почтение, без раболепства, а голос – радость от встречи. Не больше и не меньше. Все остальное – после. Она выпрямилась и посмотрела на того, кого без преувеличения можно было именовать Богом.
- Тоусен-сама привел Куросаки Ичиго. Как исполняющая обязанности Императрицы Лас Ночес, я обязана была поприветствовать его и его подопечного, - отвечать стоило по порядку, разматывая ленту событий, виток за витком. – В данный момент Куросаки Ичиго поручен заботам Нэллиел Ту Одершванк. Я посчитала, что ее кандидатура будет наиболее подходящей для заботы о нашем госте, поскольку ее положение не оскорбит его силу, а ее характер уравновесит его вспыльчивость, - проще говоря, только у нее хватит терпения, ума и силы, чтобы удерживать вспыльчивого мальчишку от самоубийства.
- Прежде чем я поведаю вам о происходившем, позвольте обратиться к вам с просьбой? – Если бы Тиа могла сделать это раньше… Но раньше долг держал ее крепкой цепью. Долг и понимание, что на войне бывают жертвы. Сейчас же в дело вступила надежда. Ни на минуту она не забывала о том, что Апаччи может быть еще жива.

+4

4

Короткий кивок в ответ на приветствие. Названная императрицей беспрекословно склонилась перед ним. Айзен смотрел на женщину, отметив ее усталый вид. Ничего не ответив, прошел в зал. Шаги гулко отдавались эхом — четкий, выверенный ритм, настраивающий на нужный лад.
- Вот как? Наконец-то, - с ложной задумчивостью ответил Айзен на слова Халлибель. - Хорошо. Очень хорошо.
Когда Тиа сказала о Неллиэль, Айзен усмехнулся. Пожалуй, Куросаки и Сегунда Эспада достойная друг друга компания. Но дело не в этом. Ее что-то беспокоит. Что-то, о чем она не говорит. Лас Ночес скрывает многое, даже слишком, и белый мрамор зал и коридоров только способствует этой скрытности, создавая иллюзию зеркала. Зеркала, которое, однако, ничего не отражает — или отражает только то, что ты хочешь.
- Ты все верно сделала, этого мальчишку непременно нужно держать под присмотром.
Как изящно она выразила простую вещь «не дать ему наломать дров и разнести дворец» - Айзен невольно улыбнулся, вспомнив недолгое личное знакомство с Куросаки в Обществе Душ и намного более длинную предысторию. Куросаки был уникален — сплав самых неожиданных сил, нечаянный результат его старого эксперимента… Мог ли Айзен поступить иначе? Место этого мальчишки — Лас Ночес, что бы он ни говорил, как бы ни размахивал занпакто — эти консерваторы из Готея никогда не оценят его силы, как... Айзен оборвал мысль усилием воли — она не к месту. Да, он должен быть здесь. И желательно в роли подопытного…
Воодушевление заставляло сердце биться быстрее, но на лице ничего не отразилось, разве что взгляд на секунду стал чуть более озорным, но миг прошел — и снова привычное холодное и надменное выражение, как будто ничего и не было.
Халлибель заговорила снова. Ее действительно что-то беспокоит, и она даже рискнула обратиться с просьбой… Посмотрим.
На лице женщины читалась надежда, словно от ответа Айзена зависело все. Он терпеть не мог подобный жалостливый вид, это жертвенное смирение и горящие надеждой глаза всегда вызывали только отвращение. Однако…
- Да, можешь, - кивнул Айзен. Он предполагал, что она может спросить, но пусть скажет сама. - Говори как есть, прямо и по существу.

+2

5

- В ходе операции по пленению Куросаки Ичиго, был проведен отвлекающий маневр, чтобы скрыть присутствие в Каракуре командующего Тоусена. Выполнение этого маневра по вашему приказу я поручила одной из своей фракции, Эмилио Апаччи, - она перевела дыхание. Часть доклада о выполнении поручения прозвучала. - Вместе с нею, как выяснилось только после его возвращения, самовольно отправился фрассион Сексты, Риньери Мурата. Ему удалось вернуться живым и согласно его донесению, Апаччи была захвачена, - горло на мгновение перехватило.
Если бы девушка умерла, она могла бы быть спокойной. Не смотря на боль утраты и понимание неспособности защитить ту, что ей доверилась. Но эта смерть не была бы напрасна: она стала бы кирпичиком Нового Мира. Того, о котором они все мечтали. Как бы не было прискорбно это осознавать, но в подобной ситуации смерть Апаччи была выгоднее ее жизни. Следовательно, должно было либо вернуть Эмилио, либо добить ее. Шинигами не должно было достаться ни крупицы информации о их врагах. Не следовало делать их еще более могущественными.
- Я прошу вашего дозволения покинуть Лас Ночес и отправиться в Каракуру, чтобы успеть перехватить ее отправку в Сообщество Душ. В независимости от того, как будет развиваться ситуация, Эмилио не должна быть подвергнута допросу, - она говорила спокойно и ровно, стараясь ничем не выдать того волнения, что снедало ее изнутри. - Благодаря сдвигу времени при переходе через Дангай или Гарганту, я могу еще успеть. Мне не хотелось бы, что бы ее жизнь стала причиной нашего поражения. Так же мне не хотелось бы знать, что ее смерть стала бессмысленной потехой врага и потерей для нас.
Тиа верила в то, что говорила. Она знала, что жизнь Апаччи уже не была лишена смысла, но если речь идет о последней почести воину, которому суждено умереть не в бою, то не смерть ли от руки командира будет достаточным признанием заслуг? Не понимание ли, что как бы там ни было, последнее, что услышит воин, будет слово благодарности, а не слово проклятия. Умереть в бою, защищая то, что достойно защиты, жертвуя собою во имя жизни твоих товарищей, во имя той цели, в которую ты веришь — это достойная смерть. Но если и ее для тебя не осталось — что тогда? Тиа верила, что Повелитель сможет понять. Она верила, что не так уж и велика была эта просьба, чтобы не дать на нее положительный ответ. Для себя она не хотела ничего. Только знать, что дорогое существо выживет... Или иметь право добить ее самой.

+4

6

Айзен молча слушал Тию, и по мере того, как она говорила, картина становилась все яснее.
- Значит, вы позволили захватить пленника? Непозволительно. Это серьезный промах. И Гриммджо опять не смотрит за своими фрасьонами?
Гриммджо… Самодовольный кот. Они с этим рыжим недошинигами очень похожи. Айзен вспомнил недолгую встречу с Куросаки и его взгляд.
Надо с ним побеседовать —  усмехнувшись своим мыслям, Айзен представил «беседу» во всех красках. Голос звучал холодно, и улыбка не выражала ничего.
Тронный зал и мраморные колонны, всем своим видом напоминающие об одиночестве. Огромном, привычном одиночестве, гулком, как звук гонга и тяжелом. Но таковы законы мира — ты один против всех. Таковы правила игры. Тишина, только редкие шорохи доносятся до них. Словно стук фигурок о доску. Сегодня ты король, завтра — обычная пешка. Или наоборот. Этого никто не знает… кроме того, кто двигает фигурки. Предать может кто угодно, и не станет ли предательницей фрасьон Тии? А сама Тиа? Ну же, ты так хочешь ее спасти, так докажи мне, что она достойна спасения, умоляй, расскажи мне о преданости, - говорил его взгляд. Необычно, очень необычно для арранкара… но предсказуемо для женщины. Он знал, что от него ждут одобрения, понимания… но когда Айзен был таким? В старые времена? Возможно. Так думали те, кому хотелось видеть его всепрощающим, но никто и никогда не прислушивается к другим людям, все думают только о себе, не замечая, что происходит с теми, кто рядом. И даже Тиа — она говорит, что печется о своей подчиненной, но на самом деле преследует только свои цели.
- Ты говоришь верно. Почему же ты до сих пор никого не отправила с поручением? Неужели тебе так необходимо отправляться самой? Пошли туда кого-нибудь. Отдай приказ, ты же императрица, - в голосе прорезались насмешливые нотки, но напомнить о ее титуле было не лишним. И пусть Халлибель склоняется перед ним, но для остальных она - императрица… А тем временем будет видно, кто недоволен ее правлением.
Недовольные… В Лас Ночес всегда были недовольные, и следовало признать — животное, пусть и стоящее на двух ногах, все равно останется животным, а значит — ему нужна жертва, ему нужно кого-то рвать когтями и пить кровь. Хищные законы мира можно усмирить силой, конечно… но не интереснее ли следовать за ними, наблюдать и ударить в нужный момент?
- Твоя мудрость мне нужна здесь, Тиа, - мягко сказал Айзен. - Без тебя и без твоей интуиции здесь просто не справиться. Я так понимаю, ты уже составила свое впечатление о пленнике. Кажется, он рвался что-то мне сказать? Дадим же ему шанс.

Отредактировано Aizen Sousuke (24.09.2017 04:30)

+2

7

Что ж, упреки были достаточно оправданы. Тиа неоднократно осудила саму себя неверном выборе фрассионки для отправки в Каракуру.
Апаччи подходила для миссии не идеально - и поплатилась за это. Как бы не было больно Трес, эта досадная ситуация заставила ее осознать остро и наверняка то, что за ее ошибки винить себя будет не только она сама. Что от ее ошибок будет зависеть слишком многое. Что на ошибки она теперь не имеет права. На ошибки других - в том числе. Вот так и приходит понимание роли правителя. Сразу,наверняка и обухом по голове. Если бы она осталась той, кем была, Васто Лордом, Тиа Халлибел, то вся ее ответственность свелась бы к тому, чтобы не дать убить никого из ее маленькой семьи, не оглядываясь на их ошибки, имея право и силы их исправить в любой момент. Да и не было тогда ошибок у ее подчиненных. Не было и не могло быть. Только она одна отвечала за всех четверых. Только ее гордость была причиной того досадного поражения. Она защищала слабых, не решала за них - только предлагала свой путь.
Сейчас от ее решений зависели решения других. От ее приказов зависело то, какие приказы отдадут своим подчиненным остальные Эспада. Хотели они слушаться, или нет, это был их долг, принимать ее решения к исполнению, раз уж все они поставили свою подпись на этом договоре.
- Это и моя вина тоже, - склонила она голову, в ответ на замечание о Коте. - В моей власти, как назначенной Вами Императрицей, было предусмотреть и предупредить подобное течение событий, - в голове всплыла небольшая подробность неосмотрительно упущенная в ходе предыдущего рассказа. - Однако в его непослушании есть и положительные стороны: информация, полученная от Улькиорры, уточнилась - в Каракуре присутствует больше одного Квинси. Это может стать досадным недоразумением в войне, способным сыграть как нам на руку, так и нашим врагам.
О Лучниках ходили легенды одна краше другой. Рассказывали, что некогда они совершали рейды в Уэко, убивая направо и налево всех, кто попадет в поле зрения. В отличие от шинигами они воспринимали убийство Пустых не как работу. Они видели в этом цель и смысл своей жизни. Этот фанатизм поражал и вызывал восхищение. Тиа не сомневалась, что встретив такого воина, она не оставила бы ему шансов, посмей он угрожать кому-то из тех, кого она защищала. Но истории о их жестокости заставляли воспринимать всерьез упоминание о белоголовом мужчине, прикрывшем мальчишку с голубым луком из рейши.
- Отправка кого-либо с поручением была невозможно, поскольку Ваш запрет об отправке Арранкаров в Каракуру не был отменен. У Апаччи была вполне конкретная миссия, санкционированная лично вами, - заметила Тиа. - Никто не сомневался, что вы вернетесь, поэтому я не сочла себя в праве подставлять кого-либо подобной миссией. Именно поэтому я предпочла бы отправиться туда самой, чтобы быть уверенной наверняка в завершении неустойчивого положения Апаччи. Если же не я, то остается только уже засветившийся Риньери Мурата - его характер таков, что если у него будет возможность исполнить свою миссию не ввязываясь в сражение, он приложит для этого все усилия, и он вынес достаточный урок из своего поражения, что бы не повторить его. Позвольте покинуть Вас, чтобы отдать соответствующие приказы и направить нашего гостя засвидетельствовать Вам свое почтение.
Это не было иронией. Тиа была уверена, что добиться почтительности от рыжего монстра, приведенного Командующим Тоусеном, практически невозможно. Он понимал только силу и был не способен слышать кого-либо кроме себя, за редкими мгновениями исключений. Только Халлибел так же прекрасно осознавала, что Айзен соуске не боится трудностей. Он методично их преодолевал, так что почтительность недошинигами была вопросом времени.
Сейчас она смотрела на своего Повелителя и ждала его дозволения, невозмутимая, прямая спокойная, отринувшая страх и сомнения. Принявшая ситуацию, не как трагедию, а как очередной виток истории. Если она не может отправиться за своим сердцем, она найдет способ вернуться свою подопечную иначе, или не дать ей жить вовсе. Это война. На войне умирают.

Отредактировано Tia Hallibel (16.10.2017 20:12)

+3

8

- Вот как, - ответил Айзен, чуть усмехнувшись. Он уже начинал скучать — сколько можно об одном и том же? Он рассчитывал на новости, рассказ о событиях, произошедших во время его отсутствия. Но как это часто бывает, истинные новости скрываются в незначительных деталях, недомолвках и жестах, а потому продолжал внимательно слушать и резюмировал:
- К сожалению, так часто бывает. Это последствия наших решений. И это невероятно тяжелая ноша. Ты ведь это понимаешь теперь, Тиа?
На самом деле это был не вопрос. Конечно, она понимала — Владыка знал это. Знал и то, что в любом случае все обернется ему на пользу. Что бы Халлибель ни сказала дальше, он найдет, как это использовать.
Однако следующие слова Трэс развеяли возникшую было скуку. Чутье не подвело — самое главное скрыто в мелочах, вот и Тиа преподала новость о квинси так, словно чуть не забыла о ней — между прочим. Это было действительно интересно…
- Квинси? Весьма неожиданно… - обманчиво вальяжный тон, однако, не оставлял сомнений, что на самом деле эта новость заинтересовала Айзена — чуть сузившиеся глаза и напряжение в позе выдавали истинные чувства.
Он прекрасно знал, что квинси и Пустые — прирожденные противники, равно как квинси и шинигами, но отказываться от новых возможностей? И потом, квинси — все-таки люди. А люди слабы, и как знать… Владыке были известны легенды, но все они касались прошлого, и можно было подумать, что эту пыль веков уже невозможно стряхнуть, но появление риокка в Обществе Душ развеяло эту иллюзию. Правда, один мальчишка не вызывал большого интереса, хотя Айзен тогда и взял информацию на заметку, но теперь…
- Насколько больше одного? - нетерпеливо спросил Айзен. Конечно, у мальчишки должна быть семья, это логично, но слова о войне позволяли предположить, что речь о количестве намного большем, чем одна семья, и вот это было важно.
- Это удивительно. Знаешь, Тиа… Как думаешь, из них получатся союзники? Подумай об этом.
Затем Халлибель непроизвольно указала Айзену и на его ошибку, напомнив о запрете, точнее - об отсутствии распоряжения о его отмене. Что ж… Улыбнувшись тому, как изящно она это сделала, Владыка ответил:
- В таком случае пошли Мурату. Так или иначе, действуй по своему усмотрению. Запрет я снимаю. А теперь иди. Негоже нашего гостя — тут Айзен усмехнулся — надолго оставлять в одиночестве. И даже не в одиночестве. Когда управишься с делами, пришли Куросаки ко мне. Нам есть о чем побеседовать.

Отредактировано Aizen Sousuke (08.11.2017 18:08)

+3

9

От Тиа не укрылся огонек любопытства, мелькнувший в океане спокойствия, окутывающем Владыку. Как хвостик Бикфордова шнура, это любопытство уронило мелкую искорку, наводящим вопросом. Тиа честно прокрутила в голове ответы Мураты и пришла к выводу, что можно выдать и свои выводы, а не только голые факты.
- Помимо уже известного нам квинси, был еще один. Однако его манера вести бой была настолько отлична от манеры боя Урью Исиды, как отличается обычный Пустой от Адьюкаса, которым он однажды станет. То же можно сказать и мастерстве управления рейацу. Он был незаметен, пока не ввязался в драку, точно его не существовало вовсе. Я сомневаюсь, что это талантливый самородок, если верить подобному описанию. Больше всего это похоже на обученного бойца, - Тиа предполагала, но с каждым ее словом ощущение верного вывода из сбивчиго рассказа Мураты росло. Если более взрослый квинси ввязался в бой, ушел невредимым, уведя за собою одного из сражающихся, то, как минимум, он обладал достаточным опытом, чтобы в горячке боя не потерять голову, и хорошими способностями, чтобы не зацепить никого лишнего из присутствовавших. А отличить опыт и закалку от талантливого самородка мог любой из Арранкаров. Кроме Гриммджо, пожалуй. Но Кот – это отдельная история. Халлибел не считала целесообразным проводить сейчас аналогии, в которых участвовал Пантера.
Она кинула, демонстрируя, что услышала его вопрос и пожелание, чтобы она обдумала ответ на него. 
-  Я думаю, что они могли бы стать нам хорошими и сильными союзниками в войне с Готэем, но маловероятно, что станут – рейацу Пустых губительна для квинси, - сухо и спокойно. – Кроме того, те, кто прожил достаточно долго и сохранил память, рассказывал, что квинси приходили в Уэко, чтобы убивать. И даже Барраган, жаждавший силы и власти, не связывался с этими охотниками. Они не признавали договоров ни с кем, - слова были сухими, как песок. Они шелестели и текли. Это была информация. История, которой новый Бог этого мира не знал. Ей было безразлично, что он будет делать с этим знанием. Сейчас у нее была другая цель, от достижения которой она была уже недалека.
- Благодарю, Повелитель, - она вежливо склонила голову, прощаясь. – Он не заставит Вас долго ждать.
Нужно было найти фрассиона Гриммджо и отправить его в Каракуру. Найти Нэллиел и это невоспитанное чудовище. Дел было много, а времени – нет. Следовало торопиться. Она аккуратно прикрыла за собою дверь тронного зала.

Отыгрыш завершен

+4


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Hueco Mundo » Эпизод: На круги своя.