Bleach: Swords' world

Объявление



Pokemon: Amazing World Fate/Somber Reign

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Soul Society » Эпизод: Эндшпиль


Эпизод: Эндшпиль

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Название: Эндшпиль
Участники (в порядке отписи): Soi Fon, Narigin Yun
Время действия: День
Место действия: Северный Руконгай, окраина селения, таверна "Нырок"
Условия: Небольшой ветер, почти жарко, +25.
Квента (пролог истории): Капитан Сой Фон была вызвана срочным сообщением: уничтожена часть отряда внешней разведки в Обществе Душ. Она оправляется туда, но попадает в таинственную ловушку.

0

2

Почему? Ну, почему всякий раз, когда дело подходило к решающей стадии, когда любое слово и действие могло значительным образом изменить ситуацию, вдруг ни с того, ни с сего появлялся третий неучтённый фактор, и все усилия летели в тартарары? Адская бабочка за неделю уже далеко не первый и, как подсказывало чутьё, далеко не последний раз рушила ей все планы.
Сой Фонг яростно стискивала зубы и кулаки, посылая мысленные проклятья на головы тех, по чьей вине она вынуждена была прервать важные переговоры с информатором из Улья.
Послание, доставленное крылатым вестником, имело первый уровень приоритета, и потому проигнорировать его просто было невозможно. К тому же, это касалось её лично. Второго отряда и Онмицукидо, за которых Оса несла непосредственную ответственность.
Сой Фонг испытывала стыд и злость. Она не могла бы сказать, на кого злилась больше – на себя, как на командира, или на тех ослов, что умудрились запороть не самое сложное задание, со всеми вытекающими. В сообщении, отправленном адской бабочкой, говорилось, что её люди пропали где-то в северном районе Руконгая – месте, где в последнее время всё чаще стали происходить странные и крайне неприятные вещи. Сначала протестные выступления, дикая пропаганда и одиночные нападения. А теперь ещё и это. Дурное предзнаменование.
Сой Фонг летела стрелой, легко касаясь носками крыш домов, плотных и широких стен ограды, веток низкорослых деревьев, не пытаясь скрыть или хоть как-то зашифровать своё присутствие. Она была гневом, облёкшимся в человеческое тело, и явившимся для того, чтобы карать.
Можно было отправить розыскной отряд, дав им дополнительные жёсткие полномочия и прибавив, для усиления боевой мощи надёжное прикрытие в лице нескольких асассинов из спецотряда. Но ей хотелось проконтролировать всё самой, непосредственно, не получая обрывки ценной информации в донесениях.
Нужно было увидеть всё своими глазами, услышать своими ушами, ощупать и взять верный след, пока за дело не взялись Кенпачи или Маюри, с их вопиющей бестактностью и небрежением по отношению к воинскому долгу.
Если её люди ещё живы, то она найдёт их. И убьёт всякого, кто посмел поднять руку на Готей 13.
Остановившись на немного покатой старой крыше одноэтажного домика, который и домом-то назвать было нельзя – скорее, бараком – Сой Фонг осмотрелась по сторонам. Внутреннее чутье, а не реяцу подсказывало, что она близка к цели. Судя по запахам и голосам, под её ногами располагалась таверна.

Отредактировано Soi Fon (27.07.2016 06:26)

+2

3

Юн убрал меч в ножны. Кинке была расстроена. Сам шинигами — тоже. Банкай — штука важная и нужная. Тень очень надеялся на второе высвобождение меча Наригина. Только пропускная способность молодого человека оставляла желать лучшего. Поглощенная рейацу норовила расплескаться, ускользнуть сквозь пальцы... Злила слабость. После выхода из Банкая Юн ощущал себя не так далеко ушедшим от подопытных — выжатым, с отвратительно трясущимися руками, с влажной от напряжения спиной. И чудовищно злым. Группа разведчиков корпуса ниндзя, на которую он напоролся, пробираясь к своему, оборудованному и скрытому от посторонних глаз, полигону, была столь кстати и некстати одновременно, что убивая тех, кто мог бы быть его сослуживцами, Юн испытывал смешанные чувства. С одной стороны — они были слабы и беспомощны, как новорождённые котята, что непростительно для служащих Второго отряда. С другой — они были товарищами его отца, теми, кого он ценил и уважал. С кем служил, на кого, может быть, не один раз полагался. Впрочем, хорошие стороны можно найти в любом проколе. Например, он не отказался бы сообщить некоторые подробности ситуации в Руконгае Золотой Осе — просто так. Ради собственного спокойствия и успокоения совести — он хотя бы будет точно знать, что число жертв будет минимизировано.
Юн окинул взглядом полигон — тишина. Только пепел от пустого кружится над травой. Адзука был достаточно любезен пожертвовав для тренировок «Золотой колесницы Сарасвати» парой часов всего личного времени и приманив запас жертв, которые спеленутые по рукам и ногам бакудо обживали свое новое и последнее место жительства.
Белая шелковая ткань рассыпалась, возвращая на место черную форменную рубашку и штаны. Небо, глянцево-синее, пышущее жаром даже здесь, севернее Сейрейтея нависало, точно утюг. В ветвях деревьев цвиркали какие-то птицы. Кинкё чувствовала холодную, глубокую ленту реки, которая проходила по северной границе района — родная стихия манила занпакто не хуже, чем обещание прохлады - ее хозяина. Представив зеленовато-синюю шелестящую о каменистый берег реку, шинигами с трудом удержался от того, чтобы направиться к воде.
Юн коснулся фигурки ферзя на шее. Отец... Ему не нравилось то, чем занимается вне службы его сын. В этом не было чести. В этом не было ума. В этом деле не было души и веры. А, значит, заниматься этим Юну не стоило. Наследник семейства Наригин знал это и сам. Нельзя создать новое и целое, используя части старого и треснутого. Нужно чинить то, что сломалось, а не разламывать до основания и создавать на обломках новое царство. Не будет в нем души и истины. Не будет в нем веры и счастья. Только унижение и боль.
Он уже хотел двинуться к реке, однако за несколько километров от него, чуть южнее, мелькнула золотая искорка рейацу. Наригин вскинулся, точно охотничий пес, отслеживая приближающийся огонек, принадлежащий несомненно главному гостю сегодняшнего дня.
Огонек замер. Прикинув расстояние и направление, Юн решил, что это где-то в деревеньке. Это было не слишком удобно. Но... Всегда можно приманить поближе. С улыбкой он приспустил поводок сдерживающий свою духовную силу, возбужденную после Банкая. Если это действительно Сой Фон, то ей будет достаточно. Он прикинул свои силы. Остановить капитана сил ему не хватит — опыт лейтенанта Абараи, в период вторжения рёка умудрившего отравиться тяжелыми металлами, его не прельщал - но притормозить атаку, чтобы было время обозначить свои намерения он вполне сможет.
Юн улыбнулся, кивнул своим мыслям и, прикинув, где удобнее всего будет устроить засаду на возможного союзника, вынул одобрительно звякнувшую Кинкё из ножен, вытянул руку вправо, перевернув меч острием вниз.
- Банкай! Kogane no sensa Sarasuwati no hōkō!
Радовало, что активация его Банкая была втягивающего типа и вовне не давала сильного возмущения. Почему в Банкае все кажется намного более ярким — цвета, звуки, собственные мысли, чужая сила?.. Когда волна впечатлений, влившаяся в него улеглась и картинка перед глазами успокоилась, Юн сделал шаг в шунпо. Надо было достойно поприветствовать высокую гостью.

Отредактировано Narigin Yun (04.08.2016 11:12)

+4

4

Сой Фонг мысленно бесилась, обводя ястребиным взглядом окрестности. Что тут могло представлять угрозу для целого отряда вооружённых и подготовленных шинигами, она не понимала. А незнание всегда выводило её из себя.
Капитан второго отряда, за отсутствием видимой и осязательной угрозы, совершенно не представляла, где ей надлежит искать пропажу.
В таверне под её ногами коротали время самые обычные бесталанные души, которым никогда не стать угрозой для одного шинигами, не говоря уже про целую группу.
Прислушиваясь, Оса улавливала лишь отдельные голоса жителей Руконгая, околачивающихся возле таверны и тех, которые входили и выходили из заведения. Редко кто поднимал голову вверх, а если поднимали, то смотрели безучастно в такое же безучастное небо. И не видели шинигами, замершую в ожидании на краю крыши.
Неожиданным сигналом о возможной опасности пришла энергетическая волна чужой реяцу такой силы, что вполне могла сравниться по уровню с капитанской или лейтенантской. Выдавали не объём и интенсивность, а почти виртуозный контроль, наводивший на мысль об основах обучения в отряде омницукидо.
Сой Фонг подобралась, словно хищный зверь, готовый к прыжку. Может, источник реяцу не приведёт её куда нужно, но проверить его определённо стоит. Хотя бы для очистки совести. С учётом подрывной деятельности неизвестных элементов на территории Общества душ это мог быть кто угодно. Тем более, что данная реяцу не напоминала реяцу известных ей капитанов и лейтенантов Готея. Да и что им тут делать?
Стараясь ступать настолько бесшумно и незаметно, насколько вообще возможно, чтобы не взбудоражить лесных птичек, которые могли бы предупредить о приближении, и приглушив собственную реяцу, Оса быстро покинула посёлок и направилась в установленное место. Её явно приглашали, и грех было отказаться от приглашения.
Но она хотела появиться не тогда и не там, где её ждали. Основное правило уважающего себя асассина гласило: «будь неожиданным и скорым, как ураган», ведь любая стихия, разыгравшись, становится неостановима. А цель вдруг стала быстро перемещаться, учуяв её приближение и, скорее всего, переходя в шунпо. Но в этом они могли и посостязаться.
Шинигами, представший взору женщины, показался знакомым. Наверное, она видела его раньше в одном из отрядов.
- Что ты здесь делаешь? Из какого отряда? – приказным тоном потребовала ответа Оса вместо ответа, появившись по правую руку от отвлёкшего её от миссии мужчины.
Рука предостерегающе легла на рукоять Сузумебачи. Глаза горели холодным пронизывающим огнём. Как будто глава Омницукидо могла читать в сердце. К сожалению, это было не так.

+4

5

+++++

Прошу меня простить - жизнь бьет ключом и прямо по голове - за интернет заплатить не успел вовремя, теперь приходится тыкаться в чужие вай-фай в надежде просочиться в сеть.

Это была она. Он не ошибся. Впрочем,в подобных вопросах Юн ошибался редко. Положение обязывало. Золотая искра сердито вспыхнула в ответ на его «приглашение», помедлила и рванулась. Уже на втором шаге шунпо Наригин понял, что не успевает явиться туда, где разговор был бы наиболее эффективен для него и убедителен для гостьи. Впрочем, Сой Фон как раз тем и прославилась, что практически никогда не играет по чужим правилам. В этом, как и во многом другом, по словам отца, она подражала предыдущей главе Отдела, Йоруичи Шихоуинь. Великолепной и несравненной. Хотя, будучи представительницей одного из Великих кланов, она была неподражаема уже по самому факту своего рождения. Юн, в отличии от простых выходцев из Руконгай понимал разницу между благородным княжичем и простой душой, хоть трижды сильной. Дело было не в уровне рейацу, не в личностной силе, не в опыте, хотя он играл невероятную роль. Дело было в том базисном слое культуры, который окружал благородных. Они могли быть одеты, может, чуть лучше, могли есть ту же простую еду, что и остальные, подчиняясь правилам кодекса Бусидо, порицавшим излишества во всем. Но того упора, который делался в воспитании подрастающих наследников на развитие духовной силы, самодисциплины, и внутренней, личностной, культуры боя в Руконгай было не найти и не компенсировать. Юн понимал это, будучи сыном офицера второго отряда, который издревле считался вотчиной благородного клана Шихоуинь, как шестой — Кучики. Даже представители мелкой аристократии несли в себе отпечаток этого специфического воспитания, чаще всего из поколения в поколение сопровождая Великих служа в Готэй, заботясь о процветании своего собственного рода, помня, что их собственные нити могут оборваться от одного неверного действия.
Уловив, что ему наперерез движется сердитый золотой огонек, Юн остановил шаг. Тонкая звериная тропка, придерживаясь которой он двигался, уводила вправо, теряясь в папоротниках, порывавших корни высоких криптомерий. Дальше, в полу километре отсюда, она растворялась в светлом подлеске бамбуковой рощи, которую и наметил Юн для столь важной встречи. Впрочем, ничего не мешает перенести разговор и сюда. Банкай был активирован, попадавшие в зону его поражения становились жертвами автоматически, исподволь. Повинуясь воле Юна Кинке расплескалась, растеклась туманом, обвиваясь вкруг грубых стволов, шурша папоротниковыми листьями.
Он не уловил, как тонкая нога в черной тапочке шагнула на ковер из опавшей хвои, но его занпакто мелодично выдохнула, ловя в свои прозрачные кольца духовную силу капитана второго отряда, начиная втягивать ее, приумножая, хоть и временно, силу своего владельца.
- Мое имя вам ничего не скажет, Сой Фон-сама, - даже не глядя ей в лицо он мог предсказать ее реакцию -  темперамент капитана второго отряда был притчей во языцах. - Номер моего отряда — тоже. Тем более, что здесь я присутствую не как его представитель. Но если вы сумеете правильно поставить вопрос, - он позволил себе тонкую улыбку уголками губ, - то наше столкновение оставит в выигрыше нас обоих, и объяснит вам причину вашего пребывания здесь. Забегая вперед, прошу вас сейчас не совершать необдуманных действий — я не уверен в своих способностях минимизировать их последствия для нас обоих, при всем уважении капитан.

Отредактировано Narigin Yun (05.09.2016 17:19)

+4

6

Как большинство импульсивных несдержанных людей, Сой Фонг была подвержена привычке делать выводы раньше времени. Она знала за собой эту слабость, но пока что ничего не могла с ней поделать.
Застав, как ей показалось, врасплох шинигами, Оса слишком быстро обрадовалась лёгкой победе, и была неприятно удивлена манере речи и её содержанию. Мужчина держал себя так, словно это он был капитаном, а Сой Фонг всего лишь рядовым. И он вправе разговаривать с ней в подобном тоне.
Ещё не угрожая открыто, но опасно приближаясь к этой черте.
Кровь бросилась в голову женщины. Глаза, злые и яростные, превратились в две тонкие щёлочки, через которые вырывался адский огонь.
Она готова была перейти к активным действиям, но от необдуманного поступка её в последний момент удержало слабое, едва заметное ощущение, будто движение реяцу стало нарушено.
«Он собирает свою или тянет мою? Сволочь!»
Оса наконец-то соизволила обратить внимание на мягкие клочья белого тумана, которому не положено было быть в этой части Руконгая и в такое время. Предусмотрительно выставив впереди себя клона, а настоящее тело максимально скрыв от постороннего внимания и разбросав реяцу так густо, что обнаружение оригинала представлялось весьма затруднительным даже для офицера капитанского уровня, глава онимцукидо тем не менее продолжала чувствовать, что что-то всё равно не учла. Важное.
Может, дело в занпакто хама? Ей ведь неизвестны способности чужого духовного меча. Сой Фонг удержалась от желания закусить губу от досады.
- Я не стану задавать вопросов! – жёстко заявила женщина, желая поставить наглеца на место и в некотором роде спровоцировать его на действия, которые позволили бы ей сделать окончательное заключение на его счёт. – Я сделаю тебе предложение, и оно прозвучит лишь один раз. Второй раз повторять не в моём характере.
Не зря шинигами намекал на импульсивный нрав. Капитан склонна была последовать эмоциям, а не разуму, и держалась только на воспитанной в ней с детских лет осторожности. Преданность клану Шихоуин, впитанная с молоком матери, утверждала беречь себя по возможности ради служения клану. 
- Попробуй объяснить, почему ты здесь и кто твой командир, тогда я подумаю, как поступить с тобой дальше.
Почему-то лицо мужчины показалось ей знакомым, как будто они встречались раньше. Очень давно. Или она знала, кого-то похожего. Кого-нибудь из родственников, если Душа родилась и выросла в Обществе душ.

+3

7

Юн закрыл глаза. Перед ними переливалась и опалесцировала вода, краем уха он слышал прихотливую тягучую мелодию, выводимую для гостьи Кинкё. В Банкае так было всегда. Он ощущал себя поплавком между мирами — внутренним и внешним. Он отмечал малейшие колебания рейши вокруг, и манёвр капитана Сой Фон не сумел бы пропустить, даже если бы очень захотел. Голос Осы, казалось, дробился и звучал эхом отовсюду. Если бы она знала о способностях Кинкё, ей не пришла бы в голову идея рассредотачивать свою рейацу, тем самым понижая ее концентрацию. Он почти чувствовал, как Банкай ускоряет поглощение чужой духовной силы, ослабляя сопротивление возможной противницы. Ему не было нужды всерьез отвлекаться на клона — туман плывущий волнами над землей был его чувствами, резонировал, был его кожей. Это было удобно, делая Осу менее опасной, но значило, что скоро придет предел его умения сдерживать отнятое и будет необходимо атаковать. Учитывая манипуляции главы омицукидо, атака будет силой, направленной на обман чувств.
- Капитан Сой Фон, прошу меня простить, но если мы продолжим эти словесные реверансы, а вы продолжите рассредотачивать вашу рейацу, то мне придется атаковать. Это ни в коей мере не соответствует той цели, которую я преследовал, делая вам такое оригинальное приглашение и подготавливая это импровизированное свидание, - он чуть повернул голову, чтобы тому месту, где ощущалась рейацу настоящей Осы, было видно его мягкую улыбку. Девчонки в отряде млели от того выражения, которое появлялось на его лице в такие моменты, называя его нежно-мечтательным. Такое отношение было не менее удобно, нежели теперешняя ситуация. И намек о том, что ему известно о том, что произошло с разведывательной группой чуть больше, чем ей, был вполне уместен, отвлекая ее внимание от щекотливого вопроса имени. - А здесь и сейчас я потому, что хотел поговорить с вами наедине о вещах куда менее романтичных, чем мои слова.
Воздух наполнял тонкий и пряный аромат хвои. Туман вился кольцами меж колючих ветвей, просвеченный солнечными лучами, он казался расплавленным светом. Он открыл глаза, зная, прямой и острый взгляд в то место, в где спряталась его оппонентка, ни в коей мере не сочетается с легкой полуулыбкой, что все еще блуждала на его губах.

+3

8

Офф

Прошу прощения за задержку

Природа вокруг, такая сонная и умиротворяющая, не располагала к активным боевым действиям. Напротив, она словно шептала невидимыми устами, что нет нужды в поспешных решениях и действиях, что достаточно просто плыть по течению, доверившись воле случая, ведь с ней не может произойти ничего ужасного здесь в этом месте, наедине с этим шинигами.
Сой Фонг чуть заметно раздражённо дёрнула уголком губ. Она ненавидела, когда её пытались успокоить, хоть реальные собеседники, хоть вымышленные её собственным воображением. В душе Осы, вопреки убеждениям большинства её сослуживцев, существовали такие потаённые места, вход куда был заказан даже обожаемой принцессе из клана Шихоуин. Там Сой Фонг всё ещё оставалась маленькой слабой девочкой, остро нуждающейся в материнской ласке и заботе. Уж не из-за потребности ли в них возникла роковая привязанность к бывшему капитану второго отряда?
У неё никогда не было любимого мужчины и не могло быть детей. Жизнь, на самом деле, представала совершенно пустой и бессмысленной, не оставайся у неё офицерский долг, служба Готею и Обществу душ, который, возможно, со временем превратился бы в обычный человеческий карьеризм, свойственный деловым женщинам, лишённым семьи.
Как не своевременно приходили в голову различные мрачные мысли, рождённые воспоминаниями и анализом происходящего. Воздух наполняли приятные и успокоительные запахи травы и древесины. Мир мёртвых был бы невыносимо скучен, не существую тут хотя бы в некотором подобии той же флоры и фауны, что есть в мире живых. Сой Фонг подозревала, что они – материализовавшаяся часть латентных воспоминаний душ, пришедших в Руконгай после своей физической смерти. Но какая разница. Сейчас и вид, и запахи, и ощущения, плывущие вокруг и обволакивающие сознание точно толстое пуховое одеяло, мешали сосредоточиться. Они диктовали условия, которым глава Онмицукидо не желала подчиняться.
Или дело было вовсе не в природе, а в шинигами, который застыл напротив неё и смотрел туда, где в за переплетением ветвей скрывался оригинал. 
«Он знает. Проклятье!»
Она сдержалась, взяла себя в руки и вышла из укрытия. Какой смысл скрываться, когда трюк не удался. Клоны растаяли, как дымок, или обрывки тумана, которым всё ещё полнился густой подлесок.
Требовалось ещё больших усилий, чтобы сдержать себя, когда шинигами говорил. Столько власти и гордой самоуверенности звучало в его голосе, что Сой Фонг мгновенно почувствовала себя униженной и оскорблённой.
«Погоди же…»
- О каких вещах ты хотел говорить?
Оса не отпускала рукояти Сузумебачи и не приближалась. Она чувствовала что-то неладное, но пока не могла разобрать что именно. Как будто некто пил её реяцу, ослабляя и делая податливой для внушения. Но тем самым всё больше разжигая подсердечную злость, сдерживать которую становилось всё тяжелее и тяжелее.

+3

9

********

Прошу прощения за задержку.

Туман обнимал фигуру Осы, которая решила, наконец перестать прятаться. Маленькая, не намного меньше самого Юна девушка шагнула в свет солнечного луча, пробившийся из-за широких ветвей. Пожалуй, среди причин, по которым Юн решился на подобную самоубийственную выходку можно было указать и ту, что на капитана второго отряда было просто приятно смотреть. Это была не нарочитая кошачья грация Мацумото Рангику, не порывистая, со скрытой тяжеловесностью, сила маленького капитана его отряда, не экономичная, скрытная, скупость движений Айзена Соуске. Это был полёт шмеля. Когда-то услышав эту музыку, он нашел, что капитан Сой Фон соответствует ей в самой полной мере. Маленькая, но опасная и стремительная. Это не имело отношения к романтике. Это имело отношение скорее к эстетизму. Как люди предпочитают окружать себя вещами, которые соответствуют их представлениям о красоте, так и Юн считал, что представления солдата о силе, красоте и эффективности должны находить полное отражение в капитане отряда. Ведь иначе возникнет чувство внутренней дисгармонии, несоответствия, которое в конечном итоге не даст учиться у лучшего.
Легкий ветерок, долетевший с изгиба реки, прозвенел в косматых лапах, но не поколебал Кинке, зависшую взвесью тумана в воздухе ни на миллиметр. Юн отвел глаза от капитана второго отряда. Смотреть ими было вовсе не обязательно. Даже, пожалуй, опасно — неуместная яркость картинки заставляла терять концентрацию.
- Для начала, я хотел бы выразить своё разочарование в том, что группа внешней разведки, которая прочесывала эту и близлежащую местность была слишком... - он на мгновение задумался, - невнимательна, и халатна, либо просто недостаточно квалифицированна, для выполнения подобного задания на предположительно недружелюбно настроенной территории, - Юн говорил это с легкой полуулыбкой. Рейацу Осы достаточно стабилизировалась, чтобы обеспечить пространство для маневра, давая небольшую, но фору. Напряжение же, которым разила капитан Омицукидо, можно было резать занпакто. Не оставалось сомнений в том, что если Юн хоть на мгновение отвлечется, на его теле сразу же распустится смертоносный цветок Хаумонки.
- А во-вторых, капитан Сой Фон, вы поступили опрометчиво, явившись в одиночестве туда, где, вполне возможно, скрывается сила, представляющая угрозу для того уклада жизни, который знаете вы и весь Готэй 13, уничтожающая этот уклад изнутри. Вы можете попытаться меня убить, как наглеца дерзнувшего вам указывать, госпожа Сой Фон, - он подпустил в голос сожаления, - и вы будете в своем праве, но это не изменит серьезности сложившейся ситуации, а, скорее, и усугубит ее.
Он понимал, что ходит в опасной близости от обрыва, но либо он будет вести переговоры как независимая единица, действующая в соответствии со своими собственными принципами, либо не было ни малейшего смысла планировать эту встречу. Сегодня вечером ему предстояло продолжение задания, порученного ему... ИМ. Юн не хотел называть его никак. Казалось, что если ОН будет оформлен, то Наригин перестанет его воспринимать серьёзно, спрячет реальную опасность за простое слово. А так поступать было нельзя. Но от того, чем закончится этот разговор, зависело значительно больше, чем судьба самого Юна. Оставалось надеяться, что взрывная и неуживчивая натура не даст Осе пропустить самое важное.

Отредактировано Narigin Yun (06.11.2016 19:27)

+3

10

Глаза Сой Фонг смотрели сквозь узкие щелки, оставленные веками, с ядовитой пронзительностью. В них была угроза, не затаённая, а вполне откровенная, чистая, яркая, каким бывает солнце  зимний день.
Оса мысленно прикидывала точки на теле мужчины, куда можно нанести удар когтём, не размениваясь на лишние движения. Всё, что требовалось от неё, активировать Сузумебачи и напасть. Предупреждать врага об атаке, как делали некоторые олени в Обществе душ, она не собиралась.
Пока она оставалась на месте, сохраняя положение готовой к прыжку хищницы. Чутьё подсказывало, что не стоит выпускать агрессию раньше времени. Кем бы на деле не оказался её собеседник, он держался слишком уверенно для простого рядового, того, кто лишён силы для достойного противостояния кому-то уровнем и званием выше.
Он говорил, как будто отчитывал её. Её!
Из ноздрей главы Омницукидо едва только не валил дым. Осе с большим трудом удавалось сдерживать себя, чтобы не ударить с лёту, переходя на Мгновенную Поступь, в наглое лицо. Или – пониже живота.
- Не беспокойтесь, - сузившиеся глазки женщины зло блеснули, - группу ждёт наказание, как только вернутся в казармы.
«Но не тебе учить меня, как руководить отрядом, и как должны поступать мои люди».
А шинигами продолжал всё тем же покровительственным тоном, отводя от Сой Фонг глаза, как будто она могла испепелить его одним взглядом. Будь такое возможно, он уже давно стал бы кучкой пепла.
«Я могла бы сказать то же самое про тебя».
Шинигами из младших офицеров имеет наглость указывать капитану об опасности, которая грозит для путешествующих в одиночку по глухим района Руконгая, когда сам он так же находится здесь один. Будь этот умник с командой, она почувствовала бы ещё на подходе. Но в реальности одни жалкие панты.
- Ты поступаешь не менее опрометчиво, - прошипела она.
Скрипнула потёртая об металл ткань на рукояти Сузумебачи – так сильно стиснула её рука хозяйки.
- Надеюсь, это не те важные вещи, о которых ты хотел поговорить? Учти, я ненавижу людей, которые считают возможным поучать меня. Не имея на то никакого морального права.
Слово «ненавижу» прозвучало особенно веско и зло. Ещё немного, и Оса покажет жало, если только смельчак, посмевший говорить и действовать наперекор ей, не сменит по собственной воле стиль поведения по отношению к старшему офицеру.

Отредактировано Soi Fon (13.11.2016 08:02)

+1

11

В воздухе пахло бешенством. Если бы Юн чуть хуже себя контролировал, он бы уже атаковал девушку, даром, что она капитан, ученица Йоруичи Шихоун и глава омицкидо, а он сам — всего лишь офицер и, положа руку на сердце, далеко не так виртуозно владеет собственным банкаем, как ему самому того хотелось бы. Однако словесные баталии — тоже бой, и оставалось плести кружева, раз уж высекать искры из обсидиановой глыбы вселенной пока получается с огромным трудом. Кстати, о труде. Рука на древке Кинкё уже покрылась слюдяным слоем капелек тумана, это мало что значило, если, конечно он правильно рассчитал свою способность удерживать Банкаай, но ему придется использовать тот шаг, которым Сойфон его поприветствовала, иначе довести беседу до ума не получится. Он улыбнулся и распылил свою рейацу веером, создавая иллюзию фигур в тумане. Белые одежды, которые облекали его тело в Банкай способствовали эффекту нереальности. Такому фокусу его научил отец. «Не создавай клона. - Говорил он, - Создавай призраков. Клон один, а призраков много — и у каждого твое лицо. Более глупый противник начинает охотиться на призраков, которые лишь видимость и разрозненные сгустки рейацу, но не ощутимы физически, более умный подождет твоей атаки». Краем уха он уловил глубокий тяжелый перелив, которым отдаются поющие чаши — для него мелодия была всего лишь прозрачным флером, едва уловимым. Для капитана Сойфонг она была вполне осязаемой вибрацией, пронизывающей тело, увидевшее себя колоколом гудящим под ветром. Кто-то может посчитать это атакой... которой на самом деле оно не является. Скользящий шаг — и он оказывается чуть в стороне, ниже по тропе.
- Боюсь, в отряд группа уже не вернется, - Юн вздохнул, искренне сожалея, о том, что некоторые вещи поистине неизменны в мире, что во внешнем, что в этом. - Наткнувшись на меня, они решили переходить к атаке, хотя насколько мне известно подобные действия разведчиков требуют нападения с моей стороны... Пришлось их убить в порядке самообороны. Приношу свои извинения, капитан, но зачем такому сильному руководителю такие бесполезные подчиненные, которые не в состоянии адекватно выполнять задание? Впрочем, что могли - они сделали. Вы здесь.
Он перевел дыхание. Давление банкая чуть ослабло. Капля холодного пота скатилось по спине. Он прекрасно понимал, что капитан в бешенстве. Однако не мог в точности понять почему. Отсутствие подобострасности в его голосе и поведении? Вряд ли. Говорил он употребляя только вежливые формы... Или все дело в непонимании Осы, что происходит?.. Скорее, все дело в том, что разговаривать на равных с неизвестными она не привыкла. А он поставил ее именно в такое положение. Что ж, придется слегка сменить линию поведения, добавив честности, иначе шансы на исполнение его планов равны нолю.
- В данный момент опаснее Вас на много ли вокруг нет никого, - Юн подпустил в голос легкую незлобливую усмешку. - Однако, капитан, я хотел бы договориться с вами, а не вступать в бой, потому что, как и Вы, я верен Готэй 13 и законам Общества Душ. И мне искренне не хотелось бы ссориться с Вами, человеком, которого я уважаю не только за силу, но и за ум. Однако и Вы постарайтесь меня понять — если я назову вам свое имя, номер отряда, выдам вам всю информацию, которую вы хотели бы знать сразу, очертя голову, не имея гарантий, не будет ли это беспросветной глупостью? - ситуация становилась патовой. Если это не решить сейчас, то смерть тех идиотов была просто бессмысленной. А такие размены представлялись Юну недостойными офицера Готэя и разумного человека.

Отредактировано Narigin Yun (20.11.2016 08:43)

+2

12

Что-то было не так. Шинигами не походил на обычного рядового. Он вообще не походил на шинигами. Он выглядел подозрительно, раздражал и отчего-то вызывал чувство недовольства собой. Как будто капитан второго отряда сделала то, чего по званию не должна была делать. Хотя в реальности всё обстояло с точностью до наоборот.
Загадочный субъект вёл себя непочтительно по отношению к вышестоящим, находился в потенциально опасном месте без ведения старших, отдельно от своего отряда, в нарушение всех возможных правил, установленных Обществом душ. Изменник, ренегат, шпион. Любое из этих название подошло бы для определения того, кто он.
Оценивая своего собеседника беспристрастно по мере того, как на смену эмоциям приходил  аналитический ум, Сой Фонг начинала понимать, в какую она действительно попала передрягу. Оса во всех миссиях полагалась не только на себя, но и на группу поддержки, сопровождавшую каждый её шаг, словно тени. Только не на этот раз. Самонадеянность, нетерпеливость и гнев сыграли с ней дурную шутку.
Женщина осознала, насколько близко подошла к краю бездны, когда реяцу мужчины начала распылятся, создавая по периметру случайного места встречи многочисленных клонов. Хотя называть двойников из реяцу клонами было не совсем верно. Что-то смутное, вязкое и, в то же время, не оформленное в чёткие контуры. Они напоминали ей солнечных зайчиков, которые могли вспыхнуть под стеклянной призмой пламенем, но которых никак нельзя было принять за настоящее солнце.
Кто-то другой попытался бы атаковать, выматываясь в бессмысленной погоне за бликами и отражениями, но не она. Сой Фонг мысленно прикидывала, какое заклинание подойдёт больше всего при нападении на наглеца, и стоит ли действительно сейчас переходить к боевым действиям или лучше сделать вид, что слова собеседника оказали на неё необходимое успокаивающее воздействие. Она ни в коем случае не собиралась спускать с рук подобное поведение. Но начинала понимать, насколько серьёзного и опасного противника встретила на своём пути, где ожидала встретить лишь неорганизованный хаотичный отпор местной разбушевавшейся голытьбы. 
Самых сильных, самых страшных врагов мы воспитываем сами. Даём им знания, опыт, уверенность. Доверяя и не ожидая коварного удара в спину. Но, похоже пришло время, когда Готей 13 требует чистки в своих рядах от плесени, что завелась по пока неизвестным причинам.
Шинигами говорил, не стесняясь и не рисуясь, признаваясь в преступлениях, которые совершил, без покаяния и капли сожаления. Говорил так, как объяснял инструктору выбор оружия или приёмов, которые привели бы его к победе. Её люди были для него не более чем помехой, мусором, лежащим на его дороге.
Что же, когда придёт время, она не станет жалеть. Место паразитов в Улье. И маленькая лесть по поводу сомнительного превосходства в силе не лишила Сой Фонг ясности понимания, с кем имеет дело. Хитрый лис пытался усыпить её бдительность, спутать мысли. Так что, отметая ненужную шелуху красивых и вежливых оборотов речи, Оса оставляла для ума только то, что считала информативно полезным: Он убил её людей, скрывает свою личность и не жалеет ни о чём из совершённых противоправных действий.
- Глупостью было выдавать себя за единомышленника, признаваясь в непростительных грехах перед Обществом душ.
Её люди хорошо вышколены. Они не нападут без особой причины, и если напали, значит, причина была, и очень веская.
Оса игрой фаланг размяла пальцы на руке, сжимавшей рукоять Сузумебачи: кожа начинала потеть, и цукемаки становилась чуть влажной. Глаза, по-прежнему суженые, бросали взгляды по обеим сторонам шинигами, на случай боковой атаки.
- Ты хочешь доверия там, где доверие невозможно, - процедила Сой Фонг сквозь зубы. – Зачем ты хотел, чтобы я пришла сюда?

+3

13

Юн не ожидал, что Оса согласится сразу, на все, и без оговорок. Но и не ожидал, что капитан второго отряда проявит подобную твердолобость. Впрочем, ранее он уже допускал мысль, что тупик, в который зашли переговоры, образовался из-за его неверного выбора стратегии. Летний полдень звенел своим многообразием где-то там, далеко, за стеной тумана. Где-то там, западнее, где в лесу скрыт опорный пункт предводителей восстания из числа руконгайцев его сегодня, верно, не дождутся, следовательно, стоит оставить письмо в установленном месте, чтобы они не решили, что о них забыли. В его планы не входило подогревать их интерес к восстанию. Не входило и откровенно саботировать те обязанности, которые на него возложили представители обоих противоборствующих сторон — Тень и Готэй. Просто... Просто, чтобы там не думала капитан Сойфон, он действительно предпочел бы быть обыкновенным офицером Готэй13. Просто ходить на службу, просто освобождать души. Просто — судьба решила за него. И если своими действиями он может переломить ход этого никому не нужного восстания, значит, ему должно вложить все эти силы и веру в свои действия. И все же донести до неуступчивой Осы, что происходящее в Руконгает — это не спонтанное брожение масс. Это целенаправленный отвлекающий маневр, за которым последует настоящий удар. Прямой и наверняка, как учил Макиавелли.
- Я хотел сказать вам, капитан, - проговорил Юн, оставив предыдущее заявление без внимания. - Что в ситуации с этим восстанием вы пытаетесь лечить проявления болезни, а не ее причину. Я верен Готэй, что бы вы, капитан не думали, и мои действия продиктованы именно этой верностью. На самом то, что все считают восстанием — это начало полномасштабной, хорошо подготовленной, гражданской войны, которую никто не собирался и не собирается объявлять. Вы считаете меня предателем и ренегатом? Ваше право. От того, кем вы меня считаете, мои приоритеты не пострадают. И в моих приоритетах значится задушить эту войну в зародыше. Собственно, это и является причиной, по которой я хотел встретиться с вами, капитан. Я хотел бы предложить сотрудничество. Только капитан, умоляю, принимая решение, подумайте о тех, кто уже положил жизни за нашу с вами веру — и еще положит. В наших с вами силах предотвратить бОльшие жертвы — ведь войну на два фронта Готэй 13 сейчас не вытянет при всем желании, и вам это известно не хуже меня, - он говорил и надеялся, что те чувства, которые питали его решение, та вера и знание, которым били подчинены его действия с того памятного утра, доходили до сердца Осы.
Только от ответа капитана второго отряда сейчас зависело, что произойдет дальше. Вариантов было не много — чем больше оттягиваешь резинку, тем больнее она шлепнет по руке, а Юн тянул время уже достаточно долго. И рейацу Осы, слитой с Золотой колесницей Сарасвати было в воздухе слишком много. Если она нападет — придется пустить в ход свой последний козырь. Если примет его предложение — достаточно просто предупредить ее о свойствах его Банкая. Сойфон, даже будучи главой отдела Тайных операций, не будет бить в спину сразу после рукопожатия, если точно знает, что из этой руки можно вытянуть больше информации. Радовало, что и он, и она служат не за жалование, а за совесть — значит, как минимум что-то общее между ними есть.
А это уже не мало.

+3

14

Сой Фонг не ожидала, что её визави заговорит так откровенно. Можно было, конечно, заподозрить, что шинигами врёт, от первого слова и до последнего, но было что-то в его глазах, интонации, самой речи, что он говорит правду. Искренность не смягчала вины. Наоборот, утяжеляла. Сой Фонг не могла понять, что мешало этому офицеру прямо доложить о заговорщиках и тем самым определиться с выбором стороны в назревающем крупномасштабном конфликте. Если только он сам не в числе заговорщиков. Тогда какой смысл делиться с ней информацией?
А смысл в том, что информация, как минимум, устарела. После инцидента в двенадцатом отряде идея о деятельности некоей подпольной организации, ставящей целью уничтожение ныне существующей системы управления Обществом душ, ни у кого не вызывала сомнений. Когда появились первые слухи о брожении настроений в Руконгае, разумно было предположить взаимосвязь между диверсиями в отрядах Готэя и готовящимся восстании. Так что по сути ничего нового Сой Фонг пока не услышала. Её глаза, немного расширившиеся в начале речи собеседника, в ожидании сенсационных открытий, снова сузились в щёлки. Она уже никуда не спешила. Первоначальная ярость, успев остыть, обрела равнодушие закалённой стали. Оса стала вести себя куда более сдержано, нежели в начале разговора. Даже приотпустила хватку на рукоятке Сузумебачи, дабы дать понять шинигами, что уже не собирается нападать. Как поступить лучше, она всё ещё не знала и потому не спешила ускорять события. Зато, на всякий случай, пыталась усыпить бдительность собеседника.
Он продолжал говорить так, будто учил её, как драную школярку, уму-разуму. И странно намекал о больших жертвах, словно оправдываясь за то, что сделал с разведывательным отрядом. К сожалению, для него, мольбы и сожаления уже давно не трогали Осу.
Она была карающей дланью правосудия, а руке, лишённой собственной воли и чувств, всё равно каковы были мотивы тех, на чьи шеи опускался меч палача.
- Очень убедительно и красочно, - с толикой ядовитого сарказма в голосе, наконец, произнесла Сой Фонг, отмечая как бы между прочим, что он проигнорировал её предыдущее замечание. – Теперь я немного просвещу тебя. Восстание есть, по сути, гражданская война. Я не дура, и не вчера родилась. И раз уж ты не понимаешь намёки, герой, я сформулирую ключевой вопрос: «почему мы должны доверять тебе?» Ты не сказал ничего нового, ты напал на моих людей, ты держишь в секрете свою личность, ты заманил сюда меня, как ты сам сказал, и… Я чувствую твою реяцу. Паразитарного типа, я права? Или это нечто совершенно особенное.
Если облечь всю духовную энергию шинигами в алые нити, то сейчас нити мужчины плотно переплетались с её собственными нитями, словно сливаясь в одно. Как будто щупальца осьминога, прилепляющиеся к ничего не подозревающей жертве. Хотелось верить, что её ощущения и подозрения всего лишь миф, навеянный нервным напряжением и необычностью обстановки, но Оса не спешила отмахиваться от них, только чтобы успокоить себя.

0


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Soul Society » Эпизод: Эндшпиль