Bleach: Swords' world

Объявление



Pokemon: Amazing World Fate/Somber Reign

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Hueco Mundo » Эпизод: Пантера выходит на охоту


Эпизод: Пантера выходит на охоту

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Название: Пантера выходит на охоту
Участники (в порядке отписи):
Франческа Мила Роза
Эмилоу Апаччи
Гриммджоу Джагерджак
Чуть позже: Тия Халлибел
Время действия: Вечная ночь.
Место действия: Одна из тренировочных площадок в Лас Ночес.
Условия: Ста
Квента (пролог истории):Гриммджоу Джагерджак, узнав о новом назначении Тии Халлибел и его условиях, поспешил проверит обстановку. Однако вместо новой повелительницы замка он нашел её франсьонок, борющихся за место правой руки. 
Предыдущий эпизод: -

0

2

«Госпожа теперь заняла достойное место», - растревоженной птицей билось в голове Розы. Выпад, другой. Удар ногой. «Не то что бы я была против Айзена-сама. Он даровал нам новую жизнь, он спас госпожу. Но все же. Пустыня и ЛасНочес должен принадлежать только нам!»
Последняя мысль стремительно стрелой пролетела в голове, а следом за ней, сливаясь в одно рвение, пролетел слабый заряд церо. Более сильные взрыв были запрещены в стенах замка, так как это риск очередных обвалов и крушений, которые ни кому не нужны. Хватило нескромного визита временного шинигами. Но пыл и страсть таких женщин, как Мила Роза держать под контролем было крайне сложно, хотя это удавалось Халлибел.
Обломки манекена осыпались на пол горсткой мелкого пепла, но уже через секунду были  рассыпаны дорожкой, от первого же дуновения ветра. В тренировках женщина предпочитала одиночество, хотя бы на какой-то краткий срок, пока есть первая порция сил. Так она могла себе позволить раскрыться в большей степени, ведь так её ограничивали лишь общие рамки, которые перед ними выставил Айзен-сама. Не требовалось скрывать особые «кошачьи» приемчики, что бы не выдать змеюке или оленихе. Но такое длилось не долго, максимум полчаса. Всегда. Ведь спустя это время, её всегда настигали Сун-Сун или Апаччи, или обе сразу. Это выводило из себя, как и просто их существование, чаще всего.
Но сейчас у неё ещё были щедрые минут пятнадцать, до этого рокового момента. И не теряя драгоценного времени, львица снова присела, готовясь к прыжку. Движения женщины, когда она сосредоточена на тренировке, когда она в бою или на охоте, даже оставаясь как человек, напоминали кошачьи. Руки сильно поджаты под себя, так что лопатки маленькими крылышками вздымаются над спиной. Каждая мышца, которые легко разглядеть по рельефу тела, напряжена и готова выстрелить как пружина для прыжка. Можно было подумать, что там, на верхушке одной из башен тренировочного комплекса, куда устремлен взгляд Франчески, сидит вкусный маленький пустой. Поблажек она себе не в чем не давала, потому что была воином, амазонкой или гладиатором, какому как угодно, и вся её нынешняя жизнь была в борьбе и в служение госпоже Халлибел.
И вот этот «выстрел». Массивное, крепкое тело разжимается и уже через пару мгновений ноги опускаются на крышу башни. Оттуда она моментально перепрыгивает на другую, затем на третью. Женщина не использует сонидо, сейчас это не к чему. Куда больше удовольствия ей доставляло действовать своими силами, своими мышцами и рефлексами. Время поджимает. Ей не требуется видеть стрелку часов, что понять, что её одиночество вот-вот нарушат. Достаточно глубоко вдохнуть и прислушаться. Реацу Апаччи читается легко, без малейшего труда. Не зря же они проводят массу времени бок о бок, и главная их техника заключается в союзе трех противостояний. Ещё один прыжок. Львица легко пересекает тренировочный зал вдоль стен и приземляется твердо на обе ноги, не далеко от двери. В руке, оголенный ещё во время прошлого прыжка, меч.
Нападать на сестру Мила Роза не собиралась, а вот продемонстрировать силу и то что она тут не баклуши бьет – вполне. Хотя всем было известно, что будет дальше. Эмилоу кинет пару резких комментарии, с язвительной улыбкой, чем моментально спровоцирует Милу. Львица кинется на оленя, как на жертву, а та легко будет её обгонять. Дальше появится Сун-Сун и…  Сценарий всегда был схож, разницей были лишь детали, которых сейчас хватало.
Этот вопрос не поднимали прямо, но между тремя девушками он висел мертвым грузом. Тресс Эспада теперь имела больше власти, а для них это тоже шанс показать свое место в этой троице. Был близок час борьбы за право быть правой рукой госпожи Тии

Отредактировано Franceska Mila Rose (10.05.2016 19:35)

+3

3

"Мы погибнем в невидимой этой войне,
И, наверное, рано, чем поздно."
(с)

Такого следовало ожидать. Рано или поздно нашлась бы причина для того, чтобы в их команде наступил раскол, когда каждый снова будет сам за себя. Осознание этого к Апаччи пришло довольно быстро. Она и раньше-то, с того самого дня, как госпожа привела ее в их компанию, не особо часто признавала, что они все - единое целое. Что уж было говорить сейчас, когда лишь одна могла занять место рядом с Халибелл. Возможность оставаться и дальше в равных правах они даже не рассматривали, не могут быть трое ценны одинаково, кого-то всегда будут ценить выше, чем других. Эта мысль устаканилась в голове Эмилоу достаточно четко. Прибавить к этому вспыльчивость и нежелание оставаться позади и все шансы получить опасное оружие с не самым хорошим предохранителем. Одно неосторожное движение и выстрел обеспечен. Под час одного выстрела бывает более, чем достаточно. А в компании львицы и змеюки это произойдет неизбежно.
Апаччи не попробовала атаковать ранее лишь потому, что до нее сразу-то и дошло то, что теперь их команда рухнула как карточный домик. Как, оказывается, просто было внести разлад в то, что Халибелл стоило трудов собрать и удерживать. Но на тот момент, когда искра между троицей уже пробежала, вряд ли кто-то задумывался об этом. Снова все, как тогда, они больше не сражаются вместе, прикрывая друг друг спину, а быть может, не было никогда этого единства? Просто каждому было удобно так, прибиться к остальным, до того, как наступит решающий момент? Если взглянуть с этой позиции, по всему так и выходит, нет больше надобности в партнерстве, кто победит, тот и получит лучший кусок. Подумала ли хоть одна, что сейчас, как никогда, им стоит как можно крепче держаться друг за друга? Стремление быть первой, быть ближе к госпоже, перебивало все остальное, в том числе и осторожность, ведь сейчас они подставляли себя под удар извне. Намекни кто Апаччи об этом, она крепко задумалась бы, сделав определенные выводы и осознавая, в какой ловушке они в итоге оказались. Но эмоции выходили на первое место, перешибая всякую способность думать трезво и адекватно. Не столь важно уже, кто начал противостояние и в какой конкретно момент, важнее, что теперь ни одна не пойдет на уступки другим, ведь остановиться, отступить — значит проиграть. Проигрывать Эмилоу не собиралась. Она должна быть рядом с госпожой, узнать ее лучше, чтобы когда-нибудь стать такой же.
Стоило немалых усилий избегать последнее время своих подруг (или теперь уже можно сказать, бывших подруг?). Резкая и в своих решениях и поступках, сейчас она предпочитала оставаться в стороне. Ровно до того момента, когда эмоции все-таки зашкалили и сознание подкидывало навязчивую мысль, что пока она прохлаждается, змеюка или львица уже могут воспользоваться моментом, дабы доказать госпоже свою верность. И мысль эта болезненно царапнула в глубине души.
"Сучки! Не дождетесь!"
Спустя некоторое время дверь тренировочного зала была распахнута резко, с ноги. Вопреки возможным ожиданием, Апаччи не спешила вот так с порога бросаться на Милу Розу, хотя одного только взгляда хватало, чтобы внутри снова все закипело и сознание подкинуло шальную мысль, что она не имеет право проиграть этой кошке. Взгляд бегло скользнул по залу, выискивая третью их подругу, но той не было видно, и ее реяцу тоже поблизости пока не ощущалась. Повисшее молчание напрягало. Казалось, воздух давит сильнее, чем самая мощная реяцу, которую Эмилоу только приходилось ощущать. От такой тишины даже в ушах зазвенело. Противно. Чтобы сбросить это давящее чувство, пришлось тряхнуть головой и сделать несколько шагов в сторону подруги. Обнаженный меч, готовность в любой момент к атаке - это почему-то вызывало кривую усмешку.
- Я смотрю, ты во всеоружии. Ну давай, чего же ждешь, львица? - спокойствие было исключительно внешним. Внутри все клокотало, да и реяцу билась, точно волна, встретившая на пути мощную каменную стену. И вечной эта стена быть не могла. Кто-то из них всегда провоцировал первым, кто-то первым нападал, это толкко Сун-Сун удавалось съязвить, оставаясь в стороне, при этом умудрившись стравить Милу Розу Апаччи. К этому давно пора было привыкнуть, а они как наивные, вечно велись на провокации. Сейчас же они были вдвоем, некому было их стравливать и момент нападения кого-то одного пока оттягивался.
- Готова поспорить, пока ты тут все разносишь и силу тратишь, эта змеюка может уже вокруг госпожи крутится. - Эмилоу раздраженно фыркнула и одним в два прыжка достигла высокого небольшого окна, усаживаясь на выступ. Отсюда сверху было полностью видно весь тренировочный зал и Франческа казалась отнюдь не львицей, а не более чем домашним котенком. А за окном был прежний пейзаж, как всегда неизменный, здесь не было видно даже искусственного неба, что создал Владыка Айзен. Но эта бесконечная пустыня так и манила отправиться за ее пределы, сделать что-то важное, что госпожа Халибелл непременно оценит.

+3

4

Гриммджоу распахнул большую белую дверь тронного зала и увидел перед собой... пустоту. Ни единой души, даже мелких сошек обслуги Айзена снующих то туда - то сюда, и его преданного пса Улькиоры не было в помещении. Скажи он сейчас хоть что-то, издай любой звук, даже еле слышный – это тут же прокатится эхом по залу, отдаваясь от ровных гладких и высоких стен.
«Да ла-а-дно... Опять?»
Он чертыхнулся сквозь сомкнутые острые зубы и прищурился от понимания того, что его в очередной раз не собираются не то, чтобы выслушать, а даже удостоить взгляда. А может просто шинигамий реока не дождался, ведь пока Секста шел до него, успел заглянуть в пару мест? Впрочем, все же сложившаяся ситуация была для Шестого оскорбительной, потому что если Айзен назначал кому-то «встречу», то обязательно принимал оппонента и разрешал поставленный с ним вопрос. Ну, почти со всеми, в их число Гриммджоу похоже не входил вообще. И именно это жутко бесило, потому что с самого начала дня у того было, что сказать Владыке замка.
Большой кот сделал несколько шагов по залу и стал прислушиваться к реацу, словно убеждаясь, есть тут кто-почти-живой, не подводит ли его зрение. И когда ответ последовал утвердительным – никого, то он развернулся и пошел прочь, не потрудившись прикрыть за собой двери. Уйдя от зала, засунув руки в прорези Хакама (вернее то, что от них осталось, ведь после встречи в Пустыне на Гриммджоу неизвестно на чем держался только обгоревший низ, а потрудиться зайти поменять одежду так и не стал), он прошел несколько коридоров, в сторону своей башни.
По пути то и дело попадались нумеросы, слишком активные и обсуждающие между собой что-то уж очень «интересное». Они путались под ногами, кто-то даже чуть не влетел в Гриммджоу на ходу. Тому, конечно, достался злобный взгляд и рычащее «смотри, куда прешь, а то можно и без ног остаться». Нумерос сжался и с испуганным взглядом отшатнулся в сторону, пропуская Пантеру дальше.
Пару минут спустя, когда до Башни осталось совсем ничего, из поворота выскочила его фракция, и Ильфорте, увидев Джагерджака, бросился тому на встречу одним из первых.
- Король, ей Король! - позвал он, как всегда широко улыбаясь. – Слышал новость?
Гриммджоу закатил глаза и остановился, как бы говоря, что раз начал – заканчивай и дай скорее пройти. Ильфорте конечно использовал свою возможность, продолжив:
- Айзен покинул замок и оставил за главного знаешь кого? Не каменнорожего, а блондинку с огромными сиськами! Интересно, это вообще правда?
Сначала Гриммджоу не понял, зачем ему сдалась эта новость. По сути отношения она к нему воовсе не имела никакого, но потом, когда наконец пришло осознание нынешнего положения, то новая волна, на этот раз ярости вперемешку с неким удивлением, накатила.
- Что? С какого, менос задери, он оставил её?
Гриммджоу не был заядлым сексистом, как например тот же Ннойтора, который ни во что не ставил женщин. Гриммджоу не имел ничего против, уж скорее наоборот – чем милее мордашка и больше грудь – самое то, но чтобы оставлять бабу за главную?
Тия конечно была умной и справедливой, но разве...
- Ладно, в сторону, Форте, я сам проверю слухи, может они не правдивы.
И Джагерджак бросился в ту сторону, откуда недавно пришел; в сонидо прошел больше половины замка, но реацу Халлибел нигде не почувствовал, зато знал, где можно было найти её фрассионок и спросить. Может если быть повежливее, они ему и ответят?
Он добрался до тренировочной площадки, вошел в уже распахнутую дверь и громко, порыкивая выдал:
- Эй, вы, где ваша хозяйка? У меня к ней есть вопросы, на которые хотелось бы получить ответы, желательно в скором времени.
Тон Гриммджоу на удивление был вежливым, а вот внешний вид: потрепанная одежда, обожженный торс и перекошенное от злобы лицо, - "слегка" говорили об обратном.

Отредактировано Grimmjow Jaegerjaquez (25.05.2016 12:35)

+4

5

Появление «подруги» не заставило себя ждать и не вызвало не какого удивления на лице львицы. Ну пришла, ну язвит и пытается разозлить, что нового? Мила только фыркнула, провожая Апаччи до стены и её прыжок на окно. От маленького олененка так и веяло яростью и негодованием, даже больше обычного, да так что и принюхиваться не требовалось. Как от неё во все стороны летела реяцу и ярость, можно было чуть ли не глазами увидеть. Это было довольно обычное состояние для фракций Халлибел, но сейчас это было слишком неприкрыто и очевидно. А вот причина раскрылась лишь в словах девушки, но вопреки ожиданиям – вызвали они не гнев, а смех.
- Ты серьёзно? – меч упал на плечо женщины, а вторая рука дугой уперлась в бедро, - Я думала ты все же у нас умнее, хотя бы меня. Госпожа не станет выбирать из нас одну или двух и нет не какого смысла подлизываться к ней. И даже если Сун-Сун этим прямо сейчас занимается, какое мне дело?
Может комментарии девушки и вызвали в душе Милы Розы какие-то переживания, который она ни когда не скрывала, но слишком глубоко в душе. На деле, даже такая агрессивная и не контролируемая чаще всего женщина, как Франческа, все таки понимала что к чему. Или думала что понимает, и верила в свои убеждения. Но стоило ей собраться вытравить ещё одну фразу с колкостями, как её обдало другой, куда более сильной и резкой реяцу. Гриммджоу.
Женщина резко развернулась к двери, но меч оставила в том же положении – на плече. Вступать тут же в конфронтацию с Эспадой – самоубийство. Тем более с котом. О том, каким злым и агрессивным бывает этот арранкар, ходили тысяча и одна история. Покалеченные нумеросы, груды трупов простых пустых и его смеющаяся довольная рожа. Кому-то из мелочи это снилось в кошмарах и не зря они его боялись, потому что никто толком не знал, на что способен Джагерджек.
Но это же не касалось фракций Халлибел, потому что у Сексты хватало ума не вступать в конфликты с более сильными, а это действие точно подставило бы его под их Госпожу. Но сейчас их Госпожа была далеко и не факт что бы успела как-то их защитить от немотивированной агрессии кота. Поэтому выкручиваться придётся сами. Или самой? Кто знает, что там себе дальше надумала Апаччи.
- Гриммджоу, что же так резко? – она нервно усмехнулась, глядя коту прямо в голубые глаза, - К чему такая спешка?
Был ли в её словах смысла заговорить зубы арранкару? Возможно. Ведь на деле она не знала ответ на его вопрос, а если бы и знала где Госпожа – не сказала бы. Слишком уж подозрительно ей казалось то, что кот говорит так вежливо, но не как не скрывает агрессию и негодование. А это значит, что он недоволен, но чем? Пока не узнаем, надо быть начеку.

Отредактировано Franceska Mila Rose (11.06.2016 16:14)

+2

6

"Пусть даст тебе твой бог силы выжить."(с)

Волна раздражения не только поднималась выше, она была готова разлиться во все стороны, снести все на своем пути. Мила Роза вела себя совсем не так, как ожидалось, что заставило Апаччи чуть ли не до скрипа стиснуть зубы. Раздражение. Оно рвалось, точно дикий зверь с цепи и эта цепь пока еще удерживала. Выдох, вдох. Желание ввязаться в потасовку прямо сейчас росло с каждой минутой. Но раздражение вдруг находит совсем иной выход - Эмилоу криво усмехается и только пожимает плечами, отворачиваясь к окну. Смотреть в сторону "подруги" не было ни малейшего желания.
- Это ты себя так успокаиваешь? Хотя какая разница. - в голосе неприкрытая издевка, смешанная все с тем же раздражением, губы по-прежнему кривятся в усмешке. Апаччи не была уверена в том, что Мила Роза не лукавит и действительно верит своим собственным словам. Говорить и думать - не одно и то же, а что в голове у этой кошки только ей одной и известно. Одного крохотного сомнения было достаточно, чтобы Эмилоу внутренне дернулась и нервно передернула плечами. Снова стиснуты зубы, настолько, что скулы сводит судорогой, откуда в ней столько раздражения и недоверия? Все как прежде, каждый сам за себя. И почти нет веры в то, что ее подружки не нападут со спины, стоит только отвернуться и хоть на миг потерять бдительность. Вот только все это как-то не сочеталось со странной расслабленностью Милы Розы. Казалось, что львица и правда не собирается драться с ней. Во всяком случае, сейчас.
- Даже если Халлибел-сама не станет выбирать кого-то одного, легче не становится. Слух о том, что она теперь тут рулит уже шляется по Лас-Ночесу. Как думаешь, грозит нам сладкая жизнь, когда об этом будут знать все?
Апаччи легко развернулась корпусом, свесив обе ноги вниз, упираясь обеими руками в оконный проем. Взгляд ее скользил по Франческе. Так следит потенциальная жертва за хищником, что бродит по близости. И вроде бы тот хищник не выглядит голодным и готовится к смертельному броску, достаточно того, что он просто ходит рядом. Какие бы ни были хищнические намерения, когти и клыки у зверя никуда не исчезают, не исчезала и опасность. Вот только спустя совсем недолгое время оказалось, что львица была отнюдь не главной проблемой. Резкая волна мощной и до боли знакомой реяцу обдала, словно ведро ледяной воды, вылитой прямо за шиворот. Эмилоу застыла на месте, в не силах сделать лишнее движение, пальцы сами собой сжались в кулаки до побеления костяшек. Раздражением сменилось напряжением, желание защищаться не просто не исчезло, напротив, возросло.
Обладатель мощной реяцу не заставил себя ждать. Тяжелые двери распахнулись так легко, будто практически ничего не весили. Апаччи заметно передернулась, продолжая наблюдать все происходящее с высоты небольшого оконного проема.
- Эй, Гриммджо, полегче. Кончай бросаться реяцу и словами во все стороны. - в голосе не было напряжения. Более того, это практически не стоило никаких усилий, это самое напряжение странным образом отхлынуло, как волна при отливе. - С какой это стати мы тебе должны что-то докладывать? Госпожа Халлибел не отчитывается перед нами, чем занимается. Сам поискать не пробовал?

Отредактировано Emilou Apacci (21.07.2016 15:54)

+2

7

Гриммджоу попытался хоть немного успокоиться, однако напряжение (которое овладело им ещё с начала дня из-за неких обстоятельств, например в виде сражения в Пустыне или несостоявшейся встречи с реокой-шинигами) не давало даже и намека на то, чтобы расслабиться. Мышцы спины сводило - Джагерджак то и дело слегка поднимал, то опускал плечи, сдвигал лопатки назад и снова возвращал в нормальное положение. Черт бы побрал все эти навалившиеся на его голову проблемы, только похоже именно остаток дня готовил для него самый главный сюрприз.
В принципе ему было плевать и на Тресс, и на её фрассионок. Секста благополучно, на протяжении всего времени своего и их совместного сосуществования на одной территории, даже забывал как они выглядят, но последний слух, принесенный Ильфорте, не давал Гриммджоу никакого покоя.
От слов двух, находившихся рядом, Шестого передернуло. Ха, а не стоит ли им быть хоть немного уважительнее? Не боятся, что им голову откусят? Перед ними все же стоит не простой Нумерос, а Эспада, в разы сильнее!
На лице Сексты показалась оскал-улыбка, не предвещавшая вообще ничего хорошего. И если смуглая ответила более-менее вежливо, что говорило о том, что она хоть немного понимает, что будет, если попасться под горячую руку, то вторая, с короткой стрижкой, была слишком дерзкой и вполне могла схлопотать. Хотя кто знает, может специально нарывается?
Он коротко хохотнул. Не убьет конечно, но если общение продолжится в той же манере, то немного потреплет их.
- Быстрее решить проблемы, вот к чему, - ответил он на вопрос о спешке, хотя вполне понимал, что это всего-навсего попытка отвлечь его. – И я не пришел бы сюда просто так, не поискав. Вообще не имею привычки делать все чужими руками или облегчать труд, - Секста выпрямился во весь рост и кинул хитрый взгляд на Апаччи, а потом пришла мысль о провокации. – Значит, вы ничего не знаете, даже о банальном. Неужели ваша Хозяйка держит вас в неведении о том, что происходит? Похоже, вы для неё просто домашние любимцы и не больше... Пф, как прискорбно.   
Провокации, такой простой, должно было вполне хватить, ведь все прекрасно знали какими несдержанными были три фрассионки нынешней Тресс-Эспады, особенно когда дело касалось их Госпожи и задевалось чьё-либо достоинство или что-то, например их осведомленность, подвергалось сомнениям.

Отредактировано Grimmjow Jaegerjaquez (05.07.2016 21:24)

+1

8

Да только арранкар не учел один маленький нюанс, который можно было легко пропустить мимо глаз, наблюдая за тем как девочки ругаются, доводя вопрос до драки – они это делали между собой. Апаччи могла легко, лишь открыв рот, довести Розу до седи, так что там моментально кидалась с кулаками. Но и в долгу не оставалась, легко поддевая олененка по поводу и без. Хищник и дичь, что с ним взять. А Сун-Сун, натура которой была едина со змеей, могла довести обоих сразу, но при этом ещё и остаться не при делах.
И вот сейчас, как бы не старался Гриммджоу, стравить их не получится. Они могли ненавидеть друг друга, подозревать в интригах и плести их, драться за внимание Госпожи и много ещё другого, но не из-за других. По крайней мере, так для себя решила львица. Может Мила Роза и не станет грудью заслонять Апаччи, да и не даст она сама такое сделать – рванет в бой не задумываясь, как и Мила, но не позволит считать коту, что они в его власти.
-То что мы не болтаем такому как ты – это не значит неведение. – фыркнула женщина и откинула назад копну каштановых кудрей, после чего уперла руку в бедро, - Говоришь не имеешь привычки? А сейчас что ты делаешь? Куда же проще найти нас и спросить у нас, что бы не искать самому.
Франческа хорошо понимала – они, ну или точнее она, играет с огнем. Если того пожелает Секста, львице станет больно. Очень больно. Но таков был её кошачий характер, она не позволит кому-то, тем более мужчине, выказывать такое свинское отношение к ней. Да, он сильнее, да он Эспада, но это не делает его Королем в её глазах. Мнение теленка и компании, которая как преданные шавки вились вокруг Гриммджоу, были параллельны для женщины.
- А ты попробуй так же поговорить с Халлибел-сама, а мы посмотрим, - женщина сощурила глаза, скрывая под веками сужающиеся зрачки, - И не стоит мерить по себе всех вокруг, дурная привычка, которая не красит такого сильного мужчину. Если ты свой питомник не во что не ставишь, не значит что все так относятся к фракции.
Бархатный, почти мурчащий, голос Франчески был переполнен нотками сарказма и вызова. Как бы не было опасно, удовольствие от этих колкостей женщина  получала безмерное. ведь так приятно вызывать в мужчинах столько возмущения, тестостерона и  огонь в глазах.

Отредактировано Franceska Mila Rose (19.07.2016 14:10)

+1

9

А побеждённым - камнем в спину,
Терновником тропа устелена...
Непобедимы победители!
Но это - до поры, до времени...
(с)

Провокация Гриммджо была неприкрытой и почти очевидно, что Апаччи ее заметила. Но одно дело заметить, и совсем другое - реакция. Как говорится, осадочек остался. Что-то в словах Сексты все-таки кольнуло настолько, что оставить это без внимания Эмилоу уже не смогла. Ненадолго хватило ее выдержки, осознание этого еще и подлило масла в огонь.
- Вот именно, Гриммджо, найти Халлибел-сама проще, чем нас. Наверняка те, кто прислуживают Айзену-сама и постоянно крутятся около него в курсе всех новостей, как никто. - голос не срывался, но тон его балансировал на опасной границе, уже не спокойный, но еще не переполненный неконтролируемыми эмоциями. Мила Роза веля себя с Гриммджо, скорей как кошка, чем как львица, даром что не мурлыкала, и это несмотря на то, что говорила она с вызовом. И как ей удавалось все это сочетать? Ерунда какая-то. Вот уж, встретились тут кот и кошка, один другого краше. Эмилоу была настроена иначе. Агрессии от нее пока не исходило, здравый рассудок подсказывал, что лезть на рожон не стоит, ведь Гриммджо тоже никогда не отличался спокойствием и покладистостью. Это от Улькиорры не дождешься никогда ни капли хоть какой-нибудь эмоции, как не провоцируй его, с Секстой все обстояло иначе. Мысленно Апаччи даже ругнула себя за тень страха перед этим котом, хотя бояться и опасаться зачастую как раз весьма разумно, когда "весовые категории" у тебя и у оппонента столь сильно разнятся.
- Полегче в выражениях, Секста. Ты сам-то к своим относишься, как к стаду, которое покорно идет за тобой и в рот тебе заглядывают. И не тебе судить, как относится к нам Халлибел-сама, ты ничего не знаешь! - тон постепенно пошел вверх. Эхо стало громче, Апаччи как будто бы сама услышала свой голос со стороны и осеклась. Старалась не повестись на провокацию, и как последняя дура, распознав эту самую провокацию, повелась на нее. Только и обратного пути уже позволить себе не могла, если идти и стоять на своем, то до конца. Пойти же сейчас на попятную, значило выставить себя еще более глупой, а глупости она итак сейчас проявила достаточно.
"Госпожа Халлибел как всегда нашла бы слова, чтобы разрядить напряженную атмосферу. Как ей всегда удается делать это всего несколькими словами? Я так хотела стать похожей не нее, но не приблизилась даже на шаг!"
Апаччи стискивает зубы с такой силой, что сводит челюсти, нужно унять в себе вспыхивающую так резко агрессию, вспомнить, как ведет себя госпожа. Ведь не может быть такого, чтобы и в ее душе и сознании не возникали мысли и чувства, что желают вырваться на волю, но ей удается их сдерживать. И делать это так, чтобы никто вокруг ничего не заметил. Эмилоу много раз наблюдала за ней, но не сумев наверняка разгадать секрет, решила, что ключ ко всему - контроль над собой. Но как же, черт возьми, это трудно, когда эмоции рвутся, бьют всеми копытами и создают внутренний диссонанс! Контроль.
- Не путай рога с хвостами. Нам известно о делах Халлибел-сама, да вот только она не отчитывается каждую минуту перед нами! И сейчас может быть где угодно. Лас-Ночес большой, а мы, как видишь, хвостиками за ней не бегаем. - надо же, почти получается, голос не срывается, эмоции не зашкаливают, но и добрым олененком она тоже не становится. - И какие это у тебя вдруг дела к нашей госпоже, за живое задели, что не ты король Лас-Ночеса? Так все вопросы к Айзену-сама. - Апаччи передернула плечами. Слишком резко, чтобы казаться спокойным, над контролем еще работать и работать. ее выдавало буквально все, от все еще балансирующего на грани голоса, до самых простых жестов, напряжение во всем. Одно малейшее слово может нарушить ее хрупкое внутреннее равновесие. Сейчас, как бы странно это ни было, ее спасала Мила Роза. Присутствие здесь подруги давало некоторую опору что ли, что позволяло все таки держать себя в руках.
"Мы сильнее вместе. Бред? Госпожа учила этому, значит, так и есть."

Отредактировано Emilou Apacci (27.07.2016 12:31)

+1

10

офф дамам:

К боёвке приступать будем, или без кровопролития обойдемся?

Гриммджоу приподнял бровь, улыбка после последних слов смуглой стала ещё шире. Кто бы мог подумать, от явного хамства сразу перейти к лести, сглаживая. Ха, как это по-женски. Апаччи была противоположностью – голос той поднялся на тон выше, зажегся ярким светом и вновь стал меркнуть, видимо пытаясь хоть как-то подавить вспышку от его довода.
Значит, если уж бить, то по ней.
Две женщины перед ним были упрямы до жути, слишком преданы своей Госпоже: развязать им язык дорогого стоит. Но ведь он это и так прекрасно знал, когда шел сюда. По первой просьбе-приказу они ему ничего не скажут.
Уговоры не помогали, провокация тоже дала мало, применить силу пока было не самым разумным решением, так может слегка припугнуть и слова сами выйдут наружу вместе со страхом? Или же они действительно ничего не знают, тянут кота за хвост, да он зря теряет время на пустую болтовню.
Вот же сучки...
- Ты сам-то к своим относишься, как к стаду, которое покорно идет за тобой и в рот тебе заглядывают. И не тебе судить, как относится к нам Халлибел-сама, ты ничего не знаешь.
Улыбка тут же стерлась с лица, оставляя на нём совершенно противоположную удовольствию эмоцию. Гриммджоу бросил резкий взгляд на говорившую, злобно сузил глаза и скривил уголок рта.
Как смеет эта баба говорить Ему такое?! Жить надоело? Как же глупо сначала делать выводы, а потом тут же опровергать их, разве сама не слышит?
Ей ли судить, много ли она знает об отношениях между его фрассионами и им самим. Если его фракция и заглядывает в пасть к Пантере, то не из-за стадного инстинкта, а по собственному желанию, прислушиваются, но не всегда выполняют. Стадо – это все те, кто безропотно, покорно, без единой дерзости следуют и подчиняются пастуху, как например большая часть бывших почти-Пустых подчиняются Айзену, не имея даже возможности открыть без него рта, того и смотри за лишнее «Бе-е-е» почувствуют на своей мягкой шкуре обжигающий удар кнута. Его фрассионы, фракция, отнюдь не стадо. Если же они идут с ним, то плечом к плечу, признают силу и не лезут на рожон, но больше от ума. И если они захотят, то вставят свое. Когда-то их объединяла цель, сейчас их объединяет общее прошлое. И они не овцы за загоном, если захотят – вольны уйти, вольны свободно мыслить и действовать, не то, что другие...
В один сильный толчок ног о белый пол в помещении и, оставляя за собой шлейф пыли вперемешку с реацу, Гриммджоу Джагерджак оказался возле Апаччи. Нельзя сказать точно, что взбесило его больше: слова, поведение, неверные мысли о нем и его фрассионах, а может вообще последнее, об Айзене, который просто напросто не хочет видеть и слышать Сексту, или всё сразу, - но терпение и напускное спокойствие Пантеры разбилось вдребезги.
Он схватил тонкую бледную шею большой ладонью, крепко сжал длинные пальцы на коже, но так, чтобы не удушить, и подвинул стоящую перед ним настолько близко к себе, что вполне смог бы, при желании, детально разглядеть лицо фрассионки Халлибел.
- Мне не нужно быть Королем Лас-Ночеса, это меня не интересует. Мне просто нужно знать, где Тресс. Раз уж её оставили тут за главную, может она в курсе, куда делся всеобщий Владыка и какие у него вдруг резко появились дела, ммм? – громко, злобно прорычал он, а потом повернул голову ко второй, в ожидании.
Сколько можно упираться, если им дорога собственная жизнь или жизни друг друга, так может они сейчас накинут ему парочку идей...

Отредактировано Grimmjow Jaegerjaquez (21.07.2016 21:47)

+4

11

Все происходило слишком быстро. Слова Апаччи, которая всегда лезла в бутылку, только дай повод, действия Гриммджоу, которому прищемили самолюбие какие-то две мелкие сошки. Франческе в разы бы было проще это все воспринять, если бы объектом выхода агрессии кота стала бы  лично она, но не подруга. Или, черт возьми, если бы это была бы простая склока между ними, к которой уже все привыкли. Но сейчас ситуация была о другом. Совсем о другом.
Сделать что-то или как-то помешать арракару, женщина, конечно, не успела – куда простому фраксьону тягаться в скорости с Эспадой. Закрывшись рукой от поднявшейся пыли, Мила Роза закашлялась, так как все равно она попадала в рот и нос. Было противно. Но куда хуже было то, что увидела женщина, когда пыль немного улеглась. Как и ожидалось, кот не стал просто так глотать оскорбления в свой адрес и пошел в атаку.
Легонькое тело олененка взмыло вверх, а крепкая рука сжала её глотку. Может быть, Гриммджоу и не собирался её душить или ломать, но выглядело это чудовищно больно и неприятно. Остальное происходило на чистых рефлексах. «Ваша сила в вашем единстве. Вместе вы сильнее любого», - вот чему их учила Халлибел-сама, и обычно это не подводило их. Да, иногда им самим то совсем не нравилось, они ссорилась  и даже дрались, но в итоге, если находили гармонию – им не было равных.
- Руки убери от неё, - не боясь его голубоглазого взгляда, который пылал гневом и ненавистью, женщина положила на его предплечье плашмя меч. Когда она успела выдернуть его из ножен и поднять – загадка, но успела, - Мы же просто ведем беседу. Не переступай грани, Секста. От того что ты тут поиграешь бицепсами и покалечишь нас обоих или хотя бы одну, ты конечно приблизишь свой встречу с Госпожой, но кажется мне, такая встреча тебе не особо понравиться.  Опусти Эмилоу на землю. Пожалуйста.
Последнее слово звучало натянуто и с нотками металла, который был так не свойственен взбалмошной и агрессивной львице. Может это было связано с тем, что он угрожал олененку, может с тем какой противник перед ней стоял, а может с внутренней собранностью, которую Франческа взяла, будто не откуда.
Скрывать свое волнение от противника, от этого противника, Мила Роза не собиралась. Зачем? Они оба знали кто из них сильнее, оба знали, что оба упрямые и не отступаться и оба понимали, что все это неизбежно. Крупная капля горячего пота медленно сбежала по шеи, пробегая от подбородка сразу вниз. А стоило ей сглотнуть скопившийся от нервов комок,  капля набрала ход, исчезая в ложбинке между грудью. Так же как и у кота, её суженные зрачки начали напоминать небольшие миндаленки, и она твердо с вызовом смотрела на него. И не смотря на волнение, рука твердо держала меч, готовясь парировать в любую минуту.
«Где тебя носит, змея подколодная, когда ты так нужна!» - молнией выстрелило в голове женщины. Ведь, в самом деле, даже не применяя Химера Парка, втроем они были сильнее. Ой, конечно можно было бы сказать – трое против одного – не честно. Но с другой стороны, Джагерджак был Эспадой и на это можно было все списать. А сейчас Апаччи спас даже простой отвыкающий маневр, что бы кот разжал руку и отпустил девушку. Хотя существовал и другой исход, но думать об этом не хотелось. Не дурак же он, в конце концов, что бы попасть в немилость Халлибел-сама за смерть одной из них.

+2

12

"Дикой кошки узкие глаза
Поострей ножа.
И не хватит сил повернуть назад -
На разрушенной стене вороны кричат."

Такого исхода следовало ожидать. Нельзя просто так подергать пантеру за усы и не лишиться при этом руки. Но Апаччи не была бы собой, если бы каждое свое действие и слово обдумывала достаточно. Тех, кто прямо говорит то, что думает, никогда особо не жаловали, что касалось Гриммджо, то с ним и вовсе нужно было было тщательно подбирать каждое слово, дабы не спровоцировать на агрессию. Все то спокойствие, что он демонстрировал, оказалось всего лишь красивым фантиком, в который была завернута бомба. И она рванула, стоило прикоснуться к нужной точке. Все произошло мгновенно, взгляд Эмилоу с трудом успел проследить траекторию передвижения Сексты, времени на реакцию уже просто не хватило. В лицо ударило потоком воздуха и реяцу, глаза сомкнулись сами собой, миг и сильная рука уже сдавила горло, настолько, что дыхание перехватило, а рука машинально схватила запястье пленителя. Затем пришло осознание, что ноги потеряли опору и болтаются в воздухе. Одно движение крепкой руки и Гриммджо легко свернет шею и даже не моргнет глазом, это Апаччи понимала отчетливо, она для него никто, так, мелкая сошка, от наличия или отсутствия которой ничего не изменится, даже если эта сошка - чей-то фрассион.
Попытаться вдохнуть - без толку, хватка крепкая, попытка пнуть тоже не привела ни к чему - тело как будто бы перестало слушаться и почти не реагировало на команду мозга, нога лишь судорожно дернулась, так и не достигнув цели. Стиснув зубы, Эмилоу все же сумела, наконец, открыть глаза и взглянуть в лицо напротив. Смысл сказанных Гриммджо слов до нее дошел не сразу, все внимание было сосредоточено на том, чтобы сделать хотя бы ничтожный глоток воздуха, мешала не только рука, стискивающая горло, но и обдающий с ног до головы поток реяцу. Перед Секстой не просто так нумеросы замирали, огромная духовная сила, принадлежащая кому-либо из Эспады, была способна парализовать, если не подвергалась контролю.
- Иди..к черту! - слова давались с трудом и голос хрипел. Во взгляде разноцветных глаз четко читался страх перед превосходящей силой, страх, но не покорность и смирение, Эмилоу оставалась верной самой себе и характер брал верх над разумом. - Улькиорру..спроси..где..Айзен.
Масло в огонь плеснулось само собой, но Мила Роза, судя по всему, решила принять удар на себя. Прозвучавший голос трудно было оставить без внимания и если бы Апаччи способна была сейчас повернуть голову, то одарила бы подругу гневным взглядом, хотя и понимала, что та пытается спасти ее оленью шкурку. Их взаимоотношения не были до конца понятны даже им самим, они могли сцепиться в драке друг с другом, а при появлении общего врага мгновенно позабыть о своих склоках, объединиться не сговариваясь. Почти тоже самое происходило и сейчас, стоило угрозе нависнуть над одной из них, как другая тут же рванула защищать. Эмилоу почему-то сейчас это взбесило, но когда твое горло сжимает рука, неосторожного движения которой достаточно, чтобы твоя жизнь оборвалась в одно мгновение, выбирать не приходилось.
"Вот еще, не хватало быть перед ней в долгу!" - пронеслось в сознании, пальцы руки судорожно сжались на запястье Гриммджо, воздуха катастрофически не хватало, из горла вырывался только лишь хрип, но вместе с тем реяцу хлынула фонтаном - за свою жизнь Апаччи была намерена побороться и сама, не прячась за спину подруги, которая пыталась уладить все миром и не переводить разговор в драку. Для нее же мирный разговор был окончен ровно в тот момент, когда Секста сам перешел к действиям. В хрупком теле собирались силы для рывка, словно сжалась пружина, чтобы в нужный момент разжаться. На тот случай, если кошак не разожмет пальцы, вот тогда за свою жизнь уже придется решительно бороться только своими силами.

+3

13

Всё же командная работа? То и видно, настоящая фракция Тресс – за своих горой.
Гриммджоу чуть повернул голову в сторону, дабы видеть лицо говорившей позади, но вместо этого увидел собственное отражение в мече на своем же плече. Тц, как неразумно выступать против одного из Эспады... Но тот самый меч лежал вовсе не ребром, а плашмя, как бы предупреждая его, что ещё одно неверное движение пальцев на шее Апаччи – защитные действия будут применены незамедлительно. Отчасти все эти жесты были ему знакомы, но сам применять их Джагерджак не особо любил, только уж если дела обстоят совсем плохо.
Конечно он знал, что вступи сейчас с ними в бой – выиграет сто процентов: оленихе можно свернуть шею незамедлительно, а с львицей, раз уж та выставила против него оружие, придется немного повозиться. Ещё где-то была третья. Вот если бы все были в сборе, тогда можно было бы слегка повеселиться, вот только огребать за три мертвых тела из фракции Третьей и отвечать за свои поступки прямо перед ней самой (особенно если её статус действительно поднялся в отсутствии Айзена) не хотелось вовсе. За обиду своих Тиа Халлибел впадала в дичайшую ярость, попадаться под горячую руку, будь ты ближайший помощник Владыки, означало быть покалеченным или даже лишиться жизни. Первое было не в новинку, а вот за свою шкуру Кот боялся, нынешнее состояние не позволяло – слишком слаб для сражения с третьим номером. Одно дело умереть в бою за свободу или за принципы, своеобразный моральный устой, другое  -  за глупые косяки.
Он хмыкнул, улыбнулся, чуть сжал пальцы на шее Аппачи, дразня, а затем разжал их. Рука сразу стала легче. Он, совершенно не боясь оружия львицы и нападения Апаччи со спины, развернулся к первой, склонил голову в бок и оценивающе взглянул на неё. Затем взялся за меч на своем плече и небрежно, будто тот совсем ничего не весил, смахнул его.
- Я не настолько глуп, чтобы потом отвечать за ваши жалкие мертвые тушки перед Тресс. И раз уж вы похоже серьезно не в курсе дел, может мне действительно стоит воспользоваться советом твоей агрессивной подружки и спросить, хммм, у того самого Улькиорры? Не думаю, что он мне ответит, но попытка не пытка.
Гриммджоу громко хохотнул, во взгляде промелькнуло что-то безумное и зловещее. А затем он шагнул Франческе на встречу, встал к ней, слишком близко, нависая, и предупреждающе выдал:
- Если вы мне соврали, я не побоюсь вашей Госпожи и вновь приду, тогда у меня будет повод наказать вас, за ложь. Ненавижу лжецов.
Гриммджоу цыкнул, махнул головой и пошел в сторону выхода.

Отредактировано Grimmjow Jaegerjaquez (03.08.2016 11:07)

+4

14

***

Администрация прислала - я пришла)

Белые коридоры, белый блестящий пол. Стены уходящие в мглу потолков. Мелкие группки Нумеросов, затихающих и жмущихся к стенам, когда новая Императрица шествует мимо них, подобная тому, как та, имя которой носит ее занпакто, проходит сквозь воду, распугивая мелких рыбок. Краем уха она улавливает шепотки. Ее пескиса чувствует робкие прикосновения чужой рейацу. Она знает, что в ней самой ничего не изменилось. Статус... Слово «Императрица» — это важно в мире, где все держится на словах. Она идет, ищет и не может найти тех, кто не будет искать в ее новом статусе причин для того, что бы склониться. Они не склоняются. Они равные. Пусть не по силе. Но для нее эти трое важны, и предвидя усложнение ситуации с ее назначением она стремится найти их в гудящем муравейнике Лас Ночес.
Но девочек нет. Их нет в покоях. Их нет в песках под искусственным солнцем. Она не улавливает их в коридорах и на крепостной стене. На куполе их тоже нет. Что ж, остается только одно место, где они могут быть — тренировочные залы, экранированные от выбросов. Этот экран не сможет сдержать ее Рессурекшина, но для всех, кто ниже четвертого номера его хватит. Только непосредственно перед дверью можно уловить отголоски волн силы, что беснуются внутри.
Тренировочная площадка, закрепленная за Тресс и ее фракцией, удалена от других. Со все нарастающим волнением она шла к ней, убыстряя и убыстряя шаг, точно предчувствуя, что что-то произошло, либо еще только происходит. Вот уже и дверь. Небольшая для того помещения, что скрывается за нею. Распахнутая настежь.
Гриммджо Джаггерджак. Его рейацу — первое, что бросалось в глаза, - полыхала синим пламенем. Если Халлибел хоть что-то понимала в Пантере, то он был в бешенстве. В том его холодном, доведенном до последней грани виде, после которого Секта хватается за оружие и становится неуправляем.
Быстро оценив взглядом мизансцену — Мила-Роза обнажила меч и, похоже, была готова высвободить его, Апаччи держится за горло и смотрит вслед Пантере злым и перепуганным взглядом, она мысленно перевела дух — Джаггерджак только пугал. Гриммджо, будучи законченным отморозком, не был идиотом и прекрасно понимал, чем ему грозит нападение на девочек. Подобная выходка была бы для него фатальной. Тиа не знала, что сделала бы в случае настоящего нападения, но некоторых вещей лучше не знать. Единственное, что можно было сказать наверняка — место Секста Эспады стало бы вакантным. Следовало вмешаться, пока не случилось непоправимого.
Она остановилась в проеме, слегка касаясь плечом косяка.
- Гриммджоу Джаггерджак. Потрудись объяснить, что ты здесь забыл, - слова падали ледяными каплями, в голосе звучала остро отточенная сталь. Пусть ты не совершил ничего непоправимого. Но ты должен знать, что и за совершенное придется нести ответ. Она смотрела прямо в голубые глаза младшего Эспады, готовая в любой момент отражать нападение, перегораживая ему выход. О том, что думают по поводу Гриммджо девочки, она узнает и так, а вот мотивации взбешенной Пантеры хотелось бы услышать. Теперь она не просто Тресс Эспада, Тиа Халлибел, она Императрица Лас Ночес и даже обладая правом карать и миловать на свое усмотрение, она обязана быть максимально эффективной и беспристрастной. Хотя бы на тот срок, пока носит этот титул.

Отредактировано Tia Hallibel (05.08.2016 06:05)

+4

15

Все так стремительно происходило, что Мила и не успевала понять что либо. Кот отступил так быстро, так же как и напал на них. Поэтому все, что оставалось женщине на тот момент – хлопать глазами, даже не смотря в глаза сопернику, а просто провожая лезвие своего меча, который словно тряпку скинули вниз. Злоба закипала в крови, разливаясь волнами от груди к кончикам пальцев, от чего она лишь сильнее сжала рукоятку меча. Но Сексте было плевать на это и на них в общем, потому что он Король и никого не ставит себе в ровню. Тем более такую мелочь как Апаччи и Франческа. Женщина сверлила взглядом его спину ещё несколько секунд, пока не опомнилась.
Апаччи была хоть и спасена, но все же своим долгом Мила посчитала посмотреть что с её шее. Понимая, что олененок будет брыкаться и отбивать руки подруги, Мила Роза настойчиво и твердо посмотрела в глаза девушки и приподняла её голову за подбородок. Следы от лапищи арранкара начали уже синеть на бледной коже Эмилоу, обещая оставаться там ещё не одну неделю, но явных повреждений не осталось, к счастью. Но эти следы… Они стали последней каплей адреналина и злости, которые уже замешались в львице во взрывчатую смесь, и сейчас должны были взорваться.
Франческа резко поднялась и уже было направила меч в сторону уходящего арранкара, когда все перевернулось с ног на голову. В дверях появилась Госпожа, чье холодное расчетливое спокойствие, как легкий бриз на море, принесло спокойствие и в разум Милы Розы. Нападать уже не то что, не было смысла, но и не хотелось. Кипевшая злоба остыла в считанные секунд. И меч женщина быстро заправила в ножны на поясе. Можно было забыть об этом неприятном инциденте в ближайшее время. Потребуется, конечно, ещё объяснится перед Халлибел-сама, которая вряд ли будет рада тому, что они чуть ли не подрались с Секстой, но все же это лучше, чем оказаться избитой кулаками последнего.
Это чем-то напомнило все тоже сражение, которое произошло давным-давно, когда Айзен спас их сделал теми, кем они являются сейчас. Мила Роза часто вспоминала этот случай, особенно в моменты, когда одна из них и все три, подвергались смертельной опасности или же уже были избиты. Это чувство – стремление выжить, желание защитить друг друга или Госпожу – были самыми яркими чувствами, которые испытывала Франческа. Даже злоба, бешенство и ярость, которые женщина испытывала по семь я раз на дню в обществе Аппачи- всегда была яркой и пылкой, но не такой запоминающейся, как те чувства. И с однйо стороны, их не хотелось переживать больше не разу, потому что было довольно неприятно чувствовать, будто ты умираешь и не можешь с пасти остальных, а  с другой – они будто окрыляли её, потому что она была уверена, что девочки чувствую тоже самое.
Поэтому сейчас, Франческе не оставалось ничего, вмешиваться она не собиралась, как помочь Апаччи подняться и получить свою порцию оленьего шипения по поводу всего произошедшего. Снова присев около подруги, Мила внимательно посмотрела на неё. И все же спросила:
- Подняться помочь?

+3

16

Тысяча лет гордость будет мешать здравому смыслу. Но лишь трудный путь помогает нам дорасти до тех, кем мы восхищаемся.(с)

Все менялось так быстро, словно картинки в калейдоскопе - одно движений чьей-то руки одна картинка сменяет другую. Несколько мгновений назад Апаччи собиралась с силами и ее реяцу концентрировалась, и все для того, чтобы бороться за собственную жизнь. А теперь, когда сильные пальцы все таки разжались, припугнув напоследок, силы резко ушли, словно вода в песок. Духовная сила рассредоточилась и утихла, физические силы отказали настолько, что Эмилоу не сумела даже удержаться на ногах. Она жадно глотала воздух, словно стараясь компенсировать все то время, пока не могла сделать не единого вдоха, одна рука машинально касалась горла, вторая упиралась в холодный пол тренировочного полигона.
Знакомая реяцу, едва ли не впервые в жизни, заставила напрячься, а через миг вскинуть голову, чтобы удостовериться. Ощущения не врали - Она стояла в дверном проеме, а голос звучал так, что Апаччи бросило в жар.
- Халлибел..-сама.. - голос предательски хрипел и хватило всего пары слов для того, чтобы горло начало противно саднить, вызвав кашель. Необъяснимое чувство растерянности неприятно обволокло с ног до головы, окутывая в свою паутину, во взгляде, что был устремлен в сторону удаляющегося Гриммджоу - испуг и вновь накатывающая злоба. На него, на саму себя.
"Черт бы тебя побрал, Гриммджоу! Из-за тебя госпожа Халлибел видит меня такой...слабой!"
О том, как выглядит сейчас в глазах госпожи, Эмилоу не хотелось думать, но мысли сами лезли в сознание, вгрызались клыками хищника, цеплялись острыми когтями, не желая уходить. И много ли было нужно, чтобы эмоции вновь перехлестнули все, накрыли волной, сшибая все остальное? В другой ситуации она сорвалась бы уже с места, бросаясь в атаку на Сексту, наплевав на все возможные последствия. В другой, но не в этой, не на глазах госпожи, которая была, пожалуй, единственным, кто заставлял Апаччи взвешивать все "за" и "против", обдумывать свои действия до, а не после.
"Как же жалко все это выглядит!"
Стиснув зубы, она все таки удержала свои эмоции, не позволив им выплеснуться на Гриммджоу, зато под горячую руку попала Мила Роза. Та опустилась перед подругой, вознамерившись помочь без всяких намеков и подтекстов, но когда эмоции бьют через край, под огонь попадают те, кто оказывается ближе всего к эпицентру.
- Не трогай меня! - рыкнула Эмилоу, с силой отталкиваясь от пола одной рукой, и замахиваясь второй. У нее не было четкого намерения ударить Франческу, все произошло как-то само собой и одно мгновение, оттолкнув подругу, поднялась на ноги. Резкие движения были крайне неразумным решением, но кто и когда, находясь под властью сильных эмоций, задумывается о собственных действиях и возможных последствиях? Может быть, кто-то, но только не Апаччи с ее взрывным характером. Расплата не заставила себя ждать, сделав всего лишь шаг, покачнулась и непроизвольно ухватилась рукой за плечо Милы Розы, но спустя несколько мгновений, когда мир вокруг обрел четкую картинку и не шел кругом, быстро отдернула.
- Спасибо. - буркнула тихо и недовольно, буквально выдавив из себя благодарность. Эмилоу прекрасно понимала, что действительно была обязана подруге, но как же непросто было признавать, что ты у кого-то в долгу! - Только я тебя не просила! Какого ж ты черта полезла! - хмыкнула, сверкнув взглядом и довольно быстро вновь остыла. Сказывалось присутствие рядом госпожи, в немилость которой попасть сейчас совсем не хотелось. Взгляд непроизвольно устремился в сторону Халлибел и Гриммджо, маловероятным было, что между ними случится что-то, кроме разговора, однако напряжение Апаччи не оставляло, причем было оно настолько сильным, что внешне было заметно, как напряжена ее спина и плечи, а реяцу билась, словно птица.

Отредактировано Emilou Apacci (06.08.2016 12:22)

+3

17

Не дойдя совсем немного до выхода, Гриммджоу остановился и замер на месте – прямо перед ним, в паре шагов, появилась та самая, которую он так отчаянно жаждал найти. Но как часто бывает, желание вдруг пропадает, стоит ему хоть немного показаться на горизонте.
Коту хотелось Рыбки, но не настолько большой и опасной...
«Вот же-ж бл... Сбылись мечты идиота», - пронеслось в голове и чуть было не вылилось из уст Сексты.
Он бежал сюда в поисках Тресс и фактически нашел её, так почему сейчас стоит и молча, с напряжением смотрит на неё, не в силах сказать реальную причину своего появления тут или хотя бы придумать ложную. Нет, врать он не будет, сам же секунду назад прочитал мантру по поводу лжи.
Он повел плечами, склонил голову в бок и принял небрежный вид. Не стоит показывать явно превосходящему в силе потенциальному противнику то, что тот застал в врасплох.
Шестой хитро сощурился, облизнул краешек губ языком и сделал ещё шаг, полностью расслабившись. Было до жути забавно наблюдать за Эспадой, в которую он сам и входил, со стороны. Как же, черт возьми, они похожи поведением, когда говорят что-то нижестоящему, чувствуя себя чуть ли не Богами. Помнится, совсем недавно он так же подпирал косяк в двери и наблюдал с явным превосходством за другими, а теперь сам стал «объектом наблюдения». Теперь ему будет не так легко просто уйти отсюда, не ответив.
Игра началась. Гриммджоу Джагерджак собрался и совершенно по кошачьи, напускно-спокойно, дабы не попасть под раздачу, немного вальяжно и словно не чувствуя и капли страха, встал напротив и сложил руки на груди. Правда, если Кота дернут за хвост и не погладят, придется выпустить когти и побороться, уже даже не просто, а за собственную шкуру.
- Тиа Халлибел, как мне сейчас обращаться, на Ты или на Вы? - насмешливый и небрежный тон дорогого стоил. Хотелось сорваться на рёв и крушить всё, потому что реальная причина скрывалась в назначении, нынешнем положении Тресс в Белом замке. А ещё Гриммджоу отчетливо знал, что Третья прекрасно видела и скорее всего знает, что происходило с её фрассионами пару мгновений назад. Как он уже упоминал, она за них убьет любого, а инстинкта самосохранения он отнюдь был не лишен.
Чертова иерархия.
- Я заглянул поздороваться, но не получил от твоих фрассионок и капли гостеприимства, - он слегка обернулся назад, увидел дела рук собственных и улыбнулся. – Не знал, что такое может быть среди твоих подчиненных. Но дело даже не в этом. Я хотел спросить, правду ли донесли до меня мои фрассионы, насчет нынешнего положения Тресс? И если это так, куда подевался Владыка? Помниться, он обещал мне аудиенции после моего последнего выхода в Мир Живых, не просто же так выслал за мной каменнорожего, - он кашлянул, будто совершенно случайно назвал так Куатро. – То есть Улькиорру, оторвав от очень интересного занятия.

Отредактировано Grimmjow Jaegerjaquez (06.08.2016 13:50)

+5

18

***

Прошу простить: подготовка к Дню Рождения выпила все соки и свернула всю кровь.

На миг во взгляде Кота промелькнуло настороженное удивление. Похоже, он не ожидал, что его безобразиям положат конец прямо сейчас. Тиа не нужно было спрашивать, что здесь происходило: синяки на шее Апаччи, следы рейацу, запахи ярости и страха рассказывали о ситуации лучше, чем могли бы сами ее участники. Она достаточно хорошо знала всех их, чтобы восстановить картину происходящего, в некоторых местах почти дословно.
Кот встряхнулся и старательно, как умеют только кошки, изобразил высокомерное безразличие — мол, я не при чем, оно все само.
Маленькая, такая привычная перепалка девочек подтвердила предположение, что Кот ничего непоправимого не совершил, а следовательно имеет смысл обсудить ситуацию после разговора с Эспадой, а не отсылать Кота восвояси. Если его еще и сейчас оставят без внимания, то Гриммджо может решить, что ему дозволено больше, чем на самом деле, и снова приняться пускать свою кипучую энергию в русло для того не предназначенное.
- Эмилио, Франческа, вы в порядке? Мне нужно обсудить с вами один вопрос, поэтому вернитесь в наши покои и подождите меня там. Вы мне понадобитесь отдохнувшие и способные на боевые действия, - она сделала шаг вперед, отстраняясь от дверного проёма, чтобы девочки могли пройти мимо нее.
Тиа прищурилась, всматриваясь в наглые голубые глазенки и ощутила, как рейацу Сексты, волнуется, старается собраться подле своего хозяина, точно защищая от чужой агрессии. Не страх. Только справедливые опасения. Нахальные слова, но вежливый тон. В сочетании получалось вполне изысканное издевательство, впрочем, Гриммджо вряд ли старался достигнуть именно такого эффекта — не того поля ягодка.
- Мне безразлично, как ты будешь ко мне обращаться, - проговорила она тихо и ровно, заставляя рейацу течь грозовой тучей, у себя за спиной. Не угрожая, просто напоминая что может случиться, если не прислушиваться к ее словам. Она знала, что ожидать от Гриммджо уважения бессмысленно, почтения - смешно, а ложь унизительна для них обоих. - Однако наглости к себе и настоящую угрозу моей фракции я не прощу.
Халлибел прикрыла дверь, чтобы ни слова не было слышно в коридоре. Не важно, как к Сексте относятся в Белом замке. Не важно, как Секста сам относится к себе. Но он остается Эспадой, а наличие обсуждений того, что Кот, как всегда, впереди планеты всей получил по шее от правящей фигуры это неправильно и бесчестно по отношению к Пантере, каким бы безмозглым и отмороженным он не был.
- Если ты получил неласковый прием от моей Фракции, это всего лишь значит, что ты не соразмерял своего поведения с рамками приличий, впрочем, как и всегда. Радует, что ты успел остановиться: в подобный неспокойный период мне не хотелось так глупо пожертвовать столь сильной боевой единицей, лишь в назидание остальным, - очень хотелось, пока никто не видит быстро и по-простому, с парой зуботычин, даже не доставая Тибурон из ножен, объяснить Гриммджо в чем именно он был неправ. Но гордость и положение не позволяли подобного. - Это и есть ответ на твой вопрос. В отсутствии Айзена-сама, он назначил меня правителем Лас Ночес, - в ее собственных ушах эти слова продолжали звучать кощунством, но приказы такого уровня обсуждению не подлежали, и голос не дрогнул, скрывая и радость столь высокой оценке своих способностей, и страх не оправдать доверие. - Однако это все еще не значит, что я обязана отчитываться перед тобою за поступки и решения Повелителя. Кроме того, за твою выходку и нарушение приказа тебе действительно полагалось наказание. - В голове уже начинал складываться план, как можно заставить своенравного Кота приносить пользу во всех смыслах, без жертв и крови, но с результатами, которые устроят и самого Сексту. - Его ты узнаешь не раньше, чем будут завершены приготовления. До того я прошу тебя не покидать пределов Лас Ночес. Вопросы? - она приподняла бровь, демонстрируя внимание к возможной реакции.

+3

19

офф

Поскольку Мила Роза закрутилась в делах и в ближайшее время ответить не сможет, мы договорились, что я отпишу за нас обеих.

Горькой полынью-травой обида горчит на губах -
Сглотнуть! И с улыбкою дальше идти
К источнику сладкой воды.

Конфликт закончился, толком даже не начавшись, и если рассматривать ситуацию со стороны, им с Милой Розой очень повезло, что ситуация пресеклась на том уровне, пока никто из них троих еще не перешел грань, после которой уже не остановиться. Однако же, с позиции самой Апаччи, расклад нельзя было назвать таким уж удачным. Все дело было в уязвленной гордости и чувстве собственного достоинства. Как глупо все получилось! Она так легко позволила Гриммджо показать ей собственную никчемность и недостаток сил даже для того, чтобы защитить саму себя, что злость теперь копилась в глубине души, кошачьими когтями царапала и заставляла стискивать зубы. Внутри все клокотало, однако одно только присутствие рядом госпожи Халлибел заставляло присмиреть, хотя бы внешне и удержать всю горечь и обиду при себе, проглотить их и постараться даже не поморщиться. С последним оказалось сложнее всего, да и со всем остальным ничуть не легче - под раздачу который раз попала Франческа: та удостоилась не только видеть на лице и во взгляде подруги все, что она имела выразить сейчас, но и получила не один рык в свою сторону. И ведь разумом Эмилоу прекрасно понимала, что не виновата ни в чем подруга, если уж кого и стоило в чем-то винить, то только саму себя, нападки на нее получались как-то сами собой. Все потому, что эмоции требовали выхода, сдержанность, увы, не вошла в число достоинств. Есть еще чему поучиться у госпожи.
Приняв помощь от Милы Розы и уже стоя твердо на своих двоих, Апаччи машинально дотронулась рукой до горла, поморщилась и застегнула куртку до упора, чего прежде никогда не делала. Не хватало еще, чтобы по по Лас-Ночесу поползли разговоры. Они, конечно же, поползут и без того, благодаря чьему-нибудь длинному языку и чьей-нибудь бурной фантазии, но ни к чему было лишний раз демонстрировать последствия столкновения с Секстой. Слишком велик был шанс, что скопившиеся эмоции Эмилоу может выплеснуть на первого, кто только заикнется на эту тему.
- Эмилио, Франческа, вы в порядке? - голос заставил невольно чуть вздрогнуть и тут же обратить внимание на его владелицу.
- Д..да, госпожа, Халлибел. Не беспокойтесь за нас. - иногда над уверенностью в голосе стоило бы немного поработать, впрочем, как и над умением ответить убедительно. Последнего сейчас в тоне было ничтожно мало.
- Мне нужно обсудить с вами один вопрос, поэтому вернитесь в наши покои и подождите меня там. Вы мне понадобитесь отдохнувшие и способные на боевые действия.
Задание? Или же госпожа не хотела отчитывать нас при Гриммджо и просто нашла способ отправить нас отсюда? Да какая теперь уже разница!
- Слушаюсь, Халлибел-сама. Мы будем ожидать Вас. - коротко и четко отозвалась Эмилоу, и вот теперь уверенности в голосе и взгляде прибавилось. Она все же поняла, для чего их отсылают отсюда, все-таки время от времени включались не только эмоции, но и разум. Поняла ситуацию Франческа или нет, а коль скоро, она была все ж не глупа, то наверняка догадалась что к чему, Апаччи удостоверяться не стала и просто дернула подругу за руку.
- Пойдем. - буркнула негромко, направляясь к выходу, проходя мимо Халлибел стараясь унять более менее бурю внутри себя, не хватало еще, чтобы госпожа ощутила ее на себе сполна. Оказавшись за пределами тренировочного зала, дверь за собой Эмилоу даже не подумала закрыть.
- Не вздумай за мной идти. - лишь коротко бросила подруге и уходя в сонидо, рванула в противоположную от покоев сторону, куда-то вглубь одного из бесконечных коридоров.
Когда-нибудь я научусь быть такой!

+2

20

Гриммджоу шкурой чувствовал, как реацу Тресс постепенно, тяжелыми шагами, двигается в его сторону. Мурашки побежали по спине и он даже попытался сглотнуть ком, образовавшийся в горле от ощущения напряжения.
Всё-таки разница велика, и хоть его номер в Эспаде был не последним, силы Пантеры от первых трех отличались достаточно. О каком соперничестве и демонстрации может идти речь, когда до тройки нужно работать и работать? Но поджимать хвост он не собирался, сдаваться так просто не в его стиле.
Часть разговора, где Тресс распиналась про заботу о своей фракции и прочем Джагерджак почти не слушал. Он лишь с завистью, молча наблюдал как две фрассионки покидают тренировочный зал. Злобный взгляд зацепился за спину разноглазой и он даже недовольно цыкнул, когда та, за воротом белой одежды спрятала уже темнеющие круги от его пальцев. Не ясно, что же злило больше: предчувствие наказания за содеянное, то, что она дала этим двоим так быстро уйти и не принять участие или то, что его сегодня уже не в первый раз обламывают по всем параметрам? Вот же Менос их всех задери!
- ...в подобный неспокойный период мне не хотелось так глупо пожертвовать столь сильной боевой единицей, лишь в назидание остальным...
Ярко голубые глаза нашли глаза Тии и без капли ужаса взглянули в них. Нет, он не боится её, он... опасается. Пф, один черт синонимы, но степень разная. Интересно, как долго продлится их разговор и чем он закончится? Что он услышит нового, подтвердятся ли слухи?
- Как благородно, - сквозь зубы процедил Секста в ответ, выдавливая из себя улыбку.
Вот оно как. Значит, он просто сильная боевая единица. Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Прежде чем даровать силу полностью, Айзен фактически прямым текстом заявил о том, что за неё придется платить. А как расплачиваться в данном случае по долгам, если не собственной шкурой? Они слепое оружие, не больше ни меньше. Никто из них на другое и не нужен. Даже та самая Тресс, оставленная за главную лишь потому, что обладала хладным умом и могла взвесить все За и Против прежде чем что-то делать, была лишь боевой машиной. Назначение это ещё один шаг по завоеванию процента преданности на тот случай, если что-то пойдет не так. Эдакие личные телохранители вражьего реока, по гроб жизни теперь ему обязанные. Но на самом-то деле, хоть факт быть обязанным слегка раздражал (теперь приходилось подчиняться вышестоящим), почти всё устраивало Сексту.
Когда речь зашла о том самом, для чего Гриммджоу и пришел сюда, с плеч почему-то упал груз. Слухи оправдались. Самое приятное разузнать все самому и из главных на данный момент уст. Халлибел не врала – он знал сто процентов, потому что, во первых, в этом не было никакого смыла, во-вторых, она не врала по той же причине, что и не врал он. От мысли что и наказание за его выходку обошло стороной – тоже добавляло легкости. 
- Поправочка, - сразу и нагло начал говорить он, сощурившись. – Нарушения приказа не было. Потому что в мою сторону приказов от Владыки не поступало. Самовольность – да, но разве за инициативу не положена награда? – явное издевательство, но ходить по лезвию ножа долго и беззаботно не стоит. – Приготовления значит... но говорить мне ничего не стоит, верно, чести не удостоен? У меня нет больше вопросов.
Гриммджоу скрестил руки на груди и выжидающе посмотрел на временную Владычицу Белого замка.
Ну и? Какие приказы ещё? Или можно валить?

+2

21

+++++

Прошу прощения за задержку. Дизайн сожрал все мое время и силы.

Халлибел проследила за реакцией Гриммджо, провожающего тяжелым взглядом спины девочек и испытала легкий укол злорадства: Секста был недоволен, на его физиономии отразилась чуть ли не полноценная обида. Неужели ему было так важно довести этот абсурд до конца, а она сорвала все его великолепно продуманные гадости? Это стоило нескольких часов поисков по всей крепости. Как бы там ни было, Кот был достаточно себе на уме, чтобы принести невероятное количество хлопот.
- Как благородно, - это был плевок. Плевок во всю систему мировосприятия Тиа. Это не было обидно. После всего того, чего Трэс насмотрелась в Пустыне и в Лас Ночес, это не было новостью. Просто холодно. Просто досадно. Досадно, что те, кого признали высшими мира сего сохранили в себе такое господство инстинктов и глупости. Но даже огорчаясь, Халлибел, будучи наделенной способностью к руководству личностями, в том числе и такими неуравновешенными, каковой являлась подавляющая часть арранкаров, она была в состоянии оценить сильные и слабые стороны починенных. Давно известно, что те, кого ценят в личностном отношении, и они сами об этом знают, более эффективны буквально в любом порученном деле. Не важно, действительно считаются с ними, или они только так думают, потому что для их заблуждения создали хорошую почву. Эффект все равно есть в первую очередь потому, что они стремятся сохранить то ощущение самоценности, оцененности по достоинству, которое является прямым следствием такого отношения к подчиненному. Осталось донести до Гриммджо, что именно его личные качества — даже не сила его, как Секста Эспада! - а именно качества его личности, замешанные на его Лик Смерти делают Гриммджо неоценимым и незаменимым соратником. И этот плевок в лицо обесценивал не умение Халлибел оценить выгодные стороны, и не ее мировосприятие. Он обесценивал ценность самого Джаггерджака в его же собственной позиции. Потому что, в широком смысле, сейчас все жители Лас Ночес были сейчас ее фракцией. Он не понимал, или не хотел понять, что подобную снисходительность можно проявлять только к тому, кого ценишь именно как личность. Впрочем, среди Эспады таких неспособных, или не желающих, было большинство. Это было досадно, но разрываться на кусочки и доказывать всем и каждому свое понимание и видение она не собиралась. По крайней мере, пока не удостоверится, что каждого из них в военное время действительно можно применить согласно его способностям не только, как бессмысленное пушечное мясо, а как уважаемых и важных союзников и соратников.
Впрочем, похоже, что Гриммджо от хорошего отношения только становится наглее, и следует спустить его с небес на грешную землю.
- Гриммджо, если твоя память не в состоянии удержать события относящиеся к несколько месячной давности, то это весьма прискорбно. Приказ относился ко всем, — Халлибел особенно выделила последнее слово, - Представителям Эспады. И был озвучен Айзеном—сама на собрании. Да, это было не два дня назад, и не на прошлой неделе. Но это не отменяет запрета. Или ты до такой степени не в состоянии понять его причин, что мне требуется объяснять? Я признаю, что и твои действия принесли пользу, но и вред от них был не малый. В любом случае, задание, которое ты получишь, можешь выполнить только ты. Можешь рассматривать это как наказание, можешь — как поощрение. В любом случае, это ответственная работа, с которой ты будешь обязан справиться. Относительно того, достоин ты, или нет, знать подробности этого дела, думай, что хочешь — твое незнание этих подробностей не уменьшает твоей способности принимать решения на месте и эффективно действовать по обстоятельствам. По крайней мере, пока что ты не давал мне повода усомниться в этой твоей способности. Если тебе понятно всё, то ты свободен, - она посторонилась, пропуская Сексту к выходу.

Отредактировано Tia Hallibel (06.09.2016 09:08)

+2

22

Гриммджо смотрел на Халлибел, и у него чесались когти. Так сильно чесались когти, и так сильно хотелось вонзить их в мягкие, ни чем не защищенные от взгляда бока пустой. Высокомерной, спокойной, гребанной пустой, которая была сильнее. Это только пока что... Гриммджо облизнул губы, и демонстративно склонил голову, и чуть согнул спину, каждой клеточкой тела, каждым жестом он хотел ей дать понять - вот он я, такой весь покорный. Склоняю голову, уважаю и почитаю. Ненавижу. Глаза его сверкали такой откровенной злостью, что самому Гриммджо было не очень понятно, чего ради он устраивает цирк, в место того, что бы ударить. Всеми силами и сразу, что бы даже за рукоять взяться не успела. Гриммджо жадно вдохнул, уже почти начав движение, и остановил ладонь, со сведенными судорогой пальцами.
Он чувствовал в воздухе спокойную умиротворенную силу. Ту, с которой не разделаться его Разрушением. Такую, что от одного вдоха пронизывала все тело, не позволяя кинуться, остонавливая. Успокаивая.
Гриммджо скривился, передернул плечами, и обжег Халлибел взглядом.
- Обожаю ответственные задания. Они бывают веселыми. Повеселее твоей скучной фракции и тебя. - Гриммджо направился к выходу, но замер на пороге. Всего на секунду, что бы ухмыльнутся ей в лицо. - Я знал, что я незаменим. Вы же сдохните от скуки тут, без меня.
И он сорвался в Сонидо,  чувствуя кипящую в душе злость, жажду таки выпустить когти. О нет, никаких тренеровочных площадок. В пустыню, как можно дальше. Что бы плавить песок Серо, что бы перепахивать пустоту Дэзгароном. Потому что, если сейчас он столкнется с кем угодно, пускай с самим Старрком, а лучше с Ннойторой, это будет хоть весело! Он полезет в драку прям вот сразу. С ходу. Зарядит серо в лоб, ударит в живот, и попытается оторвать голову.
Сама мысль о задании  Халлибел вводила его в состояние, близкое к членовредительству - совершенно беспочвенному, и включающем в себя желание вредить даже как-то мелко. Вот просто... например... ну...принести к Халлибел под дверь десяток дохлых пустых. Нет, лучше, полудохлых. Что бы лежали, стонали и воняли. Арранкаров, да... Мелких нумеросов... Чируччи! Идеально! Эта еще и орать будет.
Гриммджо немного сбавил ход, и перешел из Сонидо в обычный шаг. И в этот момент, чуть дальше по коридору, открылась дверь, и из нее вышел круглый Заэлев лаборант. Или фрасьен, этих уродцев различить очень трудно. И Гриммджо, наконец, выдохнул. Зная, что его Серо разнесет не только фрасьена, но и ближайшие стены, он  налетел на него вихрем, вцепился зубами в шею, вырывая кусок, чувствуя хруст Ииеро, отрывая руку, ударом о стену фрасьеном перебив ему спину. Только когда безрукая тушка перестала подавать признаки жизни, и дергаться, только тогда Гриммджо сплюнул, и пошел дальше, неторопливо облизывая окровавленные пальцы. Он был спокоен и умиротворен. Он ухмылялся, и собирался выполнить приказ Халлибел в лучшем виде.
Пока он убивал фрасьена, он представлял на его месте каждую из фракции Халлибел.
Гриммджо шел за своей фракцией, глядишь, у него получится обрести таки сегодня еще хоть немного спокойствия.

+2

23

Из коридора плеснуло яростной злобой. Все же Гриммджо в свое уравновешенности иногда поражал. Если бы Халлибел сохранила способность бояться, он бы пугал ее. Однако этого свойства душа Акулы не сохранила. В том месте, где у более слабых пустых был страх за свою драгоценную шкуру, она носила умение привязываться, желание защищать, проистекающие из спокойного осознания своей мощи. Она не помнила, когда поняла, что великая сила - это великая ответственность. Что силен не тот, кто может убить и сломать кого угодно, а тот, кто в состоянии этой силой поделиться. Может, она родилась с этим знанием?.. Нет чести в бессмысленном убийстве. Подчас даже убивать не нужно, чтобы донести бессмысленность агрессии. Только вот для Сексты это было не донести. Все, чем располагал Кот, весь его опыт говорил: убей, или умри. Пожалуй, в этом и заключалась принципиальная разница между Адьюкасами и Васто Лордами. Халлибел подошла к стене и прислонилась к ней спиной. С момента назначения прошло не так уж и много времени, но уже сейчас она осознавала нехватку тишины. Несколько мгновений — этого достаточно, чтобы привести мысли в порядок. Собраться с мужеством отпустить в живую, опасную и чуждую Каракуру одну из девочек, чтобы отвлекать на себя внимание от командующего Тоусена. Она понимала, что может потерять фрассионку навсегда. Она понимала, что у нее нет вариантов. Сила, чтобы защищать, требовала платить защитой — не только себя и своей фракции, но и интересов того, кто ее даровал. За силу для создания нового мира требовалось платить созданием этого мира. И Жертвами. «Начинаются театры с вешалок, начинаются царства с виселиц». Она была готова жертвовать собою, но это не значило, что ей плевать на тех, кто сделал это для нее. В своей душе она оплакивала каждую из этих жертв. И никогда она не хотела бы, оплакивать тех троих, ради которых согласилась отдать свою собственную жизнь.
Гриммджо никогда бы не понял. Для него было бы совершенно нормально угробить тех, кто пошел за ним, лишь бы стать Царем Горы. Горы трупов. Даже сейчас, когда в воздухе ощутимо носилась беспомощная злоба, она понимала, что Джаггерждак никогда бы не кинулся. Потому что он никогда бы не пожертвовал своей драгоценной шкурой, чтобы защитить то, что считал своими идеалами. Злые слова, брошенные из-за плеча — лишь попытка сохранить лицо. Убийство кого-то в коридоре — утверждение для самого себя, что сила все еще на его стороне, попытка отстоять у своей беспомощности собственную гордость.
Она оттолкнулась от стены и вышла в коридор. И как только она переступила порог, увидела остатки несчастного, попавшегося разъяренному Пантере. Идиот. Злобная тварь. Недалеко от выхода был пульт передачи, она откинула крышку и набрала код связи с медицинским пунктом, быстро передала требование убрать останки этого, кажется, фрассиона Заэль Аполло, и отключилась.
Мысли ее были уже заняты другим. Последний приказ Повелителя. Она отправила девочек в свои покои, чтобы никто не слышал того, куда и зачем она отправит одну из них. Циан была непригодна для этой миссии. Способности ее Рессурекшина позволяли манипуляции несколько другого плана. Кроме того, скорость и маневренность, которые скорее всего потребуются в этой миссии, не относились к числу ее сильных сторон. Следовательно, отправиться должна либо Франческа, либо Эмилио. Львица — натура увлекающаяся. Более тяжеловесная, она боец ближнего боя, и будет подвержена большей опасности, чем, верткая, как ртуть Апаччи, использующая свои браслеты, как метательное оружие. Однако именно Эмило была самой эмоционально неуравновешенной частью Бестий. Как бы не была привязана к своей Фракции, Трэс понимала, что от каждая из девочек обладает как своими достоинствами, так и недостатками, которые могут скомпенсировать только другие две. Идеальным был бы вариант отправить всех троих. Но это будет слишком для отвлекающего маневра, которым предполагалась эта вылазка. Следовательно, остается Апаччи. При всей своей эмоциональности Олененок умела быть расчетливой и осторожной, кроме того, ей будет полезен опыт одиночного боя для испытания пределов своих собственных сил. У нее будет возможность сбежать в любой момент. Пресечь открытие Гарганты ни один Проводник не в состоянии, хотя бы потому, что не представляет механизма этой способности. Обычные Пустые пользуются другим видом перехода, но для Арранкара этот способ столь же не применим, как кротовая нора для синего кита.
Впереди замаячила дверь ее покоев. Тиа кивнула своим мыслям и повернула ручку.

Администрации

Это закрывающий пост в квесте. Прошу администрацию в течении ближайшей недели не ставить для меня нового - из-за сложностей с интернетом повесить полноценный игровой пост будет несколько проблематично. Заранее благодарю за понимание.

+1

24

Отыгрыш завершен.

0


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Hueco Mundo » Эпизод: Пантера выходит на охоту