Bleach: Swords' world

Объявление



Pokemon: Amazing World Fate/Somber Reign

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Общество душ » Казармы 1-го отряда.


Казармы 1-го отряда.

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

http://s1.uploads.ru/t/8nufI.jpg

Расположены в самом центре Сэйретея, за глубоким рвом и высоченными дверями. Здесь в приёмном зале проводятся все собрания и летучки капитанов Готей 13. Комнаты и коридоры просторны, с высокими потолками и выкрашенными в красный цвет стенами. Дощатые полы натёрты до блеска.

0

2

Казармы шестого отряда ---->

Сой Фонг примчалась на собрание в первый отряд так быстро, как только смогла, оставив далеко позади себя своих подчинённых. Маленькая, худенькая, стремительная, как стрела, пущенная из лука, она почти моментально оказалась на месте, но перед тем как войти под высокие своды, задержалась. Спустя столько лет она всё равно испытывала благоговейный трепет от одного вида этого подавляюще огромного строения и начинала чувствовать себя прежней маленькой Сой, тенью великой принцессы из клана Шихоуин.
Стряхнув мимолётное оцепенение, вызванное волнением памяти, она прошла в зал собраний быстрым решительным шагом, не оглядываясь по сторонам, но чутко прислушиваясь к любым звукам, готовая ко всему, как если бы спешила не на встречу, а на бой. Хотя любого рода контакты для капитана второго отряда были своего рода сражением. Она походила на коготь, который носила на указательном пальце в периоды действия шикая на полях сражений и во время выполнения тайных операций.
Её ждал ещё один сюрприз. За сутки они себя не исчерпали. В зале собраний, кроме неё и командира обнаружилась ещё Унохана Ретсу, которую Сой Фонг меньше всего ожидала здесь увидеть в связи с последним сообщением, полученным через адскую бабочку.
Но по той или иной причине вызвали капитана четвёртого отряда? Или дело совсем в другом, а время и место встречи совпали? Так ведь бывает.
Других капитанов не наблюдалось, и женщина, не отдавая себе в том отчёта, нахмурилась.
Мотнула головой с приветственным поклоном в сторону Ретсу и почтительно склонилась перед главнокомандующим, ожидая указаний. Говорить в его присутствии раньше него было не столько неуважительно, сколько небезопасно.
Старик, несмотря на хилый внешний вид, спустя сотни лет оставался крепок и силён. И грозен.
На минуту Сой Фонг даже пожалела тех неудачников, что рискнули вызвать гнев главнокомандующего, хотя была далека от жалости в силу характера.
Ей показалось, что она что-то забыла. Что-то не особо важное, но почти неотъемлемое. Такое большое и шумное.
«Омаэда! Где его носят Пустые?!»
Женщина понадеялась, что лейтенанта затопчут в общей свалке, в сражении шинигами и занпакто, хоть затоптать такую тушу и сложновато. Толстяк отстал ещё на пути в шестой отряд – не удивительно, что она о нём подзабыла. Не всё ли равно. Сейчас Омаэда будет только мешать, если командир сочтёт нужным поручить ей работу, требующую максимальной скорости.

+2

3

===>Бюро Научных исследований и технологического развития

В бараки первого отряда Маюри направился сразу, как только получил вызов. Время для ученого являлось одной из важнейших расчетных категорий, поэтому точное совпадение субъектов и объектов во времени и пространстве было абсолютно необходимо для любого проводимого мероприятия, будь то серьезное исследование или обычное запланированное собрание. И неумение оказываться в нужном месте вовремя, которое порой демонстрировали не только рядовые солдаты, но и некоторые офицеры,  казалось ему даже не  отвратительной привычкой, а каким-то клиническим поражением мозга, свидетельствовавшим о непонимании базовых основ мироздания.
Степенной походкой вошел он в зал совещаний и занял свое обычное место.  Несмотря на то, что привычные длинные и  ровные шеренги, которыми командный состав Готей 13 выстраивался вдоль условной линии, сейчас отсутствовали,  Маюри слишком ценил правильность формы, чтобы из-за такой мелочи что-то менять.  Капитаны и их отряды в данный момент были чрезвычайно заняты ненужной беготней. Мысль о том, что все отсутствующие теряют время, бегая за своими занпакто, участвуя в бесполезных сражениях и спасательных операциях, заставила губы Маюри скривиться в легкой брезгливой улыбке.
В Обществе Душ он всегда носил маску. Его раскрашенное лицо, слегка сгорбленная спина и полнота, не соответствующая его реальному телосложению, призваны были создать у зрителей определенный образ. То же относилось и к его эмоциям. Холодный расчетливый разум Маюри не нуждался в эмоциональных проявлениях.  С математической точностью он оценивал каждого капитана, лейтенанта или простого солдата, зная их способности, просчеты и недостатки, слабые и сильные стороны. Они были настолько предсказуемы в своих повадках, поведении и реакциях, что ему  не было нужды раздражаться или  злиться. Презрение, которое он испытывал к большинству из них,  строилось не на ежеминутных событиях, а на ощущении огромной пропасти между их усредненным интеллектом и его гением.  Однако Маюри нежно любил свой образ сумасшедшего ученого. Помимо того, что он действительно отражал часть его личности, он еще и давал массу безусловных плюсов и преимуществ. Поэтому даже когда на лице Маюри играла пренебрежительная улыбка, она хоть и относилась к текущим событиям, но выражала лишь малую часть всей глубины презрения, которое он в действительности испытывал.
Командующий сидел с непроницаемым выражением лица. Маюри так же молча ожидал, когда совещание начнется, и улыбка на его губах постепенно превращалась в торжествующую. В тот период, пока весь наличный состав Готея попусту тратил свои силы, капитан 12-го отряда  воспользовался предусмотрительно заложенным в свой меч свойством самоуничтожаться при попытке атаковать хозяина, и при первом появлении материализованного Ашисоги Джизо выступил против него.  В полном соответствии с расчетами, Золотой головорез-убийца  взорвался, и Маюри сломал клинок, таким образом воспрепятствовав его повторной материализации. После чего провел тщательное исследование.  И теперь у него был готов исчерпывающий  ответ, как вернуть занпакто своим владельцам и полностью устранить угрозу их нового захвата, разумеется, в лице самого захватчика. Этот образец Маюри рассчитывал заполучить в свою коллекцию.
Сейчас, всем видом излучая самодовольство, Маюри ожидал, когда ему представится возможность явить миру торжество своего научного гения.

Отредактировано Kurotsuchi Mayuri (11.11.2014 00:56)

+4

4

Восстание зампакто под предводительством Мурамасы в один день всколыхнуло тысячелетний уклад привычной жизни шинигами. В отличие от большинства проводников душ, Генрюсай знал, с чем они столкнулись. Отголоски не такого далекого прошлого. Темное пятно на роде Кучики в виде Коги и большой минус потраченных впустую на него средств и надежд. Кажется, они, принимая решение о заточении, не учли всей угрозы. Что ж, в этот раз подобная мягкость недопустима. С той минуты, когда этот зампакто решил вновь воспользоваться своей силой, он подписал себе смертный приговор. И своему хозяину тоже.
Но сейчас... Сейчас важнее было разорвать этот контроль марионеточника над своими куклами. В такой критический момент требуется оперативное принятие решений. Иначе будет уже поздно. После того, как Айзен Соуске, показав свое настоящее лицо, оставил Общество душ в смятении, казалось, что хуже быть больше не может. Неприятности шинигами стали расти как жадный костер, оставленный без внимания на долгое время. С последствиями того пожара они справились не без потерь, но достойно. Сейчас же недавно восстановленные казармы и тренировочные залы опять напоминали пепелище. В этом стихийном бедствии было готово сгореть все.
Для того, чтобы отсрочить гибель мира Главнокомандующий успел уже сделать достаточно. Рюджинджака, самый сильный зампакто не только среди стихий огня, но и всех остальных, оказался под надежной защитой. Чтобы получить его под свой контроль, Мурамасе придется постараться. Такой барьер поддастся только при колоссальном воздействии на него. А значит, он уже выиграл главное, что важно в такой ситуации – время. Теперь, когда отсчет был запущен, оставалось только ждать и надеяться.
Скрытые и явные враги со всех сторон были готовы атаковать. Но если какой-то самодовольный идиот решил, что властитель огня потерял свою хватку, то пусть приходит. Он уничтожит всех. Если те будут достойны и победят его подчиненных. До этого момента он будет только наблюдать.
За годы своей власти Ямамото понял одно – весь Готей это особый механизм. И его работа зависит от каждого из них. И пока ему точно не нужно ничего делать. Его руками, ногами, глазами, волей будут его воины, доказавшие не раз свою силу, преданность и стойкость духа.
На это собрание он не ждал всех. Помимо восстания зампакто пришли тревожные вести от знатных семей. Несколько дерзких нападений на знать – и сразу же сколько шуму. Возможно, эти события были связаны, возможно нет. Посланные им капитаны должны были разобраться. Это было не так важно, как проблема зампакто. Если не будет боеспособных шинигами – то кто еще их будет охранять? Так что им ничего не останется сделать, как успокоиться и подчиниться.
Вот только сделал он лучший ли выбор? Кенпачи Зараки и Хицугайя Тоширо… Пожалуй, стоит сказать Сасакибе, чтобы тот отправил адскую бабочку с посланием для капитана Кучики. Для таких тонких дел он подходит лучше всего...
Первой в Зале появилась Унохана Рецу, как всегда собранная и сосредоточенная. Надежный столб Общества душ. В её уме, силе и знаниях он не сомневался. Следом явилась Сой Фон, всем своим видом напоминая разозленную пчелу. Раздражение, которое она пыталась подавить, все равно было на лице. Молодо-зелено. Что ж, скорость и нетерпеливость порой приносят свои результаты. Но принесут ли сейчас? Что удалось узнать ей и её отряду? Впрочем, это подождет.
Потому что на появившегося последним капитана Генрюсай Ямамото возлагал большие надежны. Если не Унохана с её богатым опытом, то Куротсучи с его нестандартным мышлением, точно должен разобраться во всем.
Главнокомандующий не спешил, наблюдая за их реакцией, старчески сложив руки на своей опустевшей клюке. На лице их сумасшедшего гения заиграла довольная улыбка. От взгляда Ямамото это не укрылось, впрочем, как он подозревал, тот и не пытался это скрыть. И с его редким гениальным умом он мог себе это позволить.
Он открыл глаза шире, смотря только на Маюри.
- Докладывай. У тебя есть предложения о ликвидации восстания зампакто?
В голос он позволил просочиться настойчивости и непреклонности. В военное время, когда Айзен Соуске мог напасть с любую минуту, допускать промедления нельзя.
Q

+2

5

Начало игры

Шорох хаори в этой гробовой тишине казался непростительным шумом, нарушавшим покой Главнокомандующего. Унохана остановилась на мгновение, поприветствовав его поклоном, а затем вновь двинулась неспешно вперед к своему месту, сопровождая каждое своё движение легким шуршанием, которое теперь казалось не столь раздражительным.
Итак, она была первой, что, в общем-то, не удивляло ни её, ни, скорее всего, Ямамото. Хотя торопиться уже было некуда, не так ли? Да, возможно многие считали, что каждая секунда на счету, может, и капитан первого отряда думал так же, но вот Унохана после своих исследований и раздумий мыслила несколько иначе, да и разве не гласит пословица: «Поспешишь – людей насмешишь». Народная мудрость никогда не бывает бесполезной.
Капитан скрестила пальцы, спрятав руки в широких рукавах хаори, прикрыв глаза в ожидании остальных. Однако, остаться в полной тишине наедине со своими мыслями и Главнокомандущем надолго ей не удалось. Она прекрасно понимала, что на это собрание придут далеко не все. И если уж быть честной, ждала Унохана только Маюри, поэтому увидев в дверях тонкую ладную фигурку капитана второго отряда, женщина несколько удивилась, что отразилось лишь легким поклоном приветствия. Впрочем, стоило отметить, что удивление это оказалось взаимным. Сой Фон по обыкновению своему была напряжена, раздражена и зла, о чем говорило каждое её движение. Иногда Рецу задавалась вопросом, а бывает ли эта девушка расслаблена когда-нибудь? Или даже во сне она напоминает натянутую струну? Как ей живется в вечном стрессе? И не стоит ли прописать ей каких-нибудь настоев, а то и так нервная система ни к черту. Но эти мысли быстро покидали голову капитана, ибо женщина прекрасно понимала, травки, да душевные разговоры тут не помогут. Тем более, Сой Фон вряд ли  считает, что нуждается в помощи капитана четвертого отряда.
Он появился последним, не опаздывая ни на секунду, как всегда. Весь вид его был пропитан самоуверенностью, сквозь которую виднелась та жажда поделиться каким-то открытием, известным лишь ему. Ей знакомо это чувство. Унохана не испытывала ни отвращения, ни злобы к этому человеку. В ней таилось то неповторимое, странное, едкое соперничество. Она уверена, что где-то под этой маской Маюри питал к ней те же эмоции.
Рецу не отрывала взора от улыбки, что становилась шире, тщеславнее. Это выражение лица, что не говори, шло ему. Унохана едва заметно вздохнула,  сжав указательный палец. Да, этот мужчина гений, но до какой же степени омерзительный гений.
Тем временем, Главнокомандующий продолжал своё суровое молчание, наблюдая за своими подчиненными из-под густых бровей. Затем взгляд его уперся в Маюри, и тишину казарм разрезал настойчивый, суховатый голос капитана, требующий идей по устранению того хаоса, что устроили их собственные мечи.
Что ж, Унохана с удовольствием послушает доклад этого сумасшедшего

+3

6

В повисшей после слов главнокомандующего тишине Маюри сделал полшага вперед и слегка склонил голову.  А когда он ее поднял, его глаза горели блеском страстного, почти безумного азарта. Среди присутствующих были по крайней двое,  достойные  услышать о его открытии во всех подробностях, которые он сочтет допустимыми.
С позволения сказать, «капитана» Сой Фон он в расчет не принимал и не удостоил даже мимолетным вниманием. Разум этого объекта не был способен оценить всю точность и гениальную простоту его плана. Во время их последней встречи упомянутая капитан Сой Фон допустила настолько серьезную тактическую  ошибку, что Маюри потерял к ней всякий интерес,  и  даже если бы она стояла под стенами его лаборатории, умоляя взять ее в качестве самого распоследнего подопытного, он бы без сожалений отказал.
Взгляд Маюри скользнул по Унохане Рецу, и глаза его слегка сузились. Эта женщина относилась к небольшому проценту тех, кто, по его мнению, стоял над общей массой посредственностей. Она обладала огромной силой, но совсем не того сорта, как здоровый, но примитивный мужлан Зараки Кенпачи.  Ее сила находилась под контролем чрезвычайно развитого и дисциплинированного разума. Когда спокойные глаза Уноханы останавливались на Маюри, синаптические связи его мозга проводили резкие электрические импульсы, сообщая ощущение, что она смотрит сквозь его маску прямо в душу. И от этого становилось неуютно, чувство, которое Маюри тут же гасил в контуре нейрогуморальной регуляции. 
Мгновение, потраченное на Рецу, и он повернулся к Ямамото Генрюсаю. Как и положено, решение будет принимать главнокомандующий, а, следовательно, доклад предназначался прежде всего ему.
- Я не буду утомлять собравшихся слишком сложными для восприятия научными и технологическими подробностями, - начал он в своей  обычной манере, словно объясняя урок нерадивым ученикам. На «сложности для восприятия» он сделал акцент, эти слова предназначались Сой Фон и призваны были подчеркнуть завуалированную  издевку,  - скажу только, что я нашел быстрый и надежный способ вернуть все занпакто. Материалом для исследования послужил Ашисоги Джизо, который я захватил  вскоре после начала восстания. Как я и предполагал, особенности Мурамасы не относятся к чисто духовным свойствам. У его способности материализовать и захватывать душу занпакто есть вполне осязаемые физические носители, встроенные в структуру его реяцу. Именно эти носители, условно назовем их бактериями, проникают в реяцу занпакто, синхронизируются с ней и образуют самостоятельную воспроизводящуюся колонию, которая в процессе своей жизнедеятельности выделяет токсины, влияющие на сознание мечей. В результате в занпакто пробуждаются базовые инстинкты, а также они становятся сильно подвержены контролю носителя первоначальной, заразившей их реяцу – Мурамасы.  Чем дольше существует колония, тем более дикими становятся материализованные мечи. Установив этот факт, я нашел действенный способ нейтрализовать все бактерии. 
Изложив  первостепенную информацию, Маюри на некоторое время замолчал, оценивая произведенный эффект. Он давал возможность каждому на этом немноголюдном собрании в полной мере осознать, что ни один из обитателей Сейрейтея не смог бы обнаружить настолько тонкие, но значимые нюансы реяцу врага и определить метод, которым он действовал. Более того, директор НИИ шинигами вполне обоснованно полагал, что даже сам Мурамаса не в курсе основ своих способностей. 
Но даже справедливая гордость Маюри за большую и хорошо проделанную работу носила оттенок самодовольства. Замолчав, он широко улыбнулся, обнажая ряды выкрашенных в золото зубов.
Он работал сутками напролет, прекрасно понимая, что шинигами не выстоят в предстоящих сражениях без своих занпакто, а времени на менее радикальные меры уже не осталось. В период подготовки к войне, когда Айзен в любой момент мог опередить их, колоссальное снижение боевой мощи и внутренние неурядицы в подразделении были равносильны не просто самоубийству, а уничтожению всех основ, на котором держалось Общество душ.  Маюри не был сентиментален. Идеи защиты таких ценностей как «дом», «друзья и товарищи», «воинская честь» ни коим образом не могли бы вдохновить его. Но он ценил и берег  свои вещи. И до тех пор, пока его база находилась в Сейрейтее, а сам он входил в состав Готей 13, он не мог позволить кому-либо превзойти его и посрамить его гений. Основанное на гордыне и чувстве собственничества, тем не менее, представление о «благе Сейрейтея» не было для него пустым звуком.
Насладившись полнейшей тишиной, когда слушатели, по его представлениям, благоговейно должны были ожидать продолжения его слов, он снова заговорил:
- Я создал антидот, который распылит над материализованными мечами Ашисоги Джизо, занпакто, обладающий огромной площадью поражения. Антидот нейтрализует воздействие Мурамасы, и мечи вернутся к своим владельцам. Кроме того, они станут особо опасны для самого Мурамасы и, в случае контакта, будут настроены уничтожить его. От Готей 13 требуется под предлогом финальной битвы заманить все занпакто в одно место, где я смогу распылить антидот. А в качестве подтверждения его действенности я готов продемонстрировать Ашисоги Джизо, находящийся полностью под моим контролем.
Маюри решил не уточнять, каким способом создан его антидот. Свои опыты, связанные с холлоуфикацией, он держал в строжайшем секрете. Во время подготовительной работы он свел к минимуму риск при массовом распылении  вируса, настроив его исключительно на реяцу Мурамасы и сделав пустофикационные бактерии неспособными существовать без соответствующей подпитки. Однако шанс неудачи и массовой холлоуфикации в Сейрейтее оценивался им в 12,5%. Такой риск, по мнению Маюри, был вполне приемлем. И все же он надеялся, что никто из присутствующих не станет вдаваться в подробности способа уничтожения.
План был простым, действенным и быстрым. Он очень соответствовал насущным нуждам Готея. Закончив свою речь, Маюри замер, ожидая реакции слушателей.

Отредактировано Kurotsuchi Mayuri (14.11.2014 23:06)

+3

7

В этом Зале экстренные и неполные собрания капитанов проходили в последнее время слишком часто. Но, тем не менее, каждый из них знал свое место, правила и сохранял спокойствие. Даже капитаны-предатели, как бы они ни ненавидели Общество душ, находясь здесь, беспрекословно подчинялись им, нося притворные маски послушания и согласия. Дисциплина – вот основа любой военной структуры. Жесткая, проверенная веками. Каждый из этих троих, пришедших сюда, обладал нужными знаниями, опытом, силой и выдержкой. От того, как выполнили свои задания капитаны, зависило многое…
Генрюсай, не пошевелившись, проследил одними глазами за подготовкой Маюри Куротсучи к своему докладу. В том, что это минута его славы, минута торжества гения, корпевшего часами над пробирками, не жалевшего ни себя, ни других, он не сомневался. Что ж, ради такого некоторую театральность стоит простить. От старца не укрылись взгляды, которым обменялся капитан 12 отряда с Уноханой Рецу. Какими бы не были на самом деле их отношения, как бы они не одобряли методов друг друга, оба выполняли самую важную функцию в Обществе душ – исследования, разработки. Капитан 4-го отряда не могла принимать все методы Маюри, но в тоже время она не могла не согласиться с тем, что цель у них одна. Все для спасения жизней и уклада.
Главнокомандующий слушал внимательно, отметая детали, выделяя суть, как привык делать это всегда. В конце концов, каким бы не были предложения любого из капитанов, решение оставалось за ним. Это он прекрасно понимал, как и то, что Совет 46 и знать была в панике. Не говоря о простых обитателях мира. Нужно было найти решение как можно быстрее. Но такое, какое не подорвет военную силу Общества душ и сведет ущерб к минимуму.  Уничтожить все зампакто – самый провальный вариант. После которого стоит только сдаться на милость врага. Никогда.
«Не относятся к чисто духовным способностям? Вот как…» Люди бы сказали – век живи, век учись, но Генрюсай был шинигами, прожившим сотни лет. И даже тогда, когда кажется, что в жизни уже ничего и никогда не может удивить, что все познал и все увидел, оказывается, что мир способен преподнести много сюрпризов. И этот год как никакой другой был богат на них. Что ж, приятно ощутить, что ты что-то не знаешь. Приятно почувствовать, что огонь внутри еще не угас. 
Куротсучи смог изобрести антидот? Во время этих слов глаза огненного капитана чуть сузились, а посох был сжат чуть крепче. Такое быстрое решение? Возможно, что все так просто? Главное – был результат. И капитан 12-го был готов его продемонстрировать.
Для себя он отметил три момента:
- Мурамаса обладает очень редкой, малоизученной силой.
- способ решения связан также с зампакто и площадь действия ограничена, что также является проблемой.
- необходимо взаимодействие всех отрядов. Возможно, подключение отряда кидо.
решение было не настолько уж сложным. На первый взгляд. Но у всего есть свои подводные камни. Этот план требует детальной проработки. Поэтому пока он решил промолчать, ожидая что скажет на это Унохана. Представляя собой обратную сторону одной монеты, она могла увидеть то, что не увидел он. Поэтому прозвучавший вопрос был совсем другим:
- Мурамаса нужен живым? Или полученного материала достаточно, чтобы использовать эту силу против наших врагов?
Само собой, то, что подвергло их в хаос, могло также повлиять и на их врагов. И, возможно, Айзен Соуске, лишившись своей силы, еще пожалеет, что пошел против них. А то, что казалось им огромной трагедией, станет ключом к победе.

+2

8

Он был в восторге, с каждым словом пытаясь вознестись выше собравшихся, показывая, чего может добиться и чего добился. Разве кто-то ещё способен на открытия, которые он с такой лёгкостью совершает?
Тщеславие когда-нибудь погубит тебя, Куротсучи-тайчо.
Капитан ни в коем разе не умаляла способностей своего соперника (и с каких пор он таковым стал?), но вот самодовольство, что сочилось, окутывая каждого, кто вставал на пути ученого, никогда и никому не играло на руку. Впрочем, сейчас Унохану это совершенно не волновало, да и вряд ли когда-либо начнет.
Женщина, вновь прикрыв глаза, внимательно слушала капитана двенадцатого отряда. Хватаясь за каждую деталь, каждое слово. Он никуда не торопился, смакуя момент, смакуя свои речи, своё величие. Смотрите, ликуйте, восторгайтесь. Рецу сдержалась, дабы не улыбнуться. Не место, да и не время.
Доклад Маюри, что и не говори, был хорош. Всё логично, хорошо, складно. Да и план славный. С одной стороны. Но ей ли не знать, что этого мужчину мало когда заботили человеческие жизни. Разве не у каждого лекарства есть побочный эффект?
Унохана не сомневалась, что этот так называемый антидот не так уж и прост. Конечно же, просить материал на изучение не имело смысла совершенно. Этот хитрюга никогда и никому не раскроет всех своих секретов. Что ж, образцы она всё равно получит, тем более, если он собрался распылять всё это над Готеем. Впрочем, вопрос о безопасности данного метода всё ещё оставался крайне актуальным.
Как только Куротсучи закончил, женщина приоткрыла глаза, устремив взор на Ямамото, ожидая, когда Главнокомандующий скажет своё слово, а затем разрешит говорить ей.
Что ж, Генрюсай, как истинный военный начальник спрашивал то, что считал нужным. Унохана перевела мягкий взор темно-синих глаз на докладчика. Она знала, тот сразу отвечать не станет. Выждет паузу. Неужто, они так недостойны? Рецу опять подавила улыбку. Есть проблема и её стоит решить. Остальное она оставит на потом.
- Ямамото-сотайчо, если позволите, я бы тоже хотела задать пару вопросов Куротсучи-тайчо, - мягкий тихий голос наполнил большое помещение казарм, затухая в углах. – Первое, есть ли у этого антидота побочные эффекты, которые могут коснуться  как занпакто, так и их владельцев?
Как бы ему этого не хотелось, но делиться информацией все-таки придется. Да, наверное ей хочется видеть недовольство на его лице. Но дело было далеко не в этом. Чутье подсказывало женщине, что всё не может быть так радужно и гладко, как описывал Маюри. И как бы ответ на её вопрос не предвещал новой беды.

+4

9

Краткий  вопрос главнокомандующего не мог не порадовать Маюри.  Он позволял сделать сразу два немаловажных вывода. Во-первых, Ямамото Генрюсай принял план к рассмотрению и думает о деталях его реализации, а это свидетельствовало о том, что предложенный ученым способ решения проблемы в целом устраивает главу Готей 13.  Во-вторых, этот вопрос ясно дал понять, что исследования Маюри расцениваются не только как средство разобраться с восстанием занпакто. Командующий смотрел в не слишком отдаленное будущее и видел в этой разработке Бюро шанс заполучить дополнительное оружие против надвигающейся угрозы. А такой подход к руководству вкупе с умением верно оценить и использовать возможности имеющегося человеческого ресурса  вызывали одобрение и даже уважение обычно не отличающегося какой-либо почтительностью ученого.
Сейчас, в связи с заданным вопросом, возможность заполучить Мурамасу в качестве подопытного буквально плыла  в руки. Однако ответственность перед званием главы всего научного сообщества, которое Куротсучи Маюри носил в Обществе душ, не позволяла ему поступиться истиной даже ради такой заманчивой перспективы. Он не собирался раскрывать многие свои тайны и не отличался щепетильностью методов, но как гений, всегда отслеживающий  причинно-следственные связи  и просчитывающий события на много ходов вперед, считал прямой обман вредоносным. Поэтому, ни секунды не поколебавшись, он ответил:
- Наличие тела, а тем более живого образца является важным условием для точного и детального исследования. А также положительно скажется на сроках работы. Однако у меня достаточно материала, чтобы найти способ использовать свойства этого занпакто для будущей битвы даже при отсутствии первоисточника. И в процессе освобождения мечей я планирую получить еще больше.
После главнокомандующего слово взяла Унохана Рецу:
– Первое, есть ли у этого антидота побочные эффекты, которые могут коснуться  как занпакто, так и их владельцев?
«Вот заноза!» - мышца на щеке Маюри привычно сократилась, от чего лицо слегка перекосилось, демонстрируя раздражение. - «И это только первое?»
Он даже слегка цыкнул, чтобы со всей определенностью дать понять, что его загнали в угол, надеясь, что удовлетворившись иллюзией моральной победы и выяснив то, что находится на поверхности, дотошный капитан четвертого отряда не станет вдаваться в подробности.
Немного повращав глазами, словно в поисках подходящего ответа, он снизил общий градус самодовольства во внешнем облике и как будто нехотя произнес:
- Этот антидот не из тех, что я бы рекомендовал массово выпускать на рынок. Я не имел возможности провести клинические исследования на достаточном количестве тестовых образцов.  Однако его химический состав настолько специфичен, что даже при применении в небольших, терапевтических дозах, помимо ожидаемого действия может вызвать некоторые побочные эффекты. С сожалением должен признать, что мне не удалось избежать влияния содержащегося в антидоте токсина на пигментацию кожи, поэтому наличный состав Готей 13, оказавшийся в зоне поражения, может приобрести разнообразную неспецифическую расцветку. Ожидаемый спектр  насчитывает 256 цветов и их комбинаций.  Я пока не работал над проблематикой устранения этого эффекта… Да и способно ли незначительное изменение внешнего вида смутить истинного солдата? Тем не менее, я обещаю ликвидировать все последствия, если таковые возникнут, в самые кратчайшие сроки.
На этих словах Маюри принял самый ответственный вид, показывая, что, как основательный ученый, он раздосадован некоторой неполноценностью своего средства, однако не видит в этом  серьезной проблемы. Токсин, вызывающий  описанный им побочный эффект действительно имелся в составе оболочки-носителя вируса, призванного удерживать «пустые» бактерии до момента начала их активной фазы. Маюри обнаружил его действие, когда взвесь попала на руку Нему, отчего конечность обрела устойчивую желто-зеленую расцветку в довольно правильную по форме клеточку. Цветовая аномалия быстро распространилась на все тело, однако Маюри не стал спешить избавляться от нее.  Перед его  мысленным взором неожиданно проплыл образ Кучики Бьякуи, чье высокомерное лицо с налетом показного аристократизма было покрыто веселеньким и разноцветным цветочным узором. На этом полет не слишком свойственного ученому типа фантазии не закончился, по очереди представив,  какими забавными могут стать надменные лица капитанов и лейтенантов, он решил, что в условиях чрезвычайного положения совсем нерационально тратить драгоценное время на столь незначительный побочный эффект.
Дав исчерпывающий и подробный ответ на все вопросы, интересующие слушателей, Маюри замолк, ожидая дальнейшего развития событий.

Отредактировано Kurotsuchi Mayuri (21.11.2014 22:58)

+6

10

Она ожидала несколько другого ответа. Точнее, совсем другого. Впрочем, Рецу удалось слегка остудить капитана одиннадцатого отряда, что даже и не пытался скрыть своего раздражения, вызванного её вопросом. Неужто он думал, что подобный интерес не возникнет? Или решил всё списать на нехватку времени, которая действительно начинала поджимать, подталкивать к действия, непродуманным до конца, а это ей совсем не нравилось.
Уж очень Унохана сомневалась, что отсутствие рекомендации к массовому распространению антидота было лишь нарушение пигментации. Это было ерундой и скорее всего решалось на раз два. Просто этот хитрец не захотел этим заниматься. Ни за что Рецу не поверит, что у Куротсучи не было времени на подобное исследование. Он просто не захотел. Этакий сумасшедший шутник. Иногда он напоминал Шляпника, вот только без той исключительной доброты, что присуща персонажу Керрола.
- Если подобная проблема возникнет, - кажется, она стала говорить ещё тише, - то вы же понимаете, Куротсучи-тайчо, что её решение ляжет на плечи четвертого отряда. Вы часть своей работы сделали, за что я вам благодарна, но позвольте нам лечить людей от последствий ваших лекарств.
Унохана замолчала, продолжая осматривать мягким взором ученого всея Готея, даже и не желая знать, о чём же думает мужчина перед ней. Времени у них действительно не было, так что какими бы не были результаты спасения Сейрейтея, это вставало на задний план. Из разряда: «Потом решим, что с этим делать». Чем-то напоминало снежный ком. Решение одной проблемы порождает другую. Главное, не погрязнуть в этом, как в болоте. Интересно, а разве они уже не в нём?
- Куротсучи-тайчо, - тихий вздох всё-таки вырвался из уст капитана, - вы же сами знаете, что ваши слова звучат не до конца убедительно. Без сомнения, я верю, что ваш антидот способен приукрасить Готей, но неужто именно поэтому вы не рекомендуете его массового распространять? – вновь небольшая пауза, словно Унохана желает, чтобы человек под маской впитал её слова. Без сомнения, он прекрасно понимает, на что она намекает. Стоит ли продолжать? – Есть ли ещё что-то, что, - я, - мы должны знать?
И вновь какая-то удушающая тишина. Что и не говори, а напряжение само по себе нарастало. Это из-за них? Словно они всё еще не поделили население Сейрейтея. Даже гениям присущи глупые поступки и бессмысленное соперничество.
- И ещё кое-что, Куротсучи-тайчо. Образцы вашего антидота всё равно попадут ко мне, вы должны это знать и осознавать.
Потому что я не до конца уверена в тебе, Маюри.

+3

11

Уголки губ Маюри опустились вниз, а лицо слегка вытянулось, отчего ученый  стал выглядеть недоуменным и разочарованным. Что за возмущающая постановка вопроса?
«Вы так желаете подчеркнуть перед этим собранием особую полезность вашего отряда по устранению недоработок моего, уважаемая?  Какая поразительная кичливость!» 
Неужели Унохана думает, что он не способен справиться с последствиями собственных разработок и ему может понадобиться ее помощь? Да когда такое бывало?
Некоторое время Маюри сверлил женщину недовольным взглядом, после чего его лицо приняло нарочито недоуменное выражение.
- Моих лекарств, капитан Унохана? – с иронией вопросил он. - Но то, что я изобрел, не является лекарством.  Это скорее модифицированный вирус-сателлит очень узкого и направленного действия, и его задача – уничтожить колонию паразитов. Боюсь, ваши лекарства не подходят для этой цели, но, возможно, если у кого-то в результате активности  моего вируса начнется насморк… я лично и в обязательном порядке приглашу Четвертый отряд справляться с последствиями.
Безусловно, Маюри  не хотел раскрывать, что работает над вопросами холлоуфикации и уже достиг в данном направлении значительного прогресса. Айзен достаточно впечатлил Общество душ своими прошлыми опытами, и Маюри опасался, что его работа вызовет подозрения и ненужное внимание к деятельности Бюро. Болезненно мнительная и вечно сующая нос не в свои дела Сой Фон могла даже ходатайствовать перед командованием о закрытии в целях безопасности этого многообещающего проекта.  Однако все эти доводы не были настолько существенными, чтобы отнести информацию о вирусе к категории «сверхсекретно». Маюри холодно и спокойно просчитывал пользу, риски, варианты развития ситуации и собственные действия в каждом из них, а тем временем альтер эго «сумасшедшего ученого» придало его лицу выражение чрезвычайного упрямства. Въедливый и педантичный, он терпеть не мог, когда кто-то пытался выбить почву у него из-под ног, особенно в случае, если оказываемое давление было столь неприкрытым. Капитан Унохана перешла все границы, столь нелестным образом  сравнивая функции их отрядов и намекая на некомпетентность 12-го, и только поэтому Маюри не собирался ей уступать.
Единственным, кто  мог потребовать у него предоставить антидот для предварительного изучения, был главнокомандующий, но Ямамото Генрюсай был достаточно опытен и мудр, чтобы не вторгаться своей властью в личное пространство и секреты капитанов. Маюри имел основания рассчитывать, что и в данном случае глава Готей 13 не станет бездумно крушить установленные им же формальные правила.
Поэтому, поводив отвердевшими в гримасе упрямства желваками,  Куротсучи продолжил:
- Полагаю, я предоставил достаточно информации, если у вас есть конкретные вопросы, я с удовольствием удовлетворю ваше неуемное и, в условиях недостатка времени, несколько неуместное,  любопытство. Что же касается образца антидота… Конечно же вы получите его, капитан Унохана, сразу после того, как я распылю его, и он начнет действовать.

Отредактировано Kurotsuchi Mayuri (28.11.2014 14:10)

+2

12

Ямамото не сомневался, что у Уноханы Рецу будут свои вопросы, свое представление и понимание ситуации. И все это нельзя не учитывать. Поэтому поймав взгляд глубоких, выразительных глаз, кивнул в знак согласия так, чтобы она и все присутствующие видели это, тем самым позволив своим капитанам спокойно и открыто обсуждать проблему. Как он и ожидал, вопрос прозвучал очень важный и требующий разъяснений. Не у всех были такие зампакто, как у Куротсучи. И то, что подошло одному типу, могло не сработать на других. Одна идея у Главнокомандующего по этому поводу появилась, но сначала нужно выслушать Маюри о том, нужен ли ему Мурамаса. Его слова обнадежили еще больше. Значит, в случае большой опасности не придется жертвовать шинигами, пытаясь пленить мятежный зампакто. Как известно, операции по уничтожению и захвату всегда различаются по процентам жертв. С учетом всей ситуации, терять элитных воинов они больше не имели права. Кто-то из них уже погиб, а кто-то гибнет в эту минуту…
Было видно, что вопрос о недостатках антидота очень не понравился Маюри. Даже маска и грим, благодаря которым капитан 12 напоминал ожившую мумию, не смогли скрыть его недовольства.
По поводу окраски лиц… Ямамото нахмурил брови. С чувством юмора у него самого было довольно плохо. Не говоря уж об остальных. Конечно, было желание решить проблему как можно быстрее, но если после антидота большая часть «приукраситься» во все цвета радуги, то неизвестно, как это повлияет на их моральных дух. К тому же, не все привыкли наносить на свое лицо толстый слой грима. Если, это конечно, не рекламный ход для разработанного самим же Маюри нового косметического средства. Старец чуть поджал губы, выказывая свое недовольство. Лекарство, не лекарство, оно должно принести только нужный эффект, все остальное – шелуха.
К тому же, огненный капитан понимал, что, не смотря на всю свою власть, приказать Маюри дать образцы антидота или заставить его с Уноханой работать вместе он не имеет права. Подобное вмешательство в свои дела ученый может принять за личное оскорбление. Не секрет, что тот полноправно считал лабораторию своей вотчиной, «святой-святых» и делал там все, что считал нужным. Вмешиваться в такой процесс, в котором смешивалась гениальность, чутье, непредсказуемость, удача и кропотливый труд, было слишком опасным. Пригрозить снижением финансирования? В том, что Маюри смог бы найти способ обойти любой запрет и высказать свое отношение к делу, он не сомневался. Да и терять в такое время доверие надежных сторонников устоев Общества душ было бы преступление.
Генрюсай был уверен, что Рецу сможет справиться с негативными последствиями, получив антидот позже. Но все-таки нужно было свести потери к минимальным изначально.
- Сколько нужно времени на доработку антидота и зампакто для опытов ранга не выше 3-го офицера?
При этих словах Ямамото посмотрел на Сой Фон. Что за это время выяснила капитан второго? Смогли ли он захватить достаточно зампакто? Генрюсай понимал, что лучше пожертвовать оружием офицеров, чем лишиться основных военных сил. В войне всегда приходится чем-то жертвовать. Каждый стоящий здесь отдавал в этом отчет.

+1

13

Служба во втором отряде была равно как тяжёлой, так и почётной. Сой Фонг никогда не жаловалась на трудности, желая быть достойной своей наставницы и бывшей начальницы. Пусть Йоруичи не могла видеть её, но дух её всегда незримо присутствовал рядом. Если случалось оступиться, допустить ошибку, то женщина всегда чувствовала, будто за ней наблюдают внимательные цепкие глаза покровительницы.
По этой причине Сой Фонг до безумия боялась «облажаться», требуя от себя и других максимум усердия. Она могла не любить других капитанов или младших офицеров. Это не играло роли. Пока того требовало Дело, Сой Фонг сдерживала личные пристрастия, подчиняясь приказам. Когда требовалось наступить на горло совести и пойти по головам, она не колеблясь принимала решения. Сложнее было сдержать в узде характер, когда дело касалось её самой.
Стоять навытяжку и ждать чьих-либо указаний было для неё каждый раз настоящим испытанием. Однако, как образцовый воин Общества душ, каким она хотела себя видеть, сой Фонг раз за разом стоически училась терпению, что сказывалось не лучшим образом на её эмоциональном фоне. Потому что  за все проволочки и ошибки высшего офицерского состава платили подчинённые злой Осы.
В зал вошёл капитан двенадцатого отряда. Судя по всему, командир ждал только его, чтобы начать обсуждение. Сой Фонг продолжала мучиться мыслью, зачем их всех собрали вместе, пока Куротсучи не заговорил. Тогда ей многое стало понятно.
Сотайчо не доверяет этому раскрашенному психу, и потому нуждается в присутствии главы карательного отряда. «Другого объяснения быть не может».
Как выяснилось в скором времени, очень даже может. Пока капитаны четвёртого и двенадцатого обменивались шпильками, она молчала, вслушиваясь и ожидая продолжения. Беседа затянулась, приближаясь к откровенному спору, заставляя Сой Фонг временами морщиться. Особенно когда Маюри начинал юлить и изображать оскорблённую добродетель.
Если к Унохане-тайчо Сой Фонг относилась уважительно и без личной неприязни, то с капитаном Куротсучи был совсем иной разговор. Чистое презрение, почти ненависть, замешанные на подозрении во всех смертных грехах. Что, впрочем, распространялось на весь двенадцатый отряд.
- Сколько нужно времени на доработку антидота и зампакто для опытов ранга не выше 3-го офицера?
Этого она ждала и была готова к ответу на немой вопрос сотайчо, обращённый к ней.
- При всём моём уважении к капитану Куротсучи, - в голосе Сой Фонг явственно сквозили злобные нотки, - план вызывает некоторые опасения по части безопасности. Вы сами говорили, что не имели времени и возможности протестировать своё средство. Предлагаю воспользоваться случаем и первоначально опробовать его на зампакто офицеров двенадцатого отряда.
«Учёные - они всё равно не воины».
Оса не забыла унижения, которому подверглась в Бюро Научных исследований и технологического развития, стоя перед закрытыми дверями. В озвучивании своего мнения она была почти непредвзятой. Почти. Но так было ещё приятнее.

+2

14

Обладал ли главнокомандующий какой-то особой интуицией, помогающей ему чувствовать ситуацию и понимать ее суть, даже не разбираясь в мельчайших деталях?  Безусловно. Иначе он не смог бы столько времени успешно руководить силами Сейрейтея, удерживая подчас шаткий баланс  внутри подразделения и сохраняя его высокую мораль и боеспособность.
Но даже при условии, что Маюри всегда учитывал эту способность, сейчас вопрос главы Готей 13 застал его почти врасплох. Он резко остановил бегающие в разные стороны зрачки, зафиксировав один из них на Генрюсае, а другой в противоположном углу у потолка. Мог ли старый лис о чем-то догадаться? Или его интерес вызван совсем другими причинами? Маюри потратил не менее 0,45 секунды, просчитывая вероятности. Анализ показал,  командир не мог понимать, что его вопрос подводит разговор к опасному краю значительно ближе, чем все предыдущие попытки выяснить детали. Сейчас  нужно было  проявить осторожность, памятуя, что цепкая Унохана и пронырливая Сой Фон точно не упустят представившуюся возможность. Поэтому Маюри поубавил градус  упрямства на своем лице, вновь изобразив готовность к сотрудничеству и желание объяснять и просвещать невежественные умы:
- Сателлит или, если присутствующим так удобнее, антидот, воздействует не на реяцу носителя вируса Мурамасы, а на сам вирус, поэтому нет никакой разницы, очищает он занпакто капитана или же рядового. Его цель – колония паразитов, вне зависимости от ее размеров, а так же уровня реяцу или достигнутой формы высвобождения занпакто. Сателлит  проигнорирует душу меча, пройдя сквозь нее, как сквозь воздух, и атакуют лишь бактерии одного определенного вида. В данный момент мой антидот полностью готов к использованию, на устранение побочного эффекта, если это необходимо, уйдет не более получаса.
А прозрачный, как дистиллированная вода в пробирке, намек на то, в каком качестве капитан Сой Фон  видит двенадцатый отряд, не только не задел, а даже повеселил Куротсучи. Как и желчные нотки, отчетливо звучавшие в каждом слове ее комментариев.
- Боюсь, уважаемая капитан Сой Фон, мы имеем дело отнюдь не с дураками, - в тон ей ответил Маюри. Он мог бы прочитать довольно обширную и полезную нотацию по затронутому предмету, а именно, в каких ситуациях окружающих, а особенно потенциальных противников, не следует расценивать в данном качестве, однако в нынешних обстоятельствах решил воздержаться от открытых провокаций, - наше преимущество заключается в том, что никто не знает о найденном способе уничтожить контроль Мурамасы. Занпакто явятся для решающего сражения, не подозревая, что это ловушка. А что же случится, если мы испытаем антидот на занпакто любого из отрядов?
Маюри нарочито подчеркнул «любого», выдержал небольшую паузу, ровно настолько, чтобы ее можно было заметить, но не позволяя Сон Фон вставить слово.
- Я не буду утруждать вас раздумьями, капитан Сой Фон, и поясню сам, - продолжил он с едва уловимой долей ироничного сочувствия в голосе, - в этом случае мы потеряем наше главное преимущество – эффект неожиданности. Мурамаса, связанный с каждым из захваченных им занпакто, сразу почувствует, что его контроль исчез. И предпримет меры. Неужели вы думали, что я сломал Ашисоги Джизо только ради того, чтобы наказать его за неповиновение?
Он снова выдержал драматическую паузу и самодовольно произнес:
- Сперва я уничтожил материализованную форму Ашисоги Джизо, запечатал его и сломал. Мурамаса почувствовал гибель своего союзника и более не задавался вопросом, почему его контроль прервался. И только после этого меч можно было очистить от вируса и восстановить.  Разве кто-то еще в Сейрейтее способен на подобное? Именно поэтому, уважаемая капитан Сой Фон, мы не можем испытать антидот ни на столь любезно рекомендуемом вами двенадцатом отряде, ни на каком другом.
Закончив свою речь, Маюри обвел собравшихся торжествующим взглядом.

+4

15

Все капитаны Общества душ были неординарными и сложными личностями. Это всегда нужно было учитывать, отдавая приказы.  Судить беспристрастно порой было очень трудно. Если Укитаке или Кьераку Ямамото мог как наставник как следует встряхнуть и дать им почувствовать, кто тут главный, то с другими сложились менее близкие отношения. К тому же, когда уровень доверия ко всем был разным, а после мятежа приходилось быть еще осмотрительнее. И если в отношении к Урахаре Киске и Шихоуин Йоруичи они ошиблись, то теперь они не могли допускать подобных ошибок, когда каждый воин уровня капитана был на счету.
В словах Сой Фон чувствовались раздражение, недовольство и желание идти наперекор любому предложению Маюри. Генрюсай не знал, в чем причина подобного поведения. Во всяком случае, до этого момента открытой неприязни между ними он не замечал. Очередные проблемы. Все они напоминали сейчас известных персонажей из басни про лебедя, рака и щуки. Но воз должен сдвинуться с мертвой точки, поэтому кому-то придется или научиться летать, или плавать, или ходить. В любом случае, выйти из комфортной зоны и выступить там, где нет под ногами знакомой почвы.
Капитан второго не до конца, кажется, осознала, насколько они беспомощны перед этим оружием, действие которого находилось для него за гранью понимания. Но эта загадка оказалась для ума Маюри вполне решаемой. Пусть и с некоторыми недоработками. Генрюсай посмотрел на разозленную осу, отчасти разделяя её мнение, но понимая, что жертвовать придется в случае проверки зампакто других отрядов. Сам он был сторонником силы, а не тихого воздействия на умы и тела посредством лекарств и ядов, но не брать это в расчет слишком глупо.
Маюри, конечно же, оскорбленный подобным заявлением, не мог не выступить. Так что Ямамото временно просто слушал, убеждаясь в том, что капитан двенадцатого отряда все хорошо продумал. Жертвуя своим мечом, он действительно смог изучить многое. Что ж, оставалось только довериться ему и тщательно спланировать операцию, которую без участия Сой Фон все-таки осуществить было невозможно. А значит, хотят они или не хотят, но им придется вместе работать. Несмотря на все их недовольства и претензии друг к другу.
Перепалку нужно было остановить как можно быстрее. Если они хотели разобраться, между собой и высказать все претензии, то пусть делают это не у него на глазах. А не то огненная натура главнокомандующего могла выйти наружу. Первым показателем его раздражения стал удар опустевшим посохом о пол. Громкий стук всегда оказывал нужное воздействие во время любых перепалок. Глаза, скрытые под кустистыми бровями метнулись от одного к другому, потом остановились на Маюри. Унохане придется смириться с тем, что получить антидот до момента его использования было невозможно. Но она справится. В ней Ямамото не сомневался. Если взвесить риск лишения полной обороноспособности Готея и всего лишь изменения расцветки кожи, то последнее казалось не таким уж страшным. Тем более, имея под своим руководством такие гениальные умы, сомневаться в том, что соревнуясь между собой, они быстро найдут решение. Куротсучи, безусловно, сделал все возможное за это время.
Маюри явно дал понять, что нужно делать для решения этой проблемы – собрать как можно больше зампакто в одном месте. Теперь стоял один вопрос – как добиться этого.
– Хорошо, - спокойно сказал Генрюсай, тем самым полностью соглашаясь с планом ученого и использованием этого антидота.  – Какие будут предложения для сбора зампакто в одном месте?

+2

16

Маюри легко, играючи выкрутился. Сой Фонг аж трясло от злости, как этому размалёванному ужу удаётся избегать карающей длани начальства. Одного везения мало. А то, как Маюри щедро сыпал незнакомыми или малознакомыми словечками, бесило ещё больше. Но порядок, заведённый в Сэйретей ещё в стародавние времена, заставлял её сдерживаться. Она не так давно вступила в должность капитана – по меркам общества душ, можно сказать, вообще едва ли не вчера.
Даже если она окажется права в отношении этого хмыря, кто поверит сейчас, когда весь Готей по рукам и ногам связан необходимостью подчиняться игре Куротсучи Маюри. У них нет иной надежды, кроме надежды на гений сумасшедшего учёного.
Так уже было раньше. Когда Йоруичи-сама ратовала перед советом капитанов о принятии Урахары Киске в свой состав при двенадцатом отряде.
Сой Фонг из кожи вон лезла, чтобы доказать обожаемой принцессе, насколько сильно та заблуждается, доверяя ценную должность столь бесполезному и вредоносному субъекту. Сой Фонг считала себя правой в отношении Урахары и по сей день, несмотря на его помощь обществу душ и ту немаловажную роль, которую он сыграл в судьбе Айзена Соуске.
Для Осы он оставался ренегатом.
Дайте срок – Маюри пойдёт по тому же пути. Если ещё не пошёл. На лице, за маской, ясно читается «обману, дорого не возьму». А чего ещё ждать от типа, убитого на науке.
Глаза женщины по-коршуновски следили за каждой мелочью в мимике и жестах Куротсучи. Но пока – какая жалость! – капитан Куротсучи был сладкой лапой. Разжёвывал и клал им в рот по кусочку бесценной научной информации. Чуть ли не гладил по голове, объясняя, что и как.
Унохана молчала. Её молчание Сой Фонг расценивала, как добровольную капитуляцию перед сумасшедшим гением. Сама она сдаваться не собиралась.
- Откуда же занпакто узнают о проводимых Нами, - она подчеркнула последнее слово, - исследованиях, если только кто-нибудь из ваших людей не разболтает о них? За своих я ручаюсь. И что мешает провести проверку на уже пойманных и содержащихся под стражей Мечах? А я считаю, что в двенадцатом отряде хоть парочку да уже изловили. Или я не права? И что мешает повторить ту же операцию, какую вы провели на Ашисоги Джизо?  Или вы опасаетесь, что информация просочится за пределы Бюро тем же путём, каким сбежал от вас один из офицеров?
Сой Фонг желчно улыбнулась. Ей предоставился редкий шанс напомнить собравшимся о недавнем инциденте, связанном с двенадцатым отрядом.
Сотайчо далеко не глуп, хоть и выглядит как немощный старик. Он ещё раз обдумает, верить ли сумасшедшему или остерегаться. Лично она считала обязательным и необходимым проведение предварительных испытаний.
- И где гарантия, что тот же самый антидот не будет использоваться впоследствии 12 отрядом, как уникальное средство воздействия на расстоянии на духовные мечи…
Она ещё не договорила, как главнокомандующий решительно пресекая дальнейшие споры, выразил свою волю. Сой Фонг была поражена и раздосадована. Ей стоило немалых усилий подавить негативные эмоции и промолчать. Хотя следовало бы ожидать, что так всё и будет.

+2

17

Совещание, бывшее в начале хоть сколько-то конструктивным и  плодотворным,  и то лишь благодаря  стараниям самого Маюри, теперь плавно скатывалось в перемалывание личных обид и амбиций.  Так часто бывало в этом сообществе чванливых ханжей, вечно ставящих свои утонченные и казавшиеся им единственно важными чувства выше понимания пользы общего дела.
На протяжении всей страстной речи Сой Фон, Маюри усиленно делал вид, что ему смертельно скучно. Он кривил губы, наклонял голову то к левому, то к правому плечу и нервно барабанил тонкими  пальцами по рукояти Ашисоги Джизо. Потом он начал с легким хрустом разрабатывать мелкие суставы в своих ступнях, увлеченно наблюдая, как от его движений вздымается и опускает материя таби. В менее официальной обстановке он бы еще высунул кончик языка, но в приемном зале посчитал необходимым воздержаться от подобной неучтивости.
Как и ожидалось, капитан второго отряда ни слова не поняла из исключительно ясного и подробного объяснения, которое столь любезно предоставил ей Маюри.  Ее вопросы наглядно свидетельствовали, что все попытки просветить дремучие умы пропали втуне.
В тот момент, когда Куротсучи уже совсем было собрался демонстративно зевнуть, Командующий наконец прервал этот бесполезный фарс. И досада, промелькнувшая в глазах  Сой Фон, вознаградила Маюри за все бесполезно потраченные минуты и выслушанные придирки.  Конечно же, досточтимый капитан тут же взяла себя в руки, но и одного мгновения было достаточно, чтобы губы Маюри вновь растянулись в злорадной улыбке:
«Никаких гарантий, уважаемая Сой Фон. И хоть твои нынешние опасения откровенно смехотворны и лишены всякой логики,  у тебя никогда не будет никаких гарантий».
Был ли шанс у Сой Фон когда-нибудь научиться просчитывать вероятности грядущих событий? И делать выводы не на основе своей параноидальной подозрительности и постоянно  меняющегося эмоционального фона, а в соответствии с событийными закономерностями  и здравым смыслом? Маюри сильно сомневался в такой возможности. Однако он не стал делиться с окружающими своими опасениями. Отвечая Генрюсаю, он говорил деловым и формальным тоном, добавив ровно столько иронии, чтобы о ней можно было лишь догадываться:
- Этот вопрос не относится к научной части обсуждаемого мероприятия. Поэтому я надеюсь услышать какое-нибудь разумное предложение от капитана Сой Фон. Со своей стороны готов всячески способствовать ей всей необходимой информацией и мудрым советом.

+2

18

Как Генрюсаю было ни прискорбно отмечать это, но совет все-таки затянулся. И дело было даже ни в том, что они не могли решить эти вопросы, а в том, что восстание зампакто поставило перед всеми ними столько проблем, включавших в себя множество граней и сторон, что разобраться во всех тонкостях было очень сложно. А время, тем не менее, неумолимо шло вперед. И чем больше его проходило, тем больше пострадавших, тем больше разрушенных домов, тем больше затрат понесет Общество душ, только недавно оправившееся от потрясения. И вероятность, что Мурамаса захватит и его меч, который захочет устроить тут настоящий ад, росла с каждой секундой. Дамокловым мечем над головой висело осознание того, что нужно что-то делать. И выбор он сделал – довериться Маюри Куротсучи. Его плану, его уму, его знаниям. И всем своим подчиненным.
Да, Сой Фон, выпалив свои обвинения в запале, была в чем-то все равно права. Давая ученым такую огромную силу, такое потенциальное оружие в руки, можно было получить второго Айзена Соуске. Но с другой стороны, это может стать отличным оружие против него же. Обоюдоострый кинжал, о который так легко обрезаться и просчитаться. Впрочем, шанс, что найдется недовольный устроем Общества душ, который захочет поставить себя выше всех, есть, как оказалось всегда. И тогда никакие предпринимаемые меры секретности, никакие оковы не помогут. Удар в спину может быть нанесен в любую минуту, но еще в то время, когда Ямамото возглавлял всего лишь одну из группровок воинов в Руконгае, задолго до всего этого чинного порядка и правил, он усвоил один урок – выживает сильнейший. Тот, кто готов ко всему. И это место по праву принадлежит ему. И только его. И всех, кто станет у него на пути, кто посмеет пойти против Готея 13, ждет лишь одна участь – гибель в огненном пекле. Генрюсай сожжет всех и каждого. Не раздумывая. А потом все будет так, как сотни лет до этого.
Руки на пустой деревяшке сжались крепче. Он принял решение. Не все видела капитан второго отряда. Далеко не все. Неуемную, бурную исследовательскую деятельность Маюри Куротсучи, зачастую напоминавшую любопытство ребенка, для которого не существует понятия жизни и смерти, ведомого только желанием узнать, как устроено живое существо, пусть при этом оно полностью будет уничтожено, уравновешивала Унохана Рецу, знавшая, каким слабым и беззащитным может быть тело, как легко оно может погибнуть, понимая цену жизни. И что-то подсказывало ему по опыту, что ученого полностью устраивала его собственная лаборатория, его вотчина, и главное, что отребовалось от Ямамато – это не мешать, но по мере возможности контролировать и направлять, помня, что каждый имеет право на секреты, развлечения и любимые игрушки.
– Прекратить! – слушать препирательства Главнокомандующему откровенно надоело. Это слово сопровождалось громовым стуком деревянного наконечника о пол.  – Хотите Вы этого, или нет, но вам придется работать вместе! Сой Фон отвечает за сбор зампакто. Подключите к операции всех свободных шинигами. Маюри Куротсучи, – теперь он обратился к ученому,  –  я даю разрешение на использование антидота. Исправлять побочные эффекты будет в первую очередь 12 отряд. 4 пусть направит свои силы на лечение пострадавших.
Капитан четвертого, став на позицию наблюдателя, вернее всего уже решила для себя все, сделала выводы и готова приступить к работе. Впрочем, с нею лучше всего будет переговорить потом, потому что в первой части она точно участвовать не будет. Её мнение было важно для Ямамото, и ему он доверял, но сейчас главное, чтобы Сой Фон и Куротсучи Маюри, поняв, что от них требуется, смогли срабоать вместе, потому что именно от их успешных действии зависит судьба всего восстания.

+1

19

Сой Фонг старалась изо всех сил: слушать, быть внимательной и почтительной, ставить дело превыше личных интересов. Как так получалось, что интересы просачивались во все дела сами собой? Что-то в её поведении, наверное, было неправильно. Она понимала, копалась в себе с дотошностью профессионального дознавателя и без необходимого такта психотерапевта, но выявить причину всё никак не могла.
У Маюри легко получалось выводить её из себя. Почему-то, капитан второго отряда поймала себя на мысли, что почему-то завидует ему чёрной завистью. Как когда-то бесилась, видя сколько внимания Госпожа уделяет никчёмному младшему офицеру Киске.
Осе не хватало выдержки и хитрости изворотливого ума учёного. Всего остального у неё имелось в избытке.
Вот и сейчас, на собрании в узком кругу избранных капитанов, Сой Фонг чувствовала эту нехватку как никогда остро. Чувствовала и сходила с ума от невозможности изменить себя. Пальцы хотели сорвать маску с лица Куротсучи. Срезать, ногтями, оставляя кровавые отметины. При том, что капитаны Готей Тринадцать должны сотрудничать друг с другом ради общего блага Общества душ, а не лелеять месть. Капитан должен быть выше, значительно выше, любых эмоций. Иначе он перестанет быть капитаном.
Но как в таком случае терпеть издёвки проклятого учёнишки? Из тех фраз, которые Маюри произносил, Сой Фонг в каждой слышалась насмешка в её собственный адрес; более того, что реально хранило издёвку.
Благодаря загорелой коже (не такой, конечно, смуглой, как у Йоруичи-сама) женщине удавалось скрывать проступающую от гнева бледность.
- В том, чтобы собрать зампакто в одном месте, не должно возникнуть каких-либо проблем. Все мы прекрасно знаем, насколько духовные мечи «чувствительны». Как всякое оружие, они жаждут крови. Мы дадим её им. Нужно только изловить одного из них и оцепить периметр зоны, где будет проведена публичная экзекуция – наказание за предательство. Они придут. Не для того, чтобы спасти собрата, а для того, чтобы сразиться с нами.
Зампакто – не капитан двенадцатого отряда. Сой Фонг автоматически перенесла гнев на них, проявляя необязательную для поимки жестокость. С врагами Оса была безжалостна, резка и бескомпромисна. И если уж она определила цель, то цель эта рано или поздно будет уничтожена. Незаметно и внезапно, в полном соответствии с девизом отдела тайных операций.
Взгляд, направленный на Куротсучи Маюри, мог сравнится по остроте и ядовитости с осиным жалом, но жалить пока эта оса будет не его. Горе врагам Общества душ!

+2

20

Как и все преходящие явления этого мира, совещание подошло к своему завершению. И Маюри не мог не признать, что доволен его результатами. Взвешенные, разумные и логичные доводы, которые он представил, сумели преодолеть порожденную невежеством подозрительность. А торжество разума никогда не оставляло капитана 12-го отряда равнодушным. Его фирменная победная улыбка обнажила два ряда сияющих свежей краской зубов. Маюри не сомневался: глядя на него, и Сой Фон, и Унохана придут к неверному выводу, что такая чепуха, как торжество над двумя оппонентами, способна вызвать прилив радости у столь значительного и серьезного ученого. Мысль о том, насколько мелочным и примитивным они его считают, не только не убавила напыщенности на его лице, а, наоборот, заставила задействовать особые возможности мускулатуры, отчего его губы раскрылись еще сильнее, обнажая десны по всей их ширине.
Хорошо проделанная работа породила в нем ощущение благодушия. Поэтому предложение по поимке занпакто не вызвало желания возразить или блеснуть эрудицией, еще немного позлив высказавшую его Сой Фон. К тому же ученый нашел весьма пикантной кровожадность, с которой капитан 2-го отряда говорила о предстоящей экзекуции. Сам Куротсучи предполагал лишь вызвать занпакто на решающий бой, однако предложение о возможных пытках и казни пришлось ему по душе. Отдел тайных операций знал толк в жестокости.
«Мы сработаемся», - Маюри обратил свою несравненную улыбку персонально порадовавшему его капитану. После чего повернулся к главнокомандующему и доложил:
- Как только отряд капитана Сой Фон соберет занпакто, я использую Ашисоги Джизо для распыления антидота над указанной территорией. Двенадцатый отряд будет контролировать ситуацию по всему периметру и, в случае  возникновения, устранит любые негативные последствия. Для минимизации риска прошу предельно сократить зону поражения, собрав занпакто на небольшой удаленной территории.
Сейчас ему предстояло направиться в лабораторию и завершить все необходимые приготовления. Как бы Маюри не относился к капитану второго отряда, Сой Фон не было равных в деле проведения молниеносных слаженных операций, поэтому Маюри был уверен: она быстро справится с поставленной задачей. Под ответственностью НИИ находился контроль над вирусом, нельзя было допустить массовой холлоуфикации в Сейрейтее. Вся научная часть операции должна пройти на высоте, в конце концов, ее проводит лучший ум Готей-13.

+3

21

Капитаны на собраниях порой вели себя как дети, стараясь доказать свою правоту перед старшим, чтобы именно их сочли достойными похвалы и внимания. Они не понимали, что должны быть как прутики из той легенды про сыновей – единым целым. Иначе по одному им всем переломают хребет без особых усилий.  Впрочем, по сравнению с Генрюсаем Ямамото, Сой Фон и Маюри были именно детьми, однако он не мог сказать, что понимал все мотивы их поступков. И далеко не всегда получалось читать их эмоции так просто, как сейчас. Сой Фон, судя по гордо выпрямленной спине и сведенным челюстям, чувствовала себя оскорбленной. Однако такой настрой в сложившейся ситуации был тем, что нужно. Именно с таким видом она приняла капитанство, именно так, сжав зубы от обиды и гнева, она столкнулась с Шихоуин Йоруичи. Может, она и не обладала теми качествами, что мятежный капитан до нее, но тем не менее, относилась к делу очень серьезно, стараясь доказать всем, а в первую очередь себе, что она достойна этого места, что она усвоила все уроки, которые преподнесла ей жизнь и готова идти до конца, вкладывая персты в раны. Что ж, одной проблемой меньше. Разозленная миниатюрная ниндзя теперь была готова на все. И сделает все как должно, минимизировав потери. Также, не стоило сомневаться в том, что она понимала, насколько важно сохранить наибольшее число зампакто, потому что это – залог их будущей победы.
Куротсучи чувствовал себя в своей тарелке и был доволен своими результатами точно так, как  любой учитель гордился талантами своего ученика: он смог! Впрочем, до полного торжества еще было рано. Всем предстояла тяжелая работа. И они должны с этим справится. Не только потому, что это приказ, а потому, что иначе не будет Готей-13, не будет того, что все они защищали, не щадя себя, проливая кровь.
Суховатые руки со старчески сморщенной кожей, однако полные силы и мощи, опять сжали посох. Защита на его зампакто продержится столько, сколько нужно. Иного и быть не может. Они успеют, а Мурамаса окажется повержен.
– Жду вас с докладом, – коротко бросил им он, поднимаясь и давая понять, что совещание закончено. Капитаны, включая Унохану Рецу, поспешили покинуть зал собраний, отправляясь каждый по своим делам. Оставалось только верить и ждать, верить и ждать. Скоро весь этот хаос должен закончится.

0


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Общество душ » Казармы 1-го отряда.