Bleach: Swords' world

Объявление



Pokemon: Amazing World Fate/Somber Reign

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Общество душ » Улицы Руконгая


Улицы Руконгая

Сообщений 1 страница 30 из 52

1

http://uploads.ru/t/W/n/h/WnhBT.jpg

Чем дальше от Сэйретея, тем более мрачной становится картина. Всё чаще встречаются на пути заброшенные или остро нуждающиеся в капитальном ремонте дома, забитые досками окна и мусор по сторонам от дороги. Пьяницы, воры и головорезы - главная достопримечательность внешнего города, особенно его наиболее удалённых районов.

0

2

Начало игры

Казармы пятого отряда

Солнце медленно ползло к горизонту, заливая крыши Сейретея кровавым багрянцем, прорезая глубокие тени между домами. Чистое небо без единого облачка свидетельствовало, что очередной день прошел хорошо, а отсутствие развалин поблизости, что прошел он без видимых происшествий.
Во всяком случае, в это очень хотелось верить, пусть подобное миролюбие в общем и целом не было присуще шинигами. Хотя, собственно, почему нет? Они Боги Смерти, а не берсеркеры, которые сломя голову несутся по полю боя, сметая все на своем пути.
Взгляд случайно упал на бараки одиннадцатого отряда.
"Хотя...хм.."
Хинамори покачала головой. Последние лучи солнца ласково согревали озябшую девушку, кутающуюся в теплую шерстяную шаль приятного чайного цвета. Наверное, она действительно не до конца еще восстановилась, раз такая мелочь как погода способна повлиять на состояние шинигами, у которого, к слову, занпакто черпает свою силу в огненной стихии.
Прошло не так уж много времени, как пятый отряд лишился сначала своего капитана, а затем временно и лейтенанта. И если бы не поддержка десятого в лице, конечно же, Хицугаи, то неизвестно как бы Момо справилась, во-первых, с гигантской горой бумаг,  различных смет и отчетов, а с другой, со своими подчиненными, впавшими в уныние. Несмотря на свой мягкий характер, девушка прекрасно понимала, что в отряде главное  это дисциплина, слаженность действий, и конечно же, преданность руководству. Увы и ах, с последним обстояли серьезные проблемы.
Несколько недель кропотливой, изматывающей работы, бесконечных тренировок с офицерами и рядовыми, помогли кое-как восстановить мир в отряде, более того, оказались полезными и для самой Хинамори, вернувшей прежнюю боевую форуму и практически полностью оправившейся от очень опасного ранения.
Во всяком случае, она думала, что оправилась. И вот сейчас, наблюдая как и без того прохладный воздух на глазах становится еще более холодным, а сумерки медленно, но верно подкрадываются к обители шинигами, фукутайчо собирала волю в кулак перед весьма странным, если не сказать, неприятным заданием.
Дело было утром, после собрания лейтенантов. Сасакибе-фукутайчо попросил ее остаться на пару минут по одному важному вопросу, что Момо не преминула исполнить.  Оказывается, в Руконгае были зафиксированы больше десятка странных исчезновений жителей, причем исчезали именно дети. Сначала никто не обратил на  это особого внимания, ибо последние районы имели весьма дурную славу, к тому находились близко к местам, где часто видели пустых. Однако затем, после исчезновения пятого ребенка, местные жители взмолились о помощи, дрожа от страха перед чем-то неизвестным. Нет, это не были обычные пустые, виной тому не были и сами жители Руконгая, а потому в этом запутанном деле стоило немедленно разобраться.
Момо выслушала лейтенанта первого отряда с немым удивлением. Неужели ее и правда собираются отправить на задание? Неужели кто-то захотел таким образом немного дать ей передохнуть от дел отряда, или же все обстояло с точностью до наоборот? Если бы сотайчо считал, что задание опасно, то вряд ли бы послал туда недавно выписавшегося из больничного крыла лейтенанта. Значит, действительно дело в другом.
Момо не льстила себе - уровень лейтенанта это не уровень капитана, тем более, если этого самого лейтенанта отправляют одного. Ан нет, вот тут она ошиблась - с ней пойдет еще кто-то, правда, кто именно не сообщалось.
Одним словом, не понятно было, мягко говоря, ничего.
- Пора, - глухо произнесла Хинамори, поднимаясь с нагретой черепицы. Как бы ей не хотелось подольше остаться  здесь, приказ есть приказ. К тому же, подкатывающие неприятные воспоминания то и дело грозились нарушать и без того хрупкое душевное равновесие шинигами.
Девушка легко спрыгнула с крыши и помчалась в сторону ворот, ведущих к Руконгаю, моментально переходя в шунпо. Путь предстоял не близкий.

***

Все, что ей было сказано - это разобраться в творившемся хаосе и успокоить местных жителей, чья судьба  и без того была наполнена мало хорошим.
А еще ей сказали дождаться напарника у какого-то паба с неприятной перекосившейся табличкой под названием  "В Аду". Ничего не скажешь, хорошее место.
Момо нервно взглянула на часы, понимая, что пришла раньше времени, а значит придется постоять подождать.
"Вот же..."
Вздохнув, шинигами принялась оглядываться вокруг, с любопытством косясь на жалкие лачуги, служившие местным обитателям, по всей видимости, домами. Она сама выросла в Руконгае, правда, в первом районе, поэтому и представить не могла, что можно жить вот в таком..
Гнилые рамы были заколочены не менее гнилыми и грязными досками, в узких переулках висело не сказать чтобы чистое на вид белье и тряпки.
Все старое, запущенное, с явным налетом медленного разложения. Даже воздух здесь казался каким-то затхлым, а ведь девушка находилась на улице!
А еще... за все время своего прибывания в это районе Момо не увидела ни одного человека. Ни одного! Только ощущала едва заметное колебание в потоке реацу, что свидетельствовало о том, что район не заброшен, просто жители все попрятались кто-куда мог.
"Однако никаких признаков враждебной реацу нет. Что здесь вообще происходит?"
Будь с ней сейчас капитан Айзен... то есть предатель Айзен, маленькая шинигами бы просто доверилась мудрости своего капитана... но увы, это было также невозможно, как и повернуть время вспять.
- Думаю, ничего страшного, если я пока пройдусь и проверю здесь все... - пробормотала про себя Хинамори, которой надоело стоять без движения. Бросив быстрый взгляд на улицу, девушка осторожно протянула руку к двери паба и вошла во внутрь, погружаясь в полумрак заведения.

Отредактировано Hinamori Momo (29.08.2012 11:37)

+6

3

Начало игры

Где-то в Руконгае

Время неумолимо приближалось к закату, который неспешно окрашивал небо в сизо-жемчужные  краски с кораллово-розовыми вкраплениями перистых облаков. Те, отгоняемые резко поднявшимся ветром, нежными перстами рисовали на небосводе причудливые лёгкие узоры.

Жизнь постепенно затихала, готовясь к отдыху, и лишь те, кому предстояло охранять ночь от прорывающих её бархатное полотно пустых, тоскующих душ, вяло отгоняли сонливость и расслабленность: их служба только начиналась, и такие спутницы были ни к чему.

…В какой-то момент Шухей будто очнулся от согревающей, уютной дремоты. Воздух показался прозрачным, словно хрустальным, так явственно и четко стали звучать и чьи-то отдаленные голоса, и треск упавшей ветки, и скрип закрывающейся двери. Последние лучи солнца, уже не гревшие, но гнавшие всё живое в безопасные места, оставляли последние следы на пыльных ступенях и на отражении глухих улиц в лужах.

Шинигами всё это время был глубоко погружен в себя, как это иногда с ним случалось. Вскоре после собрания лейтенантов он узнал, что получил важное задание, и в тот же день хрупкая и никогда не подводившая ни одного стража адская бабочка доставила странную весть: следовало явиться в один из неблагополучных районов Руконгая.

Он уже успел и подзабыть, что такое – рядовое задание, не связанное с печально известными событиями, о которых вспоминать никому не хотелось. Когда на тебя возложены обязательства не только лейтенанта отряда, но, фактически, и капитана, а кроме того, именно тебе велено следить за налаженным выпуском местной газеты…

«Не такое уж важное дело по сравнению со всем, что произошло» - добавил бы про себя юноша, но всегда держал подобные мысли при себе. Каждый из шинигами нуждался в подобной, не имеющей к прямым служебным обязанностям работе, чтобы ощущать некий мирный оттенок, мирную сторону жизни. Ведь если ты находишь время для писанины, для бумажной работы, для простого разговора, для перепалок по поводу задержек и недисциплинированности – что ж, значит, не совсем война захлестнула сердца, и не совсем всё потеряно.
Впрочем, Хисаги и сам себя занимал подобными делами как можно больше, едва заканчивалось дежурство, едва расправлялся с другими поручениями. Что угодно, но не думать о том, что произошло за всё это время, не возвращаться в прошлое, о котором пока не хотелось говорить даже с самыми близкими. Даже с самим собой разобраться оказалось нелегко.

И теперь можно было вновь отложить этот разговор.

В Руконгае стали пропадать дети, один за другим, а Пустые, поглощавшие их души, совсем не походили на обыкновенных: по слухам, они были скрытные, умные и лишенные той агрессии, что была знакома шинигами по рядовым тоскующим душам. Нет, эти были злы, утверждали те немногие, что успевали хоть что-то заметить, но будто бы и сами напуганы, действовали слаженно, словно осознанно, и убирались с места преступления, едва только частицы души растворялись в их когтях, и голоса затихали.

Словом, много шума из ничего, а факты придётся добывать самому. К счастью, в этот раз не в одиночку.

***

Почти достигнув места встречи, Хисаги перешёл с сюмпо на обычный шаг, нервно, хотя и пытаясь скрыть свой настрой, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь к малейшему шороху. Эта часть города была неприглядной и явно не желала видеть чужаков из другого мира на своих грязных улицах. Она будто бы тяжко вздыхала, такой вязкий и тяжёлый здесь был воздух.

Шухей ощущал себя некомфортно, зябко, и хотя ни один мускул не дрогнул на его лице, в глубине души он понимал, что почти паникует. Эти места…

«Как будто люди умерли и так и застряли навеки между перерождением и смертью».

Торжество баланса в обоих мирах редко совпадало с торжеством справедливости и морали, и каждый шинигами рано или поздно понимал это и принимал каждый по-своему, как был способен. Идеалы и романтика защитников притесненных оставались еще в их душах, но действовали все согласно приказам, иерархии и местным порядкам.

Так уж вышло.

Были районы богатые и бедные, души несчастные и потерянные, или довольные и благополучные. Были Пустые, не всегда виноватые в своих деяниях, были души, не пожелавшие расстаться с с земным укладом жизни. Были чистки – для восполнения баланса. Были жестокости.

Эта часть города обнажала всё нутро таких порядков, но даже сейчас Шухей понимал, что формально он должен приступить к выполнению приказа, и лишь потом сделать что-то ещё. Желательно – без жертв.

У неприглядного кабака с ветхой и покосившейся табличкой «В Аду», словно бы она носила название самого района, так четко она передавала всю его жизнь, Хисаги остановился. Именно здесь предстояло встретиться со своим напарником, которому, как и ему, всю ночь предстоит отнюдь не любоваться звёздным небом, а совать свои любопытные носы во все укромные уголки этого злачного местечка, чтобы обнаружить любые сведения, которые могли бы помочь.

Пустые могут и не заявиться в ту же ночь, но надо понять, почему именно этот район Руконгая вызвал их интерес.

- Это реяцу… не может быть.

Юноша нахмурился, едва только узнал его. Зачем?

Хинамори Момо была серьёзно ранена в недавнем сражении, но более того, тяжелейшая рана была нанесена её душе. Мягкая, хрупкая девушка, хоть являлась очень сильной и волевой шинигами, всё же переживала сейчас далеко не лучшие времена. И посылать её на подобное задание…

Шухей не видел в этом смысла, но спорить резона не было. Толкнув входную дверь, шинигами осторожно позвал свою напарницу, понимая по колебаниям духовной силы, что кроме неё в подобного рода заведении сейчас уже – как ни странно – или никого нет, или у этого кого-то силы были практически на исходе, как и само существование.

И это было всего подозрительней.

+5

4

Зачастую бывает, что наши страхи оттого сильнее, чем дольше мы не смеем взглянуть им в лицо. Но стоит поднять взгляд и тьма вокруг рассеется, призраки прошлого скроются в самых темных уголках, а осознание и принятие собственных ошибок позволит избежать давящего чувства вины, которое не отпускало ни на мгновение раннее.
Также было и с Момо. Долгое время она не могла сначала понять, а затем и признать, что все обстоит именно так, а не иначе. Что жизнь, увы, не сказка о добре, которое всегда побеждает зло, а вполне себе жестокая штука, с кучей неприятностей разного калибра, начиная с поломанного ногтя и заканчивая ножом в спину от, практически, самого близкого человека, не считая пары исключений. Осознание пришло позже, а следом нагрянули и сожаление, стыд, страх и еще куча туго переплетенных между собой эмоций. Хотелось винить кого угодно - капитана Ичимару,  капитана Тоусена, Готей 13, в конце концов. Но только не признаться себе в главном - никто не подталкивал Айзена на этот путь, также как, и никто не заставлял ее слепо верить и боготворить бывшего тайчо пятого отряда.
А теперь же что? Сама виновата: слепо верила, восхищалась, не видела ничего за отвратительно розового цвета очками. Но теперь... теперь все будет иначе. Хинамори давно уже твердо решила для себя - нет больше "капитана Айзена", есть враг  шинигами и  людей, отступник с чудовищными амбициями и не менее страшной силой, как ей говорили. И она в лепешку разобьется, но докажет всем, что не сломалась, как полагали многие, а наоборот, достигнет всего сама, впрочем, как и раньше. Но на этот раз не ради кого-то другого.
"Зачем я об этом вспомнила?"
Вопрос без ответа. Момо и сама не поняла что именно в этой затхлой комнате навеяло болезненные мысли и воспоминания. Ибо не было здесь ничего хоть сколько-нибудь напоминающее о Предателе, как скажем, в бараках пятого отряда, где каждый лист бумаги, каждая вещь впитала в себя отголосок.
"Все, хватит.." - уже серьезнее одернула себя девушка, запрещая больше думать о теме под кодовым шифром "К.А." 
В тот самый момент, когда шинигами только вошла в паб, ей показалось, что название, и без того говорящее, отражает истинную сущность происходящего внутри. Узкое, темное помещение с двумя чадящими жирной копотью факелами, двумя рядами грязных обшарпанных столов, некоторые из которых за неимением недостающих ножек, заменялись чем-то вроде толстых бревен. Сто лет не мытая посуда везде раскиданная в беспорядке, над которой то и дело жужжали мясистые мухи, тошнотворный запах гниения, сырости и еще чего-то, о чем Момо и думать не хотела. Картину дополняла покосившаяся скамья у забитого досками окна  и парой переломанных стульев.
- Какой ужас, - не сдержала изумленный, напополам с брезгливым отвращением, возглас лейтенант пятого отряда.
Говорят, что ко всему можно привыкнуть.. но неужели люди, здесь живущие, и правда могут вот так находится в подобных помещениях? Как так? Почему? Почему одни души, попадая после смерти на равных правах, вынуждены далее влачить столь жалкое существование? Кто это придумал?
Однако, как и следовало ожидать, ответа на ее мысленные вопросы никто не дал. Просто это была неприятная реальность, с которой приходилось мириться.
"Может быть, поэтому Айзен.."
Хинамори резко прервала саму себя, шестым чувством зная, что рассуждения на такие темы ни к чему хорошему не приведут, по крайней мере, сейчас. Да и были проблемы куда более важные, чем пустое философствование.
- Есть здесь кто? - Негромко произнесла шинигами, замерев на входе и прислушиваясь к звукам и одновременно пытаясь почувствовать здесь реацу. Испуганная звуком ее голоса, выбежала из своего укрытия серая мышь, и тут же исчезла где-то в дальней стене. Признаков иной жизни замечено не было.
Момо вздохнула. Кажется, зайти сюда оказалось не самым лучшим решением, да и сама атмосфера места была немного...пугающей? Словно бы что-то зловещее когда-то коснулось, а затем ушло, оставив, тем не менее, гнилостным отпечаток.
- Я не причиню вреда, - уже громче добавила Хинамори, правда, без особой надежды на успех. Хоть расследование и нужно было  с чего-то начать, только вот, кажется, выбрала она для этого неудачное место. С другой стороны Сасакибе-фукутайчо сам сказал дожидаться напарника именно рядом с пабом.  Значит, было здесь что-то все-таки?
Коря себя за то, что не удосужилась получше расспросить о предстоящем задании, Момо сделала несколько шагов вперед, отчего деревянный пол под ее ногами предательски скрипнул. Неприятно так скрипнул, словно жалуясь на незваную гостью.
Поборов желание выхватить Тобиуме, шинигами подошла к стене, где был закреплен один из факелов с полыхающим пламенем, и вытащила его из крепления. Конечно, девушка могла воспользоваться и кидо, однако вот так разбазаривать реацу, когда ты на задании, было глупо, поэтому наилучший вариант - воспользоваться тем, что есть под рукой.
Внезапно Момо почувствовала... чужую реацу, там на улице. Причем очень знакомую реацу.
"Как странно, что в напарники мне дали именно Хисаги-фукутайчо.."
Развернувшись лицом ко входу, девушка решила подождать его внутри, ибо местоположение шинигами, который не скрывал свою реацу, обнаружить другому шинигами проще простого.
Хинамори косвенно была с ним знакома еще с академии, несмотря на то, что Шухей был старше. Зато ту памятную тренировку в мире живых она точно никогда не забудет..
Будучи уже лейтенантом, Момо пересекалась с ним на собраниях, на различных мероприятиях, иногда просто в городе. Ну и не стоит забывать про знаменитый на весь Готей тандем любителей саке под предводительством Рангику-сан.
А еще.. Хисаги-фукутайчо также "потерял" капитана, который оказался заодно с Айзеном. А еще это наводило на определенные мысли..
Немного нахмурившись, шинигами покачала головой. Хотя время разобраться с этим будет позже.
Наконец, дверь со скрипом отворилась и в освещенным проеме показалась знакомая фигура.
- Добрый вечер, Хисаги-фукутайчо, - девушка приветливо улыбнулась. Наверное, странно это немного было со стороны - зачем-то залезла в это ужасное место, не дождавшись напарника, а теперь приветствует как ни в чем ни бывало. Да и вряд ли он ожидал увидеть именно ее, скорее, кого угодно, но не ту, кого совсем недавно выписали из казарм четвертого. К тому же, Момо была прекрасно осведомлена обо всех тех слухах, что ходили про нее, хотя и старалась делать вид, что не знает, не замечает. Неприятно, стыдно, больно. Но никуда не денешься, еще долго тень капитана Айзена будет висеть не только над пятым отрядом, но и над ней.
- Странное нам задание дали, да?
И тут откуда то сверху послышался странный шум. Нечто вроде шагов, при этом чужую реацу она по-прежнему не ощущала.
"Кто-то из местных?"

Отредактировано Hinamori Momo (07.09.2012 01:52)

+2

5

Внутри помещения было темно, промозгло, и несло какой-то гнилью. Если местные тут и собирались, то вряд ли потом кто-то задумывался об уборке, но лежащая толстым слоем пыль, копоть на стенах и бегающая время от времени насекомоподобная живность по тарелкам твердили обратное – забросили это заведение довольно давно. И не решались вернуться.

- Добрый, - коротко ответил Шухей, ещё больше утвердившись в своих опасениях по поводу этого задания. – Удивлён, что и тебя отправили сюда. Уверена, что можешь сражаться?

Иногда свои чувства выразить непросто, и у лейтенанта смешались беспокойство за напарника, подозрения по поводу самого задания, и какая-то тревога, связанная с еще не понятой до конца причиной. Однако он приучил себя не показывать лишний раз страха, как это бывало раньше, и старался сейчас дать понять, что в целом всё под контролем.

Может быть, капля здравого смысла в том, что Хинамори Момо сразу была отправлена на передовую, всё-таки была. Если всё пройдёт успешно, руководство и офицеры не смогут не признать, что лейтенант пятого отряда снова в хорошей форме, и, самое главное, достойна и дальше нести службу, не опираясь на опыт прошлого. И судачить, как знать, поменьше станут…

Шинигами, как и люди, плохое помнят лучше, чем хорошее, а в отличие от людей, смерть не смывает  их грехов.

«Что же, теперь у тебя два задания – одно официальное, а второе – не позволить Хинамори-фукутайчо снова усомниться в своих силах. Мы все должны идти вперёд. Прошлое делает нас пустыми. Иногда – буквально».

- Ты слышала? – неприятный то ли шорох, то ли скрежет  заставил прекратить разговоры и немедленно сосредоточиться. – Звук доносится с крыши.

Выбежав из столь неуютного паба, Хисаги начал высматривать наверху хоть какое-нибудь движение,и вскоре нечто тоже его заметило. Существо, выглядящее как Пустой, излучало очень слабую духовную силу, а по размерам не превышало взрослого человека. Поднявшись на задние лапы, оно издало душераздирающий вой, будто бы выражающий разочарование, и где-то далеко с улиц раскатистым эхом донёсся ответ… ответ таких же, как и оно.

Лейтенант не успел ничего предпринять: Пустой, резко взмыв в воздух, прыгнул далеко позади Шухей и стремглав пустился в бегство, туда, где ему быть совсем не следовало – к жилому кварталу, уже давно утонувшему в сумерках.

«Что за чертовщина… Если бы не эта маска…. Мог бы поклясться, что он походит на человека. И почему он не стал нападать?»

По мере того, как Пустой отдалялся, духовная сила стала четчё и ярче, но принадлежала она явно не ему. Не ему одному.

- Хинамори-фукутайчо! Мы должны догнать его.

+2

6

Жалела ли она, что ее послали на это задание? Сомневалась ли в себе? В том, что сможет достойно его выполнить, таким образом реабилитируя себя в чужих глазах?
И да и нет. Работа шинигами предполагала постоянную опасность, зачастую смертельную, и бояться всего этого было... неоправданно глупо? Конечно, никто не отменял простые и понятные эмоции, особенно, когда речь идет о таком древнем чувстве, как страх, основанный на понятном инстинкте самосохранения, однако  юных шинигами еще в Академии учат преодолевать собственные слабости, бороться с тем внутри себя, что может помешать выполнению задания, ведь Готей 13, прежде всего, это военная организация, где возможно все что угодно. Именно поэтому среди шинигами так мало женщин, а те, кто состоят в рядах, отличились чем-либо. В случае с Хинамори, это было, естественно, кидо, а также безумное желание помогать и защищать, помноженное на трудолюбие.
Когда ее только назначили на пост лейтенанта пятого отряда, Момо пару дней просто витала в облаках, считая себя самым счастливым человеком в мире, раз на такую ответсвенную должность ее избрал сам капитан Айзен.
Сколько времени она провела в тренировках, обретя шикай, сколько бессонных ночей провела за отчетами, всегда все сдавая вовремя, знают только молчаливые стены казарм пятого отряда.
И вот теперь получалось, что все это было ложью. Не за какие-то особые качества ее выбрали, вернее, как раз-таки за одно единственное - наивность.
Осознание этого злило и печалило одновременно. Руки сами по себе опустились, и только ежедневная работа и любовь к родному отряду заставляли ее каждый день поднимать ни свет - ни заря и идти на тренировку вместе с подчиненными. Вместе с ними отрабатывать одно и тоже, закрепляя те приемы фехтования или заклинания кидо, что могли пригодиться при борьбе с пустыми. Работа ставшая для нее если не всем, то очень многим. И теперь, когда спустя небольшой перерыв, ее вновь призвали на задание, она обязана была не уронить честь отряда, не подвести их доверие, заработанное столь трудно. Пусть в Гобантай и были до сих пор проблемы с дисциплиной  и прочим, девушка с каждым днем замечала все более возрастающее уважение в глазах рядовых. А это само по себе уже было высшей наградой. 

Момо кивнула на приветствие, в душе чуть поморщившись от следующего вопроса Хисаги-сана. Какие бы силы она не прикладывала для того, чтобы все перестали ее считать птенчиком, обломавшим крылья, от этого стереотипа она, по всей видимости, еще не скоро избавится. Да и трудно их винить, по большому счету, ведь в глубине души она и сама не знала насколько хватит ее сил.
- Я сама была удивлена, - задумчиво ответила Момо, подходя поближе, и кивая куда-то в сторону. - Со мной все в порядке, чего не скажешь о местных жителях.
Судя по взгляду, которым лейтенант девятого отряда обвел помещение, нравилось ему тут ни чуть не больше, чем ей самой.  Интересно, это обычное состояние для подобного рода мест, или же случившееся в Руконгае, повлияло?
Конечно, если бы Хинамори ранее посещала подобные заведения, то ей и в голову бы не пришел столь странный вопрос. Однако лейтенант пятого, к счастью (или нет), питейные места всегда мало волновали, да и бывший капитан ее подобным не увлекался, поэтому искать его в подобных местах ей никогда в голову не приходило.
В тот момент, когда сверху раздался странный шум, Момо напряглась всем телом, ожидая в любое мгновение нечто плохое, и вскинула голову, замерев. Чужую реацу она не чувствовала по-прежнему, и только два логичных вывода приходило ей в голову - либо это кто-то из местных жителей решил там спрятаться, либо это виновник всего происходящего, скрывший реацу. Хотя для этого трюка он должен был обладать какими-никакими, но способностями.
- Да, - понизив голос, кивнула шинигами, прикидывая как им лучше поступить, чтобы не спугнуть "гостя", - Наверное, надо разделиться и окружить...
Однако договорить она не успела, ибо Шухей уже выбежал, по всей видимости, решив что промедление будет ошибочным.
Выбежав следом за ним, Хинамори поняла, что в общем-то он был прав. Проследив взглядом за тем, куда смотрит напарник, она с удивлением заметила некое странное... существо? Пустого?
Из-за сгустившихся сумерек разглядеть его оказалось  проблематично. Очертаниями он напоминал человека, однако кожа была куда бледнее, лицо же и вовсе невозможно было разглядеть.
- Что... что это?!
Теперь Момо чувствовала очень слабую реацу существа, скорее, походившее на самого низшего пустого. Только вот столь слабый пришелец из Уэко Мундо просто бы не смог сюда попасть и, тем более, продержаться так долго.
- Бакудо 4: Хайнава!
Заклинания кидо всегда находят свою цель, ими невозможно промахнуться. Это непреложное правило Момо помнила еще с Академии. И теперь ей оставалось в немом шоке наблюдать за тем, как светящаяся цепь погасла в паре метров левее цели.
А пустой, тем временем, поднялся на задние ноги (лапы?) и издал поистине чудовищный вой, перешедший едва ли не на визг. Зажав в ужасе уши, Хинамори в немом бессилии все еще таращилась на то место, где погасло ее бакуда.
- Что..здесь... творится...
И словно в насмешку, а скорее, в ответ на вопль  пустого, откуда-то с восточной стороны раздались подобные же звуки.
"Так он здесь не один?! Но разве пустые собираются группами?!"
Впрочем, рассуждать над особенностями поведения обитателей Уэко Мундо времени не оставалось, ибо существо взмыло в воздух и бросилось наутек,  а затем и вовсе исчезло из поля зрения.
Переведя ничего не понимающий взгляд на Шухея, Момо покачала головой.
- Я никогда не видела ничего подобного, - пораженно произнесла она, вытаскивая из ножен Тобиуме. - Что это... кто это был?!
- Хинамори-фукутайчо! Мы должны догнать его.
- Он побежал туда, но... это может быть ловушка, - неуверенно добавила девушка, сомневаясь в том, что только что произошло на ее глазах. Чтобы обычный пустой да и так себя вел... Что творится в этом Уэко Мундо? !
- Чем быстрее мы его найдем, тем лучше, - проговорив это уже на ходу, Хинамори перешла в шунпо и последовала в том направлении, где скрылся пустой. Вся эта история определенно нравилась ей все меньше.
Сосредоточившись на ощущении той слабой реацу, шинигами за какие-то несколько минут преодолела половину района, оказавшись на какой-то поляне, за которой далее тянулся густой лес.
Резко остановившись, Хинамори подавила изумленный вскрик. Прямо перед ней мрачным костяком возвышался двухэтажный каменный дом весьма потрепанного вида. Стены почерневшие от времени и, скорее всего, пожара, сквозь оскал окон виднелось небо, что говорило о полном отсутствии крыши.
И если ранее она не чувствовала ничего необычного, то теперь страх холодным комом угнездился где-то в области солнечного сплетения.
Пржде чем отправиться на задание, лейтенант пятого отряда несколько раз сверялась с картой Руконгая, и была на сто процентов уверена, что подобного здания на карте не было.
- Но откуда..? - Прошептала она, сжав сильнее рукоять Тобиуме и, чувствуя вместе с тем теплую волну поддержки своего занпакто.
Подождав пока Хисаги-сан окажется рядом, Хинамори вновь в недоумении взглянула на него.
- Я уверена, что пустой там, но... само здание..
Внезапно со стороны постройки раздался вновь вой, а затем... детский плач. Спутать его было невозможно, определенно плакал ребенок, причем маленький.
Задохнувшись от ужаса при мысли о том, что сейчас могло с ним происходить, шинигами бросила во внутрь, надеясь, что они не опоздали.
Стоило ей пересечь порог, как сразу несколько теней метнулось рядом, разом вспыхнули  сразу несколько мощных реацу, а затем что-то тяжелое обрушилось ей на голову.

Отредактировано Hinamori Momo (18.09.2012 22:24)

+1

7

- Он побежал туда, но... это может быть ловушка…

Шухей только кивнул в ответ, но после этого направился в ту же сторону, что и странное существо. Оба лейтенанта прекрасно понимали всю опасность и некоторую абсурдность ситуации: действительно, иногда Пустые могли появляться по несколько особей за раз, а то и нападали вместе, но то действовали инстинкты и стадное чувство, а вовсе не коллективный интеллект.

Здесь было иначе. Ни один Пустой не стал бы отказываться от своей добычи. Ощущая силу шинигами, они могли пуститься в бегство, но Этот явно действовал осознанно, и совершенно не испытывал никакого страха.
Да, они вполне могли оказаться в ловушке. А иного выбора им не предоставили.

В мире людей любят говорить, что ужас никогда не умрёт. Стоит ему поселиться в каком-нибудь городке или подозрительном квартале равнодушного к мелким бедам мегаполиса, он будет возвращаться снова и снова, в разных воплощениях, под личиной легенд и домыслов, в виде жестокого убийцы или пропадающих вещей – и не всегда можно узнать наверняка, что пугает людей больше.

Когда лейтенант девятого отряда оказался рядом с Хинамори, уже вовсю сверяющуюся с картой и чем-то очень напуганную, он насторожился, прислушиваясь к окружающим звукам. Ничего. Звенящая тишина, будто здесь никто никогда не жил.

- Что случилось?
- Я уверена, что пустой там, но... само здание..
- Оно…

На пару мгновений Шухей даже растерялся.

- Ты чувствуешь? От него будто что-то исходит. Не изнутри, а от самого здания. Ничего подобного не видел.

Кажется, где-то в глубине души заворочалось сомнение, а едва щекочущее и колющее ощущение неуверенности вдруг резко ушло, сменившись раздражением. И принадлежало оно дзампакто, который почему-то ощутил прилив радостного возбуждения от предстоящих событий. Он что-то улавливал в воздухе, но вместо объяснений предпочёл лишь издевательски молчать. Как всегда.

«Для тебя это весело, не так ли?»

Казешини не любил чрезмерную серьёзность своего хозяина в некоторых вопросах, тогда как сам Хисаги не приветствовал излишней кровожадности оружия. Но сейчас он даже был прав – излишние догадки и предположения только затянут дело.

Место, где покоилось полуразрушенное и очень старое на вид здание, нельзя было назвать удачным. Вдали от остальных построек, от жилого квартала, где-то недалеко от глухого леса, куда сами шинигами редко заглядывали. Окна отсутствовали, а покачивающаяся входная дверь приоткрывала мертвенный зев этого архитектурного ужаса.

- Трава вокруг него совсем пожухла, - заметил было Хисаги, но тут тишину разорвал на части очередной вой странного существа, переходящий на ультразвуковые частоты.
А после этого…

- Стой, это как раз и может быть западня!

Раздавшийся следом детский плач вынудил Момо немедленно кинуться к источнику этого звука – в само здание, и её скорость и решительность не дали возможность остановить девушку. Это был безрассудный поступок. И на него твари и рассчитывали, ведь когда просит о помощи совершенно беззащитное существо, устоять сложно.
Кратко выругавшись, лейтенант бросился следом, всем нутром ощущая, каким тяжелым становится воздух по мере приближения к постройке…

Но Хинамори уже лежала на полу без сознания. Над ней склонились странные тени, и, увидев Шухея, издали противный шипящий звук. Их глаза вспыхнули алым светом, а бесформенные тела с длинными когтистыми конечностями вдруг стали плотнеть, а духовная сила – увеличиваться. Один из Пустых, издав глухой грудной рык, кинулся на шинигами, и лишь быстрота реакции позволила избежать его когтей.

Сладковатый запах падали и крови витал в помещении, и то тут, то там лежали обрывки тканей, чьи-то кости и осколки битой посуды. Одна из лап существа наступила на полусгнившую доску, и та с неприятным скрипом развалилась на части.

Но сделать Хисаги ничего не успел. Как только существо приняло на себя удар, остальные резкими прыжками на брусья забрались на верхний этаж здания и затем – просто скрылись в вязкой густоте приближающейся ночи. Вдалеке какое-то время раздавался рык, но и он вскоер исчез.

Оставшийся же Пустой, встав на ноги, стремглав кинулся к выходу и вскоре тоже пропал. Его очертания уже больше походили на человеческие, а косматая шерсть, свисавшая клоками с плеч, теперь могла бы напомнить густые волосы, принадлежащие человеку.

Шухей закашлялся от затхлого воздуха и, приподнявшись, подошёл к девушке, пытаясь привести её в чувство.  На лбу запеклась кровь – её сильно ударили, но других повреждений не было. Целью Пустых было явно не убить своих преследователей, а просто отпугнуть, и Момо могла чему-то помешать… но чему?

Ответ нашёлся сам собой. В дальнем углу комнаты лежало то, что можно было бы принять за…
Сам собой на лбу выступил холодный пот.
То, что было ребёнком. Пустая оболочка, не тело и не душа, а нечто, её напоминающее. Пустые не поглотили её до конца, не съели, но уничтожили целенаправленно.

- Что тут, чёрт возьми, творится? – процедил шинигами, разозлённый тем, что всё произошло так быстро, и он не сумел даже задеть хотя бы одного из этих монстров.

Положив голову девушки к себе на колени, Хисаги начал применять те базовые техники лечения, что знал сам. Эта ночь будет очень долгой…

Казармы 4-го отряда===->

+3

8

Начало игры.

Справка:

Отыгрыш данного персонажа не относится к линии Хирако-вайзарда из-за противоречия логики и был переведен в особого пустого, имеющего память и характер Шинджи, и созданный неизвестным злодеем

Хрупкая черная бабочка перебирала тонкими лапками, рассыпая блестящую пыльцу черными подрагивающими крыльями. Кажется, будто она не реальная, тронешь пальцем - исчезнет, растворится в воздухе лиловой дымкой. Но нет, вполне настоящая и даже, кажется, немного нетерпелива, в ожидании ответа переползавшая с пальца на палец.
-Что скажешь?-тихо спросил он в пространство.-Они ждут.
Длинные белые пряди взметнулись за спиной. Пустой улыбнулся.
***
"Церемония подождет."
И шикашухо тоже, как и хаори, что всего-то сотню лет назад законно лежало на плечах, как влитое. А сейчас, для его возвращения следовало отправиться на задание в Руконгай, как на переаттестацию. И заодно для ознакомления с, возможно, будущим лейтенантом.
Обозрев раскинувшиеся перед ними на многие мили множество безликих блеклых крыш, вайзард заскучал. В отличие от него, не скучали люди внизу, тыкая пальцами в фигуру, вальяжно расположившуюся на козырьке. Молниеносно добраться до места назначения, при этом не привлекая внимания, не получалось - прыжки в шунпо по улицам напоминали бы скорее боулинг, когда времени оглянуться, кого там сбил в очередной раз, конечно же не было, а бег с препятствиями в виде печных труб или подобного сверху незаметен хотя бы для глаз (но не для ушей, прекрасно слышащих топот по черепице).
Предложение он получил как-то спонтанно. Неунывающая паранойя сделала новую пометку в своем длинном списке подозрительных дел и лиц, и на этом не остановилась, иногда на краю сознания подмигивая этим самым свитком. Шинджи не внимал, обещая подумать потом, не сейчас, когда все мысли выдуваются встречным потоком воздуха, когда к цели бежишь, как гончая, изредка останавливаясь, чтобы сверить направление.
-Раз-два-три-четыре-пять, я иду тебя искать!-тонкий палец указал на северо-восток, где едва ощутимо колебались два сильных огонька реяцу. Далековато еще.
Распугав птичек, что так удобно расселись стайками на его пути и прослушав донесшийся следом возмущенный гомон, он продолжил нестись к своей цели, которая тоже времени даром не теряла, куда-то передвигаясь со стремительной скоростью. Это настораживало на мысль, что та самая лейтенант пятого отряда Хинамори Момо, за которой его послал Главнокомандующий, чтобы помочь по одному подозрительному заданию и заодно познакомиться, бежит за кем-то или от кого-то. Причем, с кем-то, о чем его, конечно, уведомить забыли. Враг или друг?
Рванувшись вперед, он вскоре был уже у стоящего в отдалении домика, судя по виду, давно покинутого руконгайцами...
"Тут?! Что они здесь забыли?!"
...Но уже обжитого какими-то странными существами, в обилии полезших из обширной дыры на крыше наружу. От некоторых тварей исходила реяцу непривычной силы. Это сбивало с толку, когда Шинджи попытался определить их принадлежность к расе (выразившееся в короткой, но эпичной мысли "Что за фигня?!"), попутно пытаясь отцепить от себя особо проворную зверюшку, успевшую сбить его с ног. Больно ударившись затылком об землю, капитан едва сообразил вытянуть перед собой руки с ножнами занпакто, тем самым уперевшись существу в шею и сдержать уже клацающие в опасной близости от носа челюсти неопределенного животного, так и не дотянувшиеся до головы. Существо быстро сдалось, оставив попытки откромсать что-нибудь жизненно важное и, прощально рыкнув, скрылось за кустами, оставив ошеломленную жертву.
Вайзард расслабленно выдохнул, мысленно похвалив Момо и ее напарника, напомнив попозже спросить ее, как они справились в одно мгновение с целой сворой таких... крокозябр. По крайней мере одной проблемой стало меньше - рядом с двумя уже точно шинигами более опасности не было. Или...?!
Его внимание привлек скрип. Особенно громкий скрип, доносившийся сверху. Потрепанный временем и погодой каркас не выдержал пробежки существ и стал опасно крениться, грозя обрушить второй этаж внутрь. Хирако ни минуты не раздумывая бросился внутрь, пытаясь разглядеть искомых объектов в темноте. И чем скорее, тем лучше.

Отредактировано Hirako Shinji 3 (09.12.2012 21:43)

0

9

В доме было хорошо: темно и тихо. Свет улиц Руконгая не тревожил старых разбитых окон. А он с некоторого времени ненавидел три вещи: свет, зеркала и шинигами. Он сам когда-то был шинигами, но предательство, проявленное Готей 13 по отношению к своим же, превратило его из соратника во врага.
Есть ли смысл быть высокоморальным? Подчиняться чужим приказам и помогать другим, если для этих людей ты не представляешь никакой ценности?
Иной раз ему даже хотелось умереть, вторично, чтобы не чувствовать тех мук, на которые обрекло душу человеческое посмертие и пребывание в Сообществе Душ. Разве он заслужил их своей безупречной верной службой? Даже грешники, пребывающие в Джигоку, пожалуй, не так несчастны, как он. Они не лишены своей обычной внешности, не вынуждены подчиняться инстинктам Пустых, полностью осознавая себя. Им сохранена гордость.
За что, почему собратья-шинигами обрекли его на участь жалкого паразита, вынужденного скрываться в ночи, прятать лицо от тех, кто знал его и кого знал он сам, подавлять свои желания, чтобы вконец не потерять рассудок, как приключилось со многими его товарищами по несчастью.
Он углубился в воспоминания:
… - Возьми тех, кому более всего доверяешь. Проверенных временем. Сообщи им то, что я сообщил тебе. И никому больше. Никто не должен знать о настоящей цели этой операции. А особенно – что приказ исходил от меня.
- Хорошо, главнокомандующий. Я выполню всё в точности, как вы велели. Но… Можно поинтересоваться?
Ямамото Генрюсай Шигекуни важно и снисходительно кивнул, не сводя глаз с коленопреклонённого перед ним капитана, словно оценивая уровень доверия, который мог себе позволить.
- Откуда такая секретность? – спросил капитан, пользуясь высочайшим соизволением на откровенность вопроса.
- Есть подозрение, что в деле замешан кто-то из «своих»…

«Как они посмели поступить так с нами? Дед Яма знал, куда и на что посылает, но даже не дрогнул, не усомнился в правильности решения. Старый бесчувственный сноб!»
Всё изменилось. Прежние чувства выгорели дотла, оставив одно, уцелевшее и окрепшее в горячей золе – ненависть. Законы морали и жалость больше не сдерживали его на пути к поставленной цели. Он собирался установить Ад на территории священного города, он собирался отомстить… Нет, не тем, кто превратил его в полупустого-полушинигами, изуродовал тело и душу, а тех, кто бросил его и его товарищей на произвол судьбы, смешал с грязью, чтобы отбелить свои окровавленные ладони. Никакой отбеливатель не сотрёт следы предательства с их одежды, никакая вода не смоет с ладоней кровь.
Он ждал, когда вернутся «собачки», принеся с собой наживку и приведя за собой двух глупых шинигами, отправленных с расследованием обстоятельств пропажи людей в Руконгае. Эти двое будут так же страдать, как он, как другие, отправленные на убой почти сто лет назад. Но сначала они ужаснутся, узрев и услышав неприятную правду, расскажут ему всё, что он хочет знать, и только потом примут перерождение.
Шевроны на одежде шинигами его не пугали. Он когда-то был одним из капитанов, так что справится с парочкой недостаточно опытных, потрёпанных и, наверняка, напуганных лейтенантов. В крайнем случае, остальные помогут.
Треск и шум известили о возвращении «собачек». «Собачками» он называл «обращённых» руконгайцев. В основном, детей. Они вели себя изрядно буйно и дико, не умея сдерживать желаний, однако приносили реальную пользу. Работали охотничьей сворой и легко выполняли любые поручения, бездумно соглашаясь на всё, что он им говорил. За дом он не переживал. Несмотря на буйство «собачек», жалобный скрип стропил это строение просто так не рухнет, выдержит любые напасти.
Шинигами внутри. Глаза блеснули алым в предвкушении и тут же погасли. За стенами дома угадывалась ещё одна реацу. Уровня капитана, не меньше.
«А вот это нехорошо. Разве я просил их приводить с собой Такой хвост?!»
Спустившись на первый этаж, он прямо с лестницы метнулся в гущу схватки, разметав в стороны «собачек» и лейтенантов. Сегодня определённо не везло: парень со шрамами на лице слишком сильно приложился головой о ближайшую стену и тут же вырубился, а девчонка уже оказалась без сознания.
«Слабаки!» И это нынешний Готей 13?»
- Уходим! – рявкнул он, подхватив лейтенантшу на плечо и, в одном гигантском прыжке вырвавшись через пустое разбитое окно из дома наружу, помчался в лес к другому секретному убежищу, зная прекрасно, что часть «собачек» последует за ним, а часть задержит капитана.

0

10

Разве могут быть облака такими багровыми? Разве может клубящаяся тьма вокруг быть настолько живой? Сотни, тысячи красных огоньков - глаз смотрят на нее, казалось, проникая в самую душу, заглядывая за прочный барьер сознания, выискивая, копаясь в душе и вырывая наружу полузабытые страхи, ночные кошмары и нечто бесформенное,  а значит донельзя пугающее. Мы боимся того, чего не видим, но стоит заставить себя обернуться, несмотря на рваный ритм сердца, как ужас проходит, теряет силу, растворяется прозрачной дымкой.
"Я не знаю что или кто вы... но я вас не боюсь!"
Огоньки дрожат, колеблются, словно пламя свечи, и затем на мгновение исчезают, чтобы уже в следующее появится вновь вместе с проступившими сквозь багровую тьму восково-белыми лицами, словно древние маски.
Дети!
Тысячи масок с детскими лицами похожими друг на друга до мельчайших деталей. Вместо губ у всех тонкая полоса со скорбно опущенными кончиками, а в провалах-глазницах красные точки.
Тонкие струйки крови, такой темной на фоне мраморной белизны, текут по щекам, напоминая чем-то размазанную тушь.
Мерзко, ужасно, страшно...
Зазубренная, словно одна из формул кидо, фраза "я вас не боюсь", кажется, уже не помогает, потому что Момо прекрасно понимает - это неправда. Она боится, да еще как!
Наваждение ли, бред, или все происходящее реальность? Шинигами уже не различала где правда, а что порождение ее собственного сознания. И все формулы хадо разом вылетели из головы, а ее занпакто..
"Где Тобиуме? Что происходит?.."
Внезапно мрак стал стремительно светлеть, маски исчезли. Негромко застонав, шинигами протянула руку к раскалывающей голове, ощутив как на пальцы покрываются чем-то липким. Кровь!
Сначала вернулось зрение, правда, помогло это не особо - вокруг по прежнему темно, разве что теперь это естественное отсутствие дневного светила, а не метафизическое зло. Какая-то мазня из серых красок и теней, ощущение движения, скорости... только вот бежала не она.
Окончательно придя в себя, Хинамори моментально вспомнила последние события, в том числе, как на нее напали эти странные существа, а затем наступила чернота. Значит все-таки перехитрили..
Поначалу девушка подумала, что плечо, на котором она валялась, словно мешок, принадлежит Хисаги-сану, однако опустив взгляд..
- Хадо 4: Бьякурай!
Момо плохо понимала, что она делает, просто паника, напомнившая недавний бред (сон?) вновь охватила ее. Тот, кто держал ее явно не принадлежал ни к шинигами, ни к обычным душам или даже пустым. Теперь она ощущала очень сильную и очень странную реацу  похитителя, намного сильнее ее самой.
Одно из самых простых, однако не менее действенных заклинаний хадо ударило незнакомца в спину, яркая вспышка осветила на мгновение лес вокруг.
- Отпусти меня!!!
Рука сама по себе метнулась к занпакто, ведь ее действия явно разозлили его..
Кого? А главное - что ему надо от нее? И что  с лейтенантом девятого отряда? Жив ли? 
На мгновение ей показалось, что где-то там позади она чувствует другую реацу и сердце радостно заколотилось - значит с напарником все в порядке!

Казармы 4-го отряда====>

Отредактировано Hinamori Momo (23.01.2013 22:30)

+2

11

Глаза привыкли к темноте не сразу, ему потребовалось несколько секунд, чтобы зрение перенастроилось. Так... Парень-шинигами у стенки в отключке, девчонка-шинигами на полу в том же состоянии и куча тех же странных мелких существ, что он видел парой минут ранее. "Че за фигня здесь творится?!" - кажется, эта фраза станет девизом сегодняшнего дня.
Взгляд выцепил еще одну фигуру, метнувшуюся со стороны лестницы и протаранившую собой всю эту кучу малу. "Что за..?!" Хирако увернулся от полетевшего в него "снаряда" в виде одной из тварюшек, а другую, покатившуюся к нему под ноги, отправил в обратный полет метким пинком. Тварюшка истошно взвизгнула от боли, впечатываясь в стену. "Раз-два-три, полет нормальный, посадка завершена успешно!" Церемониться с мешающимися под ногами он не привык. В следующий раз умнее будут.
Тем временем неизвестный пытался сбежать с бессознательной девчонкой на плече. Хирако, не теряя времени даром, метнулся следом. "Ну уж нет! Не уйдешь!" Тонкие губы растянулись в улыбке-оскале, обнажая ровные полоски зубов. Его охватил охотничий азарт, предвкушение от погони за пытающейся уйти от преследования добычей.
Расправиться с накинувшейся на него сворой было делом нескольких минут. Соотношение сил было слишком неравным, но количество напавших не имело никакого значения. Он чувствовал злое веселье, выпуская реяцу из-под контроля, которая подобно сошедшей с горы лавине стремительно понеслась вперед, накрывая и придавливая парализованные тела к земле. "Никчемные сосунки!" Так, с этой швалью покончено. Он адресовал неподвижным противникам презрительный взгляд. Но сполна насладиться своим триумфом и чувством собственного превосходства он не мог. Эти противники были слишком слабы по сравнению с ним, а главная добыча, которую хотелось победить, убегала. Впрочем, очухавшаяся девчонка заставила неизвестного немного сбавить скорость, применив к нему кидо. "Неплохо, но оставь и мне развлечение, малышка. Я тоже хочу поиграть". С этой мыслью Хирако сорвался в шунпо, оказываясь в нескольких метрах от неизвестного.
- Кто не спрятался, я не виноват! - громко произнес мужчина, обращаясь к беглецу и привлекая его внимание к себе. - Знаешь, я очень люблю догонялки и прятки, так что спасибо за предоставленную игру, - с доверительной улыбкой сообщил он незнакомцу. - Продолжим? - он осклабился.

0

12

Бюро Научных исследований и технологического развития --->

Сообщение, доставленное вестником, было тревожным. Не менее тревожным, чем саботаж в двенадцатом отряде, случившийся всего пару часов назад. Ум, привыкший отрицать беспричинность связей, находил оба происшествия в прямой зависимости друг от друга. Доказать верность этой теории капитан второго отряда не могла. Более того, надеялась, что ошибается. В противном случае опасность грозила оказаться очень серьёзной.
Кто или что могло вывести из игры сразу двух лейтенантов Готей 13? Что бы Сой Фонг не говорила вслух, она верила в силу других офицеров, даже Омаэды. Вопиющее преступление в Обществе душ, буквально под самым носом у шинигами, представляло угрозу не только безопасности обитателей Руконгая, но и значительный подрыв авторитета богов смерти в глазах рядовых душ. Такого допустить никак нельзя.
Раскинув руки в стороны и назад, Сой Фонг мчалась по крышам домов, частично переходя на шунпо. Её немногие подчинённые, кого она отобрала самолично себе в помощь, тенями следовали справа, слева и позади, не смея и не имея возможности забегать вперёд. Молчаливые верные спутники, послушные орудия правосудия, как она.
Расставшись с хаори капитана, женщина находилась сейчас в пугающе известной униформе для наказаний, демонстрируя чрезвычайную серьёзность намерений найти и покарать зло лично. К тому же, эта форма не стесняла движений, в большей степени концентрируя внимание на цели.
Сузумебачи была наконец вынута из ножен и заняла место на указательном пальце в виде длинного загнутого когтя, похожего на коготь хищной птицы или жало насекомого, готовая убивать.
«Посмотрим, насколько сильны наши враги. Осмелятся ли противостоять капитану, как осмелились напасть на лейтенантов».
Тихо. Тишина сопровождает смерть и тайну. Когда Сой Фонг спустилась у заброшенного дома, там уже были двое из четвёртого отряда. Наверное, к ним тоже прилетела адская бабочка с известием о нападении. Смельчаки. Четвёртый отряд никогда не хвастался выдающимися боевыми способностями, но они всегда блюли долг офицера. Только дураки думают, что вся сила сосредоточена в мускулах. В редкие минуты капитан второго отряда была рада их опережению. Лейтенантом Хисаги уже занялись, и, значит, его жизнь вне опасности.
- Оцепить периметр! Проследить, чтобы никто и ничто не просочилось за его пределы.
Её личные тени рассыпались капельками росы по траве. Сой Фонг тоже не стала попусту тратить время. Она знала, куда идти, где искать врага. Следы были отчётливо видны на утоптанной траве. Кто бы он ни был, прятаться он явно не умел.

+2

13

"Кого еще сюда Меносы принесли?" - с кислой миной подумал Хирако, улавливая еще несколько огоньков реяцу, стремительно приближающихся к ним. А уйти незаметно, свалив на прибывших всю грязную работу, не получалось, так как их взяли в кольцо, явно намереваясь не дать никому из присутствующих уйти.
Один из прибывших появился в нескольких метрах перед ними. "Чёё?" - Хирако почувствовал, как кислая улыбка медленно сползает с лица, сменяясь выражением крайнего охренения от увиденного. И немудрено... Неизвестное лицо оказалось при ближайшем рассмотрении девчонкой. Маленькой, плоскогрудой и сердитой. Хирако фыркнул, окинув ее оценивающим взглядом - посмотреть было не на что, не говоря уже о потрогать. Доска доской. Максимум по волосам потрепать в покровительственном жесте взрослого над ребенком.  "Это еще что за пигалица?! Постарше никого не нашлось? Или послать было больше некого?"
- Девочка, тебе лучше убраться отсюда поживее, детям тут не место, опасно, знаешь ли, - Хирако осклабился, продемонстрировав идеально-белые зубы. - Не мешай взрослым дядям разбираться между собой, - он отвернулся, полностью теряя к пигалице, как он ее про себя окрестил, интерес. Послушает умного совета и уйдет - молодец, останется - ну, ее проблемы, если заденет ненароком, он не виноват, предупреждал же дурынду. Сейчас перед ним стояла добыча поинтереснее. - Да брось ты ее уже, пусть вместе с этой пигалицей... - мотнул в сторону прибывшей. - ...проваливают отсюда, - он посмотрел на трепыхавшуюся девчонку на плече здоровяка. - Или ты трус, что предпочитаешь спрятаться за задницей девчонки?

Переход в бессознательном состоянии вместе с Сой-Фонг, отыгрыш продолжен в:
Бюро Научных исследований и технологического развития --->

0

14

Неслышные, лёгкие, быстрые, как потоки воздуха, ниндзя скользили по глади полумрака, похожего на водное стекло рек и озёр. Вместе с ними мчался ветер, пальцами касаясь пугливых листьев на ветвях деревьев. Словно робкие кролики, чувствующие приближение опасного зверя, листья сжимались, дёргались, сворачивались под тугими порывами, жалобно шелестя о своих страхах. Трава гнулась в глубоких поклонах, как рабски покорная чернь, завидев даймё, боясь, что его самураи отрубят им головы за проявление недостаточной почтительности.
Сеть затягивалась, практически незаметно, но Сой Фонг была немало удивлена, обнаружив, какая рыба попалась в её невод. А больше всего, что оказалось в неводе вместе с рыбой.
Юная Шаолинь хорошо помнила капитана пятого отряда Хирако Шинджи. Немного развязный, легкомысленный, любящий женщин до приторной навязчивости, он не был в числе её авторитетов. После Йоруичи-сама вообще сложно было завоевать уважение и любовь маленькой осы, таким типажам и подавно. Навязчивость симпатичного и говорливого ловеласа у главы онмицукидо почему-то упорно ассоциировалась с Урахарой Киске. Ничего хорошего в таком сравнении для Хирако не было, даже при соблюдении внешних правил приличия и сдержанности, проявляемых Шаолинь при встрече с ним. Сан капитана не даётся просто так.
Но увидеть среди пустых того, кто давно сбежал из Общества душ, обречённый на смерть? Это точно Хирако Шинджи?! Как, почему, зачем он сюда попал?
С ним разберутся дознаватели. А если не они, то двенадцатый отряд. Сой Фонг очень не хотелось прибегать к помощи двенадцатого отряда, особенно после того, что произошло совсем недавно. Куротсучи не упустит шанса повеселиться над ней и поломаться. Отказать не сможет по двум причинам: первая – ему самому будет интересно, вторая – никто не посмеет оспаривать решения главнокомандующего. Но прежде чем  согласиться точно устроит концерт.
«Как неприятно».
Оса, наблюдая со своей позиции за ходом операции, как в неводе барахтается безвольная слабая рыбёшка, раздражённо кривила губы и хмурила брови.
Почему она решила, что придётся обращаться за помощью к двенадцатому отряду? Потому что Хирако Шинджи, которого она видела сейчас перед собой, совершенно очевидно не был тем, за кого себя выдавал. Капитан, пусть даже бывший, не позволит так просто загнать себя в ловушку. Он даже не почувствовал её. Что за бред?!
Бывало, шинигами, становившиеся пустыми, не переставали ассоциировать себя с теми, кем были раньше, упорно отрицая нынешнюю сущность. Это не тот случай.
Главе онмицукидо было хорошо известно, что Урахара каким-то чудесным образом сумел помочь Хирако Шинджи и остальным капитанам и лейтенантам, подвергшимся холлоуфикации, преодолеть воздействие пустого на сознание. Согласно имеющейся у неё информации, называющие себя вайзардами, они жили ныне где-то в Генсее. Где именно, она не знала. Да и не очень-то хотела знать. А знала, что некто, выдающий себя за Хирако Шинджи, на самом деле им не является.
«Ничего. Мы выясним, кто ты. Не волнуйся».
Невод выдернули на берег. Рыбёшка запаниковала, забила хвостами в страхе и боли по песку, стремясь обратно на свободу. Но паниковать было уже поздно.
- Ты мой, - почти нежно, с ноткой злого удовлетворения, прошептала Сой Фонг, вмиг оказавшись рядом с подделкой, обняв одной рукой его за шею, а ядовитый коготь другой поднеся к сердцу, где уже фиолетовой кляксой расцвела первая бабочка. - Не дёргайся, и будешь жить.

+2

15

Подвал магазина Урахары --->

Бодрой рысцой пробежав по туннелю, – сталкиваться с Чистильщиком ну совсем не хотелось – девушка выпала из объятий темноты где-то над Руконгаем. Над трущобами...
Ирэн не любила Руконгай. Вернее даже сказать, люто ненавидела. Ненавидела за все: и за то, что там творится, и за то, что туда попадают хорошие души, и еще за очень много других ужасных вещей.
И мы, шинигами, отправляем невинные души сюда, в это отвратительное место. Обманывая их и таким образом обрекая на страдания. Они ждут покоя, а не вечной борьбы за выживание, что происходит здесь. Это несправедливо.
Хотя им с матерью в какой-то степени повезло. Они обе попали в пусть и не самый богатый, но благополучный район этого города. Где не нужно было выворачиваться наизнанку, чтобы выжить. Случайно ли? И случайно ли проявилась у маленькой девочки сила шинигами?
Ирэн помнила, как обрадовалась мать, узнав об этом.
Я не рвалась в шинигами, к этому меня вела мама. Она знала, где и у кого можно было что-то узнать, где что сделать, как поступить... Она знала очень много...
Но даже больше, чем Руконгай, девушка ненавидела себя. За то, что была шинигами, за то что была обречена отправлять души в эту дыру. Обманывая их.
Как это отвратительно. Похоже, мама знала, что мне уготована эта темная стезя.
И именно поэтому она больше любила задания в пределах Общества душ, потому что там не надо было производить процедуру погребения. Ну а в мире живых... В мире живых по возможности старалась спихивать сию работу на напарников, если таковые имелись.  Ну а если нет...
На нет и суда нет.
Помотав головой, офицер запрыгала по воздуху. Спускаться вниз не хотелось, так как смотреть на то, что там творилось...
Фу!
На границе районов Зеро почувствовала реяцу капитана второго отряда, двух лейтенантов и как минимум еще с десяток шинигами. Что-то было не так.
Неужели и тут тоже? Нет, зря мне тайчо не поверил...
Бабочкой спорхнув на крышу какого-то дома за кольцом оцепления, Серебряная приготовилась ждать. Не стоило лезть к Сой Фон, когда она отлавливала беглых (или простых, не суть важно) преступников. Чревато как минимум отрывом головы или других жизненно важных частей тела.
Но узнать, что же там происходит, страсть как хотелось. Девушка прикрыла глаза и прислушалась к ощущениям.
Ох, не завидую я тому типу, что ей попался. Кто-то, а Сой Фон-тайчо умеет добывать информацию. Любой расколется.
Тем более что процесс, кажется, близился к логическому завершению.

+2

16

Ещё трепещущего и сопротивляющегося (правда слабо и без какой-либо надежды на успех) псевдо Хирако спеленали как мумию, и теперь он лежал на земле, отчаянно дрыгаясь в своём коконе и изрыгая проклятья на весь второй отряд. Капитан Сой Фонг уделяла внимания его словам не больше, чем писку насекомых.
Попав в 12-ый отряд, жалкий червяк запоёт совсем по-другому, можно не сомневаться. Она могла бы запытать его до смерти, но сегодня настроение, изрядно паршивое после визита в «Бюро добрых дел», не располагало к длительной задушевной беседе при мудром расходовании сопутствующих материалов. Хотелось оторвать голову. Кому-нибудь. Всё равно кому.
Пока ниндзя освобождали и приводили в чувство Хинамори Момо, к месту происшествия подоспел изрядно запыхавшийся и отставший Омаэда.
Сой Фонг, не оборачиваясь, завела левую руку назад и, крепко ухватив Омаэду за край косодэ, подтянула к себе. Опознать его, не имея перед глазами, она научилась давно – никто во втором отряде и во всём Готее не был столь шумен при передвижении, и ни от кого так не пахло в любое время самой разной жратвой. Назвать едой неумеренное потребление калорий у Сой Фонг не повернулся бы язык. Возможно, ей просто не приходилось видеть, как пополняет силы её обожаемая Йоруичи-сама. Такой вид питания вызывал у неё стойкое чувство отвращения.
- Омаэда! – слова стегали как кнут. – Если бы меня убили, ты и тогда пришёл бы последним?! Ничтожество!
Убить или пощадить? Такой туше любой удар безболезнен. Как жаль.
Сой Фонг заставила Омаэду ещё больше приблизиться к ней. Судя по бледному лицу и дрожащим губам, отмеченным боковым зрением, ему было плохо от испытываемого страха.
Глава онмицукидо, прежде всего, ненавидела трусость. В офицере Готей 13 слабодушие не допустимо, а в офицере второго отряда, притом в лейтенанте – немыслимо.
- От тебя воняет страхом, - прошипела сквозь зубы оса. – Ты же знаешь, как я не люблю это. Так что не раздражай меня больше, чем обычно.
Коготь-жало, всё ещё красовавшийся на правой руке, красноречиво провёл по воздуху невидимую линию, как будто обозначая, в каком месте будет проще разделить тучного здоровяка на две части.
Омаэда всхлипнул и запричитал. Сой Фонг не слушала его, как не слушала ругани пленного. Она непреднамеренно засекла постороннюю реяцу, не так далеко, принадлежащую шинигами,  благоразумно держащегося в отдалении и за пределами оцепления. Оттолкнув лейтенанта с обычной в их отношениях брезгливостью, женщин вернула свой занпакто обратно в ножны за спиной.
- Отнесите лейтенанта Хинамори в четвёртый отряд. Всех пустых, которых удалось поймать, и этого умника, - она пихнула носком туфли мумию, - в двенадцатый отряд. В целости и сохранности. Я лично проверю. Двое приведите лазутчика. Я должна знать, кто и с какой целью решил составить нам компанию.
Узкие глаза стали ещё уже. В зрачках затаились мелкие демоны, питавшиеся гневом и подозрительностью. Наблюдатель, кем бы он ни был, дал им сытную пищу.

+1

17

Ждать пришлось недолго. Капитан второго отряда быстро разобралась с захваченным и теперь «воспитывала» своего лейтенанта. Серебряная покачала головой, наблюдая за в меру упитанным Омаэдой. Выражение лица у того было до ужаса несчастным. Бедолаге было очень страшно.
А толку никакого не будет, даже если страшно. Натуру шинигами изменить практически невозможно. Если только нет другого лома.
Часть ниндзя отправилась обратно в Сейрейтей, с трофеями с...
Поля боя? – Ирэн встряхнула головой. – Ну, это уже не смешно.
Поскольку Сой Фонг уже закончила воспитательные мероприятия, девушка начала потихоньку перемещаться в ее сторону. Задание ведь никто не отменял.
Будем надеяться, мне ничего не прилетит в голову.
И тут где-то на дне сознания словно звякнул тревожный сигнал.
Ага, заметила. Главное, не заработать удар Судзумебачи куда-нибудь в жизненно важную точку.
Навстречу двигались двое. Еще раз прокрутив в голове все, что необходимо было сообщить (и отдать) главе онмицукидо, Рин выжидающе замерла. Формула ответа была уже наготове. Главное успеть ответить до того, как заломают. Потому что обычно они сначала делают, а потом уже думают. Даже если их всего двое.
Как ни странно, засланцы ее узнали и даже поприветствовали. Кивнув в ответ, девушка ответила по уставу и позволила провести себя внутрь кольца оцепления.
Выражение лица капитана второго отряда энтузиазма не внушало. Как будто она собралась вывернуть наизнанку самого опасного из преступников.
Ага, но я-то не виновата.
Ирэн не нравилось очень многое, но гораздо больше она не любила походы во второй отряд. Даже по заданию командования.
Гораздо проще отправить рядового. Но своих ребят я на такое не пошлю. Я, конечно, садист, но... Лучше уж сама как-нибудь.
Миновав охрану, юная воительница остановилась на почтительном расстоянии от Сой Фонг и, вытянувшись в струнку, бодро отрапортовала.
- Четвертый офицер десятого отряда Зеро Ирэн, прибыла из Генсея по особому поручению от Хитсугаи-тайчо, - шинигами извлекла из-под косоде носитель с данными. – Это информация о происшествиях в Каракуре. Велено передать лично вам.
Рассказывать об обстановке, выясненной эмпирическим путем, то есть о том, что хранилось в памяти самой Зеро, прямо здесь было нецелесообразно.
- Прошу меня простить, но об остальном лучше докладывать за стенами Сейрейтея, а не здесь.
Если кто-нибудь следил за ними, то в любом случае узнал о том, что информация достигла Готея и теперь начнется новый сезон охоты. Правда, неизвестно, на кого.
Таким образом, шебуршать будем не только мы, но и они. Хотя они и так что-то делают. А мы пока не знаем, что именно. Однако...

0

18

По Обществу душ порхали бабочки: чёрные адские вестники, приносившие на крыльях чаще всего такие же чёрные новости, и радужно-тёмные, похожие на мотыльков, - души, ещё не обретшие человеческой или животной формы. Жильцы одного края, пленники крыльев и воздушных потоков, которые столь же сильны в мире мёртвых, сколь сильны в мире живых.
Они вились над местом происшествия опадающими листьями. Касались голов, плечей и рук, садились на клинки и рукояти мечей, оставляя без внимания чёрную землю, которая однородностью с ними поглотила бы, не сохраняя в памяти маленькие образы хрупких созданий.
Сой Фонг ждала, когда ей приведут нарушителя. Губы хранили жёсткую складку, кривясь в раздражении и гневе. Омаэда больше не занимал её мыслей, поскольку появился новый объект для передачи негативных эмоций. Офицер десятого отряда, Зеро Ирэн. Насколько знала её Сой Фонг, девушка представлялась ей крайне замкнутой, подозрительной и грубой.
«Садист, да? Ты, девочка, ещё не была в застенках комнаты допросов. Да и в пыточных лабораториях двенадцатого отряда, скорей всего, тоже».
Выражение лица капитана 2-го отряда не сулило светловолосой шинигами ничего хорошего. Сой Фонг без тени улыбки, без намёка на какую-либо признательность, приняла носитель.
- Я знаю, где, что и как следует говорить, - резко ответила она на замечание четвёртого офицера; взгляд плавил, а тон резал, будто ножом, - в отличие от вас, барышня.
«Хитсугая не мог взять с собой кого-нибудь посерьёзнее? Или у меня сегодня день неудачный?»
- Возвращаемся! – это было сказано довольно громко, чтобы слышали все.
Насколько бы секретным и важным ни было поручение, отданное капитаном Хитсугаей одной из своих подчинённых, глава онмицукидо одинаково подходила к делу. Никто не решает вопросов, требующих детального рассмотрения, прямо на дороге. Так же, как знакомиться с любыми сообщениями, если только они не первого уровня сложности,  лучше всего в стенах своего отряда.
«За одним осмотрится и сделает выводы».
Она с ходу ушла в шунпо, уверенная, что за ней последуют, и всю дорогу молчала, не считая нужным размениваться на пустые разговоры.
Ниндзя молчаливым конвоем сопровождали Зеро по обоим сторонам от неё и позади, как будто она была пленницей. Сой Фонг не отдавала приказа, но её «рой» не нуждался в приказах при соблюдении стандартной ситуации. Они были столь тщательно вышколены, что понимали пожелания начальницы без голосовых команд. По одним лишь едва заметным знакам.
- Мы на месте, - женщина спустилась с крыши пружинистым лёгким шагом, переходя в движении с мерцающего на обычный, и, не задерживаясь у ворот в казармы второго отряда, не оглядываясь на сопровождающих, прошла внутрь центрального здания – то ли офиса, то ли управы.
Скромная, почти спартанская обстановка выдавала натуру человека делового и сдержанного в мелочных прихотях, для которого долг превыше комфорта и покоя.
- Проходи, - произнесла она, когда шоджи за спиной раздвинулись и снова сомкнулись.  – Докладывай.

----> Казармы 2-го отряда

Отредактировано Soi Fon (10.05.2013 08:14)

+1

19

Все произошло именно так, как и ожидала Серебряная. От капитана второго отряда никогда не следовало ожидать вежливого ответа.
Если такими становятся все шинигами, получившие ранг капитана, то я не хочу подниматься выше лейтенанта. Даже если на горизонте будут видны привилегии.
Как и предполагалось, несчастный толстяк Омаэда был благополучно забыт, и теперь всю злость начали сливать на нее.
Ну конечно, как всегда, офицер Зеро крайняя. Как что хорошее сделать, так фиг вам, а как грязью поливать да в душу гадить, так запросто. Тьфу!
Едва не сплюнув, девушка смахнула с лица свесившуюся прядку волос, быстрым жестом отведя ее за ухо. Если Сой Фонг добивается от нее нарушения устава, то она этого никогда не дождется.
Передав изрядно надоевший носитель с данными, шинигами мысленно выдохнула, наконец-то избавившись от части ответственности.
Вот передам остальную информацию и пойду в наши казармы, осваивать материализацию.
Это хороший план, - подала голос Сионе. – Все равно нам ничего не поручат.
Да уж, - кивнула Рин. – Офицеров считают ни на что не годными. Если, конечно, этот офицер не Кучики Рукия. Хотя мне не хочется быть такой, как она.
Правильно, - согласилась занпакто. – Мне тоже не по нраву такая перспектива. Хватит и того, что мы сами пробились на наш текущий пост.
Быть четвертым офицером, конечно, неплохо, но на протяжении целых пятидесяти лет... Нужно двигаться дальше, к следующей ступени. Так, глядишь, потихоньку выйдем в лейтенанты. И на том остановиться. Потому что... Ну, ты знаешь, почему.
Гром-птица промолчала. Ответ был ей известен.
А между тем, сорвав на Ирэн если не всю, то часть своей злости, Сой Фонг-тайчо направилась к казармам своего отряда, сорвавшись в шунпо. Девушка молча отправилась следом, в сопровождении все тех же двоих. Нет, над ней явно решили поиздеваться.
Это все из-за слухов, которые ходят о том, что я люблю пакостить? В таком случае я докажу обратное. Мало ли что обо мне говорят рядовые других офицеров.
Состроив равнодушную мину и стараясь ничем не выдать чувства обиды за то, что ее в очередной раз не оценили по достоинству, Зеро старалась не отставать, что было не так-то просто. И не мудрено, ведь училась глава онмицукидо не у кого-нибудь, а у самой Йоруичи.
Мне бы тоже не помешало попросить ее о паре-тройке уроков. Потом, когда вся эта ерунда закончится.
Вот только что-то подсказывало, что закончится все ой как нескоро.
Наконец делегация достигла конечной точки маршрута. Сойдя с крыш, капитан, ее подчиненные  и офицер-посланница оказались перед главным зданием.
- Мы на месте.
Рин едва заметно кивнула, следуя за Сой Фонг внутрь строения. Как оказалось – в личный кабинет.
А я думала, запрет меня в какой-нибудь допросной и будет мариновать часа три.
Быстро прокрутив в мыслях тезисы доклада, Серебряная приготовилась отвечать.

---> Казармы 2-го отряда

+1

20

http://s6.uploads.ru/U6Fse.jpg

0

21

По небу безмятежно плыли столь же редкие и одинокие облака, как и белая радуга, которую можно увидеть только в мелких каплях воды, образованных в тумане. Чаще всего такую радугу можно увидеть над морем, когда слабые волны бушуют над горизонтом, а ветер не столь силен, чтобы унести с собой нависший туман. И все же облака были опечалены тем, что в это солнечное утро никто не взглянет в небо. Никому не будет дела до их чарующей, хоть и обыденной красоты. Быть может настанет тот день, когда эти изменяющие форму гиганты облачатся в новые одеяния и снова поразят. Но сегодня был не тот день.
Капитан Зараки Кенпачи, высокий и сильный мужчина загадочно улыбался, расхаживая по пустым и пыльным улицам Руконгая. Кенпачи не слишком уж сильно любит Рукон, он вообще не испытывает ничего теплого к этому месту, не смотря на то, что провел в этом месте все детство и юношество. Единственные воспоминания с этим местом тут же ассоциировались с кровью и кучками слабаков, называемыми бандами. Он презирал их, потому что те слишком быстро подыхали. Однако сейчас Кенпачи покинул Сэйретей, чтобы повеселиться. Как можно упустить такой шанс? В сообществе душ приключилась очередная беда: все занпакто материализовались и восстали против хозяев. Объяснить что и почему Зараки не мог, ему эта история казалась очень странной, но сейчас в душе капитан даже слегка злорадствовал. Ведь наконец-то другие шинигами поймут насколько важна собственная сила. Что они представляют из себя без своих занпакто, без мечей? Меч это всего лишь инструмент их воли, потому нужно сражаться как подобает настоящему воину! Кенпачи сжал  рукоять меча, воодушевленный от собственных мыслей. Он отчаянно надеялся на бой и только одно мешало ему: у капитана всегда были проблемы с навигацией. Каждый раз, когда происходило что-то интересное, он с огромным трудом мог найти себе соперника. Наверное самой трудной частью в этом процессе была вовсе не драка, а именно поиски врага. Но Кенпачи ничего не мог с этим поделать, разве что ему придется таскать с собой локатор духовных частиц.
Капитан повернул на другую улицу и увидел стоящих прямо посередине дороги двух девушек. Одна была похожа на уже вполне взрослую и сформированную женщину, на это навязчиво намекали пышные формы, а другая как невинная девочка-подросток с тонкой талией и еще более тонкими ручками. Выглядели они, откровенно говоря, странно, хотя Кенпачи сразу же заметил общие черты в их внешности. У обеих были фиолетовые волосы, а также имелись украшения в виде черепа. Также у каждой был закрыт один глаз, у более высокой и женственной - правый, а у меньшей - левый. Присутствие оружия у этих девушек прозрачно намекало Кенпачи, что перед ним стоят души занпакто.
- Так вы и есть занпакто? - спросил Зараки. - Никогда не думал, что в мече может кто-то жить. - небрежно продолжил капитан.

Отредактировано Zaraki Kenpachi (04.01.2014 18:28)

+2

22

День был чудесен. Он предвещал большие изменения.
Занпакто при личной беседе выказали больше свободолюбия, чем ему бы хотелось, но изначальный план от этого не пострадал. Желание наказать бывших хозяев оказалось сильнее желания работать в одиночку.
Многие без восторга приняли его лидерство. Однако приняли. Для начала и такого согласия достаточно. А потом видно будет.
Странные они, мечи капитанов и лейтенантов Готей 13: легко поддаются гневу, ещё более легко готовы расстаться с шинигами, породивших их. Он иной. Что уже доказывает превосходство над собратьями и сёстрами и незаурядный гений Кучики Коги.
Занпакто были направлены в разные части Сэйретея с миссией настолько простой и приятной, что не будь Мурамаса занят всецело идеей возвращения хозяина, он непременно порадовался представляющейся редкой возможности насолить врагам. Пока что он просто присматривал за ходом событий, решая, кому нужна помощь, а кому нет. И где нужно его личное вмешательство.
Катен делали всё, что Мурамаса хотел от них, но монстр, которого встретили женщины-занпакто, мог оказаться им не по зубам. Одинокий меч не хотел, чтобы его тщательно выпестованный и взлелеянный план пошёл прахом из-за одного варвара, который даже имени своего оружия не знает.
Отправив мысленный сигнал отступить катане и вакидзаши одновременно Мурамаса выступил вперёд, собственной персоной, держа руки в карманах и вроде как не собираясь нападать.
- Капитан Зараки, - обращение можно было счесть как традиционную вежливость, так и насмешку; особенно возникало чувство двойственности после следующих слов, - не ожидал увидеть вас здесь.
Гиганта с бубенчиками на игольчатообразных чёрных паклях, заменяющих волосы, сложно не заметить. Из любого района Сэйретея. Даже без учёта его бешеной фонтанирующей жёлтой реяцу. Хотя именно по ней Мурамаса и ориентировался.
- Вы никогда не задумывались о том, что чувствует ваш меч, и Как он себя чувствует? Должно быть ему очень одиноко и грустно от того, что он не в силах до вас докричаться.
Вопрос с подвохом, который должен заставить задуматься любого бога смерти, у кого есть хоть крупица мозгов. В случае, если удалось бы пробудить занпакто капитана Зараки и переманить на свою сторону, это было бы огромным подспорьем в борьбе против шинигами. А если нет, то хоть небольшая ни к чему не обязывающая болтовня отвлечёт высокого варвара от попыток помочь соратникам.

+1

23

Капитан не знал силы своих противников, да и думать не приходилось, Кенпачи никогда не любил слишком много думать, хотя мысли очень часто накатывали. Зараки не знал к добру это или к худу, что довольно часто он может заметить то, что уходить от взгляда других. Капитан уже догадался, что раз эти мечи вмести, то они парные, а следовательно, только у двоих шинигами из всего сообщества душ есть парные катаны - у Шинсу Киораку и у капитана Укитаке. Разбирать чья пара кому принадлежит не хотел, да и ломать голову капитан Зараки не любил, тем более когда вот-вот развернется драка. Но не смотря на это в голове Кенпачи пронеслась мысль, что раз капитан Киораку такой, как отзывалась его лейтенант, мужлан, то скорее эти два меча принадлежат Шинсу. Однако никаких доказательств тому не было.
- Капитан Зараки, - позади двух девушек оказалась еще одна фигура, немного более странная и замысловатая, пускай человеческая - не ожидал увидеть вас здесь. - Это был еще один занпакто, он шел слишком расслаблено и вальяжно, запустив руки в карманы, будто ему совершенно ничто не угрожает. Одет занпакто был в белоснежное одеяние с пушистым, синим воротником, а еще его глаза были обведены какой-то синей краской. Юмичика не раз повторял, что это не краска, а туш и что это красиво, но Кенпачи всегда отнекивался от слов офицера, капитан все в толк взять не мог почему для офицера самого сильно отряда в сообществе душ столь важна красота. А еще Юмичика очень сильно напоминал павлина из-за разноцветных перьев на глазу или это Кенпачи думал, что это перья, потому что долго смотрел на изнеженного офицера капитан не мог. Главное, что его подопечный дерется как следует, а остальные странности не столь важны.
- Мне плевать, шинигиами-слабаки из других отрядов потеряли силу своих занпакто и кем они стали? Теперь их легко можно победить голыми руками! А что до тебя, - Кенпачи заметил, что двое женщин, словно по беззвучному приказу, отступили назад, за спину неизвестного занпакто, - Я так понимаю ты самый сильный, верно? Но на твоем месте я бы не отказывался от помощи, иначе мне будет не слишком весело сражаться с тобой.
Капитан Зараки Кенпачи даже не обнажил меч, возможно старая привычка играть в поддавки давала о себе знать. Хотя возможно капитан ожидал, что странно одетый занпакто передумает и позовет подмогу, ведь нельзя так просто лишать себя веселья. Улыбка капитана стала слегка заметной, он чувствовал прилив сил. Предвкушение битвы, надежда на настоящее сражение, вот чего Зараки желает!

Отредактировано Zaraki Kenpachi (16.01.2014 00:44)

0

24

Чего хотел Зараки Кенпачи для Мурамасы оставалось загадкой, хотя можно предположить, что того же, что и обычно – драки. Лично он хотел просто поговорить. Поэтому раскинув руки веерчиком, занпакто плавной кошачьей походкой прошёлся вперёд, а потом назад, и заложил руки за спину.
- Ты действительно такой, каким я представлял тебя, - произнёс он мягко, вновь поворачиваясь к шинигами лицом. – Ты безумен, но в безумии черпаешь силу, отличающую тебя от всех остальных.
Как же прекрасен этот мускулистый гигант, ощерившийся  жуткой улыбке разгорячённого азартом охотника. Настоящая машина для убийств!
Будь только его сила на стороне Коги, Готей давно пал бы на колени. Хотя нет. Не следует даже думать так. Кога не может быть слабее варвара с колокольцами в волосах. Кому как не мечу знать истинную силу своего владельца.
Раньше Мурамаса позволил себе усомниться в силах хозяина и в разумности его намерений, но после того, как потерял его, поклялся, что больше никогда не усомнится в Коге, никогда не пойдёт против него, не подумает против его мыслей. Ничего против. Они одно целое, чувства и разум.
Зараки остался верен себе до конца, обозвав соратников слабаками, только за то, что они прибегают к помощи кидо и магии занпакто тогда, когда он сам рассчитывает только на силу мускулов и кулаков.
Однажды, может даже раньше, чем подозревает капитан одиннадцатого отряда, ему доведётся встретиться с противником, который превзойдёт его, с которым одной только физической силой и мощью реяцу не справится.
Пока же не стоит задирать этого мужлана. Мало ли, вдруг воспримет как сигнал для нападения.  На всякий случай нынешний возмутитель спокойствия в обществе душ хладнокровно и трезво взвесил свои шансы на успех в случае, если придётся вступить в поединок. Разум подсказывал, что в таком случае лучше всего будет отступить.
Но тогда другие занпакто могут воспринять его действия как проявление слабости. Он перестанет быть лидером и лишится, если не сразу, то в скором времени, самой значимой поддержке в противостоянии с шинигами. Не стоит так рисковать, пока он не воссоединился с Когой.
- Почему ты служишь Им? – внезапно вырвалось у Мурамасы. Любопытство сделало свой ход. Однако не всё ли равно какова тема беседы? Они лишь поговорят, а потом… Потом будет видно.
Только бы собеседнику не надоело. Зараки Кенпачи к сожалению не отличается терпением. Да и не расположен был к болтовне, судя по довольной физиономии.
Мурамаса действительно не отказался бы сейчас от помощи. Но нельзя. А Катен Къёкотсу не торопятся, быть может, наблюдают за ним.

+1

25

Кенпачи усмехнулся, обнажив шире зубы, этот меч был довольно забавным, как и его манеры. Зараки одновременно бесила и смешила манера занпакто расхаживать подобно аристократу. Он слегка смахивал на Кучики Бьякуя, столь схожими эти двое были по важности и, возможно, по высокомерию. Кенпачи не особо любил Бьякуя, особенно после происшествия с Рукией, когда брат готов был отдать сестру на плаху во имя закона. Таков был порядок, в который верил Бьякуя, но сам Кенпачи никогда не сможет понять аристократа, только лишь догадываться о причинах с присущей ему проницательностью. Кенпачи из Зараки, самый сильный шинигами своего поколения, сражавшийся на улицах вначале чтобы выжить, а затем ради потехи. Спустя столь долгое время этот воин снова готов обнажить меч на пыльной улице Руконгая.
- Почему я им служу? - повторил вопрос Зараки, удивившись подобному интересу со стороны занпакто. На секунду исполин задумался, его взгляд изменился. Теперь это не был безумный дьявол, его взгляд стал суровым и серьезным. - Какая глупость, я просто сражаюсь. А вот ты, твоя жизнь должна быть служением. Разве это не то что делают мечи, служат своим хозяевам? Даже сейчас занпакто называют владельцев хозяевами. Кто твой хозяин?
Смена образа безумного, необузданного воина в серьезного исполина могла бы удивить, однако такой была черта Кенпачи, иногда он мог отложить сражение и заговорить на серьезную тему. Кенпачи вспомнилось сражение с Маки Ичиносе, тогда случилось примерно то же самое во время сражения. Ичиносе, этот беглый шинигами пожертвовал всем ради мести за бывшего капитана одиннадцатого отряда. Тогда Маки говорил о верности и лояльности, в то время как на самом деле он просто зависел. Он был зависим от других людей, перенимал их цели и стремления чтобы самому жить дальше, имя иллюзорное восприятие своего пути. Кенпачи не задавал прямого вопроса занпакто, но он хотел понял что движет мечем. Лояльность или зависимость? И чем является верность меча? Быть может они просто зависимы от хозяев, но как только потеряют узы, снимут кандалы, то обретут свою волю. Что если они похожи на Ичиносе? Ровно таким же образом было возможно и обратное. Вдруг связь между хозяином и мечем куда глубже? Кенпачи хотел понять это, хоть и боялся признаться. Самый сильный воин в сообществе душ помнил поражение, которое нанес ему рыжеволосый юноша Куросаки. В тот день Зараки воззвал к своему мечу, но ничего не услышал в ответ. Только одинокое молчание.

+2

26

Кенпачи не выказывал откровенно враждебного отношения и не спешил сворачивать нарушителя в бараний рог. В коей-то веке он проявил сдержанность. А это давало надежду на продолжительный и предсказуемый разговор. Не хотелось бы спускать всё на самотёк. В противном случае Мурамаса не мог ручаться за дальнейшее.
В своём длинном белом одеянии и меховом воротнике он мёрз, как если бы на улицах Сейретея мела снежная пурга. Холод пробирал до костей. Вроде как мечи не должны испытывать ту же реакцию на перепады температуры, что и люди, особенно если перепадов и нет. Но он испытывал, вопреки всем законам физики и чувствам занпакто.
Сила пустых не даётся даром. Она – такая же холодная как январская зима, когда крепчают и звереют ветра и мороз сковывает мир, погружая всё живое в состояние анабиоза. Ночью пустыня холодна, песок под лунным сиянием выглядит похожим на снег. Пустыня родственна по значению пустоте и пустым. Она заражает ядом, как души тех, кого Мурамаса поглотил, чтобы держаться, чтобы обрести тело и человеческую сущность.
По щеке из уголка глаза стекла капля крови, оставляя на белом вызывающ яркий красный цвет, тонкую дорожку, которая тотчас исчезла, когда когтистый указательный палец стёр её лёгким прикосновением к коже.
- У меня нет хозяина, - улыбнулся на каверзный вопрос одними уголками губ Мурамаса. – Я убил его и стал свободным. Так же точно, как станут свободными все занпакто Общества Душ.
Ложь давалась ему без малейшего стеснения, не выдаваемая ничем, никак. Похожая на морозное дыхание, вырывающиеся парком изо рта, чтобы на краткий миг согреть лицо дышащего.
- Но тебе ведь всё равно. Тебе даже неинтересно, как зовут твой меч и как он выглядит. Что значит желание вещи для того, кто владеет ею? – поймёт ли он риторику данного вопроса? – Но ты обманываешь себя, ты служишь, выполняя традиции, правила, желания Готея. Сдерживая свою разрушительную сущность, хотя кругом столько замечательных противников…
Меч не прозрачно намекал Зараки на других капитанов и лейтенантов Общества Душ. Один раз Кенпачи уже убил - что ему стоит повторить это снова и снова?
Зачем делать грязную работу своими руками, когда найдётся руки всегда готовые сделать её за тебя? С таким монстром Общество Душ не сможет совладать, обойдясь без больших жертв. Даже самые старые и сильные капитаны, возможно, не в состоянии сдержать бурю, если она вырвется из-под их контроля.
А было бы забавно…

+1

27

- Чепуха, - резко отмахнулся Кенпачи, ему не нравились глупые вопросы, высосанные из пальца. Капитан всегда реагировал таким образом на слабость, неуверенность, глупость или раздражительное поведение окружающих. Исполин с колокольчиками в волосах погладил рукоять меча. Ощущение было настолько родным и близким, что ему в тот же миг хотелось достать меч из ножен. Этот инструмент для убийства как будто просился оказаться за гранью своей тюрьмы и выбраться наружу, неся смерть и разрушение всем и каждому. Освобождение меча Кенпачи обычно означало чье-то поражение или же смерть. Однако Кенпачи не был безумным убийцей и не преследовал цель убивать, ему просто хотелось веселья. Безумная идея странного занпакто раздражала Кенпачи. Он не пойдет против сообщества душ, даже если сражение с капитанами других отрядов означает отличное веселье. Нет, Зараки стал капитаном не для того, чтобы уничтожить всех шинигами, ведь место капитана обеспечивает ему постоянное поступление врагов и место для тренировок. Кенпачи уже надоели слабаки из руконгая, которые толком не знали с какой стороны держится меч. Те глупцы рассчитывали одолеть такого великого воина, как Зараки, одной лишь грубой силой.  Мало кто из тех глупцов выжил.
Зараки мог бы по-настоящему повеселиться, обрушить свою ярость на сообщество и Кенпачи был уверен, что вряд ли какой из капитанов сможет противостоять ему. Кенпачи уже сражался однажды с двумя капитанами, не утруждая себя снятием печати. Но Зараки не променяет одно большое веселье на множество других, более мелких, потому что Зараки в таком случае боялся умереть от скуки смертной. Но была и еще одна маленькая розововолосая причина, постоянно бегающая в округе. Маленькая Ячиру, столь дорога и близка она капитану самого сильного отряда Сейритея. Зараки не мог позволить рисковать ее будущим ради такой глупой затеи. Постоянная спутница капитана стала лейтенантом одиннадцатого отряда, придя вместе с Кенпачи Зараки из рукона. Никто не осмелился оспорить место Ячиру, пускай в отряде и были более сильные воины, чем маленькая девочка. И тут-то занпакто был не прав, Зараки в своем отряде следовал своим правилам и никого не держал силой. Под руководством столь сильного воина отряд стал известен за свои методы решения проблем. В отряде презирали трусов и слабаков. Никто не пользовался кидо или другими грязными приемами, оскверняющими дух настоящего сражения.
- Я бы не напал на Готей, тем более сейчас, когда шинигами не представляют для меня совершенного никакого интереса, - и ведь верно, вряд ли какой капитан до этого смог бы победить Кенпачи, так сейчас, лишенные силы занпакто, шинигами совершенно не интересовали его. - А вот ты, - Зараки хищно улыбнулся, - другое дело. - Однако один недосказанный вопрос задержал рвение Кенпачи сделать выпад. - Кстати, - серьезно продолжил Зараки, - когда-то старик мне рассказывал, что шинигами и меч связаны. Тогда как так может быть, что после смерти хозяина занпакто обретает свободу? Сколько умерло шинигами, а я еще не видел ни одного бегающего меча.

+2

28

От Мурамасы не ускользнул тот момент, когда Зараки Кенпачи погладил рукоять своего меча. Задумываться специально ли это было сделано, не имело смысла. Варвар в обличие шинигами, находящийся прямо перед ним, не отличался сознательностью мышления. Мысли в его голове носили краткосрочный и односторонний характер, были просты, как бревно, и прямолинейны, как льющиеся с неба в непогоду струи дождя. Сомнительно, чтобы Кенпачи вообще когда-либо отдавал себе отчёт в том, к чему могут привести его решения и поступки.
Рассудив так, Мурамаса аккуратно сложил руки в кулаки и убрал в карманы, склонив голову набок и наблюдая, как будто исподтишка.
Вопреки ожиданию Зараки проявил редкую в его случае разумность и предпочёл воздержаться от бунта, который в мгновение ока мог уничтожить Готей 13 на корню, как военную организацию. Мурамаса догадывался, какой сдерживающий фактор за этим крылся.
Конечно, не стоило забывать, что аппетит приходит во время еды, и машине для убийств нужна долгосрочная работа, а не сиюминутный аврал, за которым последует скука бездействия.
«А ты действительно не видишь дальше собственного носа, ослеплённый самоуверенностью».
Подумал ли Зараки Кенпачи о нулевом отряде? Оценил ли их силу? Или такая мысль ему даже в голову не пришла? К тому же, неужели он думает, что легко и быстро справиться с главнокомандующим? Коге не удалось.
Откинув голову назад, занпакто посмотрел на небо, угадывая по краскам течение времени и изменения в погоде. Ничто не предвещало бури. Он улыбнулся.
- Мне льстит, что ты считаешь меня сильнее своих соратников-капитанов. Но также и обескураживает.  Разве я произвожу впечатление
Кенпачи готов был напасть  любую минуту. Мурамаса заметил это по тому, как напряглось его лицо, как замерли пальцы на рукояти меча. Однако оставалось кое-что неясное для капитана, из того, что он хотел бы для себя прояснить до начала боя.
- А ты веришь всему, что говорят?
Ещё один провокационный вопрос. Зараки Кенпачи может не отвечать на него, но рождающий мысль этот вопрос посеет и недоверие к  Ямамото Генрюсаю. Как раз то, чего заслуживает командир первого отряда и армии Готея.
Как многое скрыто, сколько поведано и сколько искажено?
- Я не стану разубеждать тебя в том, что когда-то тебе рассказали о занпакто, - Мурамаса пожал плечами, словно показывая безразличие. – Ты вряд ли видел и свой меч. Разве не так?
Предугадывая следующее действие Зараки он в шунпо переместился с того места, где стоял ранее на несколько шагов в сторону, готовый в любую минуту повторить движение.

+2

29

- Я верю в то, что вижу, - грозной интонацией прогремел исполин, - вот например ты. Одинокий занпакто без хозяина. Я не знаю твоей силы, но ты определенно одержим какой-то целью, это видно. Иначе ты бы не осмелился бросить вызов сообществу душ и не пытался собрать вокруг себя столько сторонников. Тот, кто ищет помощи других, ищет силы, потому что собственной у него нет. Даже сейчас ты ставишь каверзные вопросы, чтобы обратить меня против Готея. Это означает, что либо я тебе нужен, либо ты осознаешь, что слабее меня. - Последние слова Зараки произнес с легкой ноткой грусти и разочарования. - Потому, что кроме хорошей драки я тебе ничего дать не могу. - После этих слов Зараки со свистом высвободил катану из ножен, зазубренный меч сверкнул на солнечном свете, радуясь, что его наконец-то освободили от длительного заточения. Ему хотелось свободы, радости, а также клинок желал напиться багровым соком противников Кенпачи. Этот пронзительный, нечеловеческий и дикий крик могли слышать другие, все кто тщательно прислушается, кроме самого обладателя Катаны. Кенпачи направил катану на странного занпакто. - На что еще ты способен, кроме болтовни? - задал провокационный вопрос Зараки. В каком-то смысле капитану было обидно, что остальные члены Готея сейчас сражаются со своими мечами, а он, Кенпачи, найдя самого сильного противника, стоит и болтает! Исполин ненавидит болтунов, однако готов простить такой недостаток хорошему воину.
- Знаешь, я уже забыл когда последний раз меня кто-то заставлял напрягаться, - тон Зараки внезапно стал обыденным, без лишних нот ненависти, радости или возбуждения из-за возможной битвы. Вместо этого капитан взмахнул мечом. Взмах был очень резким и сильным, однако силу такого удара нельзя было оценить, потому что Кенпачи бил по воздуху. Это движение капитан Кенпачи повторил несколько раз, чтобы хоть как-то разогреть мышцы. Годы тренировок и сумасшедших битв сделали из капитана одиннадцатого отряда самого сильного воина, его превосходство было очевидным. Когда-то давно, когда у Зараки не было собственно имени, он был простым жителем Рукона. Тогда Зараки и не подозревал о своей силе, он просто пытался выжить в суровом мире. Там никто никого не щадил, еды было мало, а положиться не на кого. Если нужно было красть, то Кенпачи крал, однако порою Кенпачи неизбежно ввязывался в драки из которых всегда выходил победителем. Постепенно Зараки начинал ощущать в себе силу, понимать ее. И когда капитан нашел катану шинигами, то нашел лишь орудие для сражения. Равных Зараки не было в Руконе, только Готей мог противопоставить грубой, ошеломляющей силе нечто, что может победить ее. Тогда Зараки захотел стать частью Готея, его появление было осуждено многими шинигами, но Кенпачи было плевать. Битва - единственное что интересует воинственного исполина. - Может поможешь разогреться?

+1

30

Мурамаса не так что бы очень хорошо знал Зараки Кенпачи. О силе и мощи капитана одиннадцатого отряда, его просветили другие занпакто – из тех, кто так или иначе сталкивался с ним в бою. Повествователей нашлось немало, поскольку капитан существовал вне мирной жизни Общества душ. Его нить судьбы начиналась и заканчивалась полем сражений, а всё, что выходило за их пределы, попросту не имело значения.
Занпакто также сообщили об уровне интеллекта Зараки, в той же мере печального, сколь выдающимися  были физические параметры. Иными словами, по определению Мурамасы, был непроходимо туп. И, что особенно удивительно, собственная умственная ограниченность того нисколько не напрягала, словно не являлась пороком или  значительным недостатком.
Зато сейчас капитан проявлял здравомыслие, никак не вязавшееся с образом безмозглого  качка, представленным другим занпакто.
Ему сообщили неверную информацию?
Нет. Зараки Кенпачи вовсе не дурак, каким может показаться на первый взгляд. Он из числа тех, кто не любит думать, хотя потенциально может. Необходимость вынуждает их принимать нестандартные решение, внезапные, решительные и, как ни парадоксально, точные.
Говорил много. Наверное, Кенпачи нечасто это делает, как и думает.
Но Мурамаса внимательно вслушивался в каждое слово, неподвижно замерев на месте.  Он ожидал, что однажды его противнику надоест пустая болтовня. Так оно и вышло.
Зараки напрямую поинтересовался на что способен занпакто, находящийся перед ним. Как же было не удовлетворить такую просьбу?
- Ты не любишь общение, нетерпелив и вспыльчив. Что будешь делать, если я скажу, что моя способность – иллюзии? Тебе ведь будет скучно?
Длинные когти прочертили невидимую грань, отделявшую шинигами от меча, как будто перерезают  связующие нити, хотя они на самом деле не принадлежали друг другу.
Кога, Его хозяин, единственный во всём мире, Кучики Кога.  Подумав, Мурамаса почувствовал знакомую реяцу. Вспышка, удар. По рёбрам прокатился энергетический разряд и увяз где-то в районе сердце, трепеща.
«Хозяин здесь! Свободен от пут Печати. Свободен…»
Он почти лишился способности держать под контролем мысли и чувства в критический момент, но вовремя вспомнил, что сейчас не один. Про Кенпачи точно забывать не следовало.
- Прости. Я не тот, кто может дать тебе то, что ты хочешь. Ты сам властен взять это в любой момент, но не желаешь видеть самый простой путь, который я только что предложил тебе.  Бой против твоих соратников – прекрасный бой. Разве ты найдёшь ещё где-нибудь более достойных умереть от твоего меча?! Вряд ли я подхожу для такой роли.
Но катана уже покинула ножны. Будет сложно заставить её вернуться обратно.

+1


Вы здесь » Bleach: Swords' world » Общество душ » Улицы Руконгая